Читать онлайн «Научное наследие Женевской лингвистической школы». Страница 71

Оба универсума вступают в отношение корреляции, однако между ними имеет место «фундаментальная асимметрия»: «указывающий» зависит от «указываемого», но не наоборот. Акт коммуникации, в котором производитель сигнала осуществляет действие индикации по отношению к получателю, Прието называет «семическим актом». Индикация имеет целью уменьшить неопределенность, неуверенность получателя сигнала, связанные с ситуацией семического акта. Совокупность всех возможных в данной ситуации сигналов Прието называет «сематическим полем». Совокупность всех сообщений посредством определенного сигнала или других сигналов, принадлежащих тому же коду, обозначается «ноэтическим полем» [Prieto 1966: 39].

Важное место в семиологической концепции Прието занимает понятие смысла. «Язык приводит в соответствие две субстанции: звуковую и семантическую. В отличие от звуковой субстанции, которая дана непосредственно, семантическая субстанция в акте речи – это то, что отправитель хочет сообщить посредством фонии – смысл» [Prieto 1981: 53]. Смысл фонии (сигнала) понимается не как его объективное содержание, а как коммуникативная цель, коммуникативная ориентированность, воздействие на получателя. Так, смысл слов «дождь идет» не констатация факта выпадения атмосферных осадков, а некий поступок или переживание, ожидаемое от получателя как следствие этих слов. Таким образом, понятие смысла, который реализуется в семическом акте, относится к области актуализации.

«Означаемое» определяется как класс «наиболее узкий из относящихся к данному ноэтическому полю смысловых классов, который соотносится с каким-либо из классов, включающих данный сигнал, и совпадает либо с одним из классов, ограничивающих состояние неопре деленности получателя, либо с логической суммой нескольких таких классов» [Prieto 1975b: 29]. В свою очередь, «означающее» – это «наиболее широкий из классов, к которому принадлежит данный сигнал и который соотнесен со своим означаемым» [Ibid.]. Означающее можно также определить как класс сигналов, имеющих одно и то же означаемое. «Знак» получает определение как двусторонняя сущность, образованная вступившими между собой в соотношение классом сигналов и классом смыслов.

Означающее и соответствующее ему означаемое, общие всем сигналам, которые их образуют, Прието вслед за Э. Бюиссенсом [Buyssens 1943] называет «семой». Сема – совокупность общих черт тождественных высказываний. Сема – абстрактное понятие. Например, высказывание Vous l’aviez posé ici tout а l’heure «Вы только что это здесь положили» может быть произнесено в разных обстоятельствах, разными людьми, по разному поводу. В понятие семы не входят ни индивидуальные черты фонии, ни соотнесенность с конкретными референтами. Таким образом, определение семы близко понятиям модели, схемы, парадигмы. Так же как и соссюровский знак, сема является двусторонней фундаментальной единицей любого кода, в том числе и естественного языка. Семиотический код прежде всего система сем и имеет характер социального установления. Код, которым пользуются в семическом акте, является семиотической структурой, на которой основывается знание участников семического акта – отправителя и получателя – о сигнале, продуцируемом в этом акте. Говорящие для целей общения должны быть в состоянии различать некоторые классы сигналов и некоторые классы сообщений и устанавливать определенные корреляции между ними. Эти классы и эти корреляции носят социальный императивный характер. Ни один член языкового коллектива не может самостоятельно решать, какие выбрать классы и их корреляции, каждый вынужден приспосабливаться к коллективному выбору. Тем самым семы являются результатом своего рода взаимодействия между членами языкового коллектива [Prieto 1965: 60].

В отличие от А. Мартине Прието считал, что естественные языки являются особым видом кодов. Основная особенность кодов, называемых языковыми, в том, что в отличие от означаемых сем неязыковых кодов, которые, как правило, образуют систему единственной классификации, означаемые языковых кодов образуют несколько таких систем. Из этого следует, что означаемые двух сем неязыкового кода всегда находятся в логическом отношении исключения, в языковом же коде означаемые сем могут находиться в отношении включения либо пересечения. Другими словами, в случае языкового кода отправитель сообщения имеет возможность выбора между несколькими схемами.

В соответствии с положением Женевской школы Прието определяет знак как двустороннюю сущность, сторонами которой, в соответствии с его семиологической концепцией, являются вступившие между собой в отношение корреляции класс сигналов и класс смыслов. Но в отличие от Соссюра знак у Прието не психологическая, а семиологическая сущность. Он рассматривает не просто сигналы и смыслы, а их классы, абстрагируясь от непосредственной материальной формы, с одной стороны, и от непосредственного потока мыслей, с другой. Он рассматривает лишь сущности, уже получившие свое место в той или иной системе вследствие социального, императивного характера кодов.

Главное свойство языковых кодов – их универсальность – Прието обозначает термином «семиотическая всеобщность» [Prieto 1975b: 135]. Этим свойством объясняется способность языка передавать любые сообщения о реальной действительности, а также наличие у всех языков общих особенностей. Доказательством существования семиотической универсальности, отмечает Прието, служит переводимость с одного языка на другой, которую он объясняет как возможность включения данного смысла в два различных знака, принадлежащих разным языкам. Уникальной особенностью языка является «креативность», которую Прието понимает как возможность для говорящего субъекта оперировать в качестве как отправителя, так и получателя сообщения семой (высказывания), являющейся для него новой, но состоящей из знакомых монем, комбинированных по известным правилам. Языки являются единственными кодами, при пользовании которыми субъект располагает несколькими разными семами для передачи одного и того же сообщения. Другими словами, речь идет об индивидуальной языковой свободе, ограниченной рамками языка как системно-структурного образования. Языки являются кодами с бесконечным числом сем. В то же время таковыми являются и некоторые неязыковые коды, например, десятичная система исчисления.

Языковые коды обладают семиотической всеобщностью благодаря двойному членению. Первое членение определяется как соответствие между означающими и означаемыми сем. Первое членение является самым экономным средством затрат на сигнификативную индикацию, поскольку она позволяет оперировать с более простыми системами классификации. Независимо от первого членения может существовать второе, действующее внутри самих означающих. Это членение, т. е. членение означающих, накладывается на «указываемый универсум речи». Второе членение, как и первое, является механизмом экономии. Двойное членение свойственно и некоторым неязыковым семиотическим системам (например, нумерация абонентов в телефонной книге). Язык отличается от этих систем большей семиотической мощностью. В отличие от кодов список сообщений, которые можно передать с помощью языка, является открытым, в то время как в телефонном номере число элементов, способных заменить каждую из цифр, не больше 10. Теоретически длина языкового сообщения не ограничена, а набор цифр, обозначающий абонента, является конечным.

Прието ставил в теоретическом плане вопрос о существовании «третьего членения». Но понимал его иначе, чем представитель французской функциональной лингвистики М. Росси, для которого третье членение – это уровень интонации, служащий дополнением учения Мартине о двойном членении [Rossi 1977]. Прието рассматривал третье членение не как дополнение, а как самостоятельный механизм, относящийся к плану содержания. Вопрос о том, существует ли «третье членение», зеркально отражающее, со стороны обозначаемых вещей, второе членение, иначе говоря, существуют ли исходные первоэлементы мира, можно решить, по мнению Прието, лишь когда будет понята природа асимметричности обоих планов.

Основываясь на учении о двойном членении, Прието разработал классификацию кодов. Код может иметь или нет первое членение независимо от того, имеет ли он или нет второе, и наоборот. С этой точки зрения Прието выделяет четыре типа кодов. Первый тип – коды, которые не имеют ни первого, ни второго членения. Коды этого типа характеризуются тем, что их семы не членятся на знаки, а означающие – на фигуры. Примером могут служить трехсемные коды, такие, как уличные светофоры. Второй тип кодов имеет второе членение, но не имеет первого. Семы этих кодов не анализируются на знаки, но их означающие, напротив, членятся на фигуры. Примером такого кода могут служить сигналы руками моряков. Код и азбука Брайля также являются кодом, имеющим второе членение, но не имеющим первое. Коды третьего типа имеют первое членение, но не имеют второго. Семы таких кодов анализируются на знаки, но означающие этих знаков не анализируются на фигуры. Примером такого кода является десятичное исчисление.