Читать онлайн «Фронтовое милосердие». Страница 63

О необходимости свертывания фронтовых ЭГ и передислокации их ближе к войскам для замены ими армейских и создания госпитального резерва начальники медицинской службы фронтов заблаговременно были поставлены в известность ГВСУ. Предыдущий опыт лечебно-эвакуационного обеспечения не вызывал у них сомнения в такой необходимости. Однако все это требовало не только времени, но и скрытности сосредоточения в отдельных госпиталях тех раненых и больных, которые в ближайший месяц вернутся обратно на фронт, а также продуманной легенды свертывания освободившихся госпиталей и их передислокации вперед. Руководители медицинской службы фронтов проводили их по-разному. Значительную часть резерва ЭГ Центра мы предполагали сосредоточить на стыке 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. Вторую, незначительную часть этого резерва было решено сосредоточить на правом крыле 1-го Белорусского фронта.

После этого было сделано представление в Генеральный штаб. Наша просьба не встретила возражений. Однако у генерал-лейтенанта А. Г. Карпоносова и его ближайших помощников возник вопрос: откуда нам стало известно о готовящейся операции? Наши заверения о том, что это всего-навсего предположения, были приняты далеко не сразу. В ответ на нашу просьбу были подготовлены соответствующие директивы.

Труднее оказалось освобождать от раненых значительную часть ЭГ фронтов, свернуть и сосредоточить их в пунктах, близко расположенных к исходному положению для наступления. Меньшую их часть следовало развернуть в пунктах размещения армейских госпиталей, которые подлежали передислокации ближе к войскам для развертывания вместо медсанбатов дивизий первых эшелонов, нацеленных на прорыв вражеской обороны. Личный состав свернутых медсанбатов, помогая в работе ППГ в период прорыва вражеской обороны, должен был быть готовым в любую минуту следовать за своими дивизиями. Другая, большая часть ЭГ должна была находиться в свернутом состоянии, готовая к переброске вперед. Данные свидетельствуют о разном понимании руководством медицинской службы фронтов значения дислокации госпиталей фронтового подчинения в исходном положении для наступления.

Бросается в глаза недооценка этого вопроса руководством медицинской службы 1-го Прибалтийского фронта. На 1 июля 1944 года оно сосредоточило в 30–60 километрах от переднего края только 12 % всех фронтовых госпитальных коек. В то же время на 3-м и 1-м Белорусских фронтах их было соответственно 33,6 % и 60 %. Эта недооценка объяснялась необоснованным сомнением в успехе готовящейся наступательной операции, возникшим, по-видимому, на основе опыта Смоленской операции. Сомнение порождало боязнь потерять помещения, хорошо обжитые госпиталями в Ржеве, Калинине и в ближайших к ним населенных пунктах. В этих госпиталях на фоне уюта и опрятности царила атмосфера душевной теплоты, проявляемой персоналом к раненым и больным. Мы нередко судим о делах по внешним признакам. Они ярче бросаются в глаза и не требуют больших усилий и знаний для ознакомления с постановкой лечения раненых и ухода за ними. Труднее было представить картину физической перенапряженности медицинского персонала войсковых и армейских медицинских учреждений вследствие невозможности своевременно, в нужном месте и в необходимом количестве использовать ЭГ фронтового подчинения, дислокация которых соответствовала оборонительной, а не наступательной операции. Для недопущения такого большого по своим последствиям промаха нужно было хорошо знать группировку и построение войск фронта, соотношение сил сторон в полосе наступления в исходном положении, возможные изменения их в ходе наступательной операции и, наконец, планируемые сроки восстановления железных дорог.

У 1-го Прибалтийского фронта была полоса наступления шириной 160 километров. Правофланговая 4-я ударная армия, имевшая четыре стрелковые дивизии, должна была наступать в полосе шириной до 80 километров. Левее ее 6-я гвардейская армия с 11 стрелковыми дивизиями имела 20-километровую полосу наступления, в том числе 18-километровый участок прорыва. Левофланговая 43-я армия (8 стрелковых дивизий) получила задачу действовать в полосе шириной 60 километров, а прорывать вражескую оборону на 7-километровом участке силами 6 стрелковых дивизий. Войска фронта строились в один эшелон. Соотношение сил было в нашу пользу. На главном направлении фронта, где на участке прорыва шириной 25 километров действовало 17 стрелковых дивизий, наше превосходство в живой силе, танках, артиллерии и авиации было еще большим.

Фронт получил задачу во взаимодействии с 3-м Белорусским фронтом форсировать реку Западная Двина и овладеть районом Бешенковичи, частью сил во взаимодействии с правым крылом 3-го Белорусского фронта разгромить витебскую группировку, освободить Витебск и в дальнейшем наступать в общем направлении на Лепель. Полученная задача позволяла ориентироваться в тон, что предстоящая наступательная операция по своему размаху, глубине и темпам наступления будет отличаться от всех предшествовавших, проводившихся фронтом. Эти данные, если они были известны начальнику медицинской службы фронта, диктовали необходимость изменить дислокацию фронтовых госпиталей, привести ее в соответствие с задачами, стоящими перед фронтом, и с утвержденной командующим группировкой войск.

Руководство медицинской службы 1-го Прибалтийского фронта не сделало должного вывода из особенностей построения главной группировки войск фронта. В первом и втором эшелонах 6-й гвардейской армии наступало по два стрелковых корпуса. 43-я армия продвигалась в одном эшелоне, и из имевшихся у нее трех корпусов два действовали на участке прорыва шириной 7 километров. Учитывая это, нужно было организовать в исходном положении одну мощную межармейскую госпитальную базу силами и средствами фронта. Организация двух армейских госпитальных баз влекла за собой много неудобств. Слишком малы ширина участка прорыва и глубина до рокадной железной дороги, чтобы развертывать для каждой из них свои СГ и ЭП, требующие много помещений для раненых и больных. Наличие двух ГБА, равных по емкости одной базе фронтового подчинения, сковывало маневр госпитальными койками. В силу неодинаковых потерь в армиях оно ведет к перегрузке ранеными и больными одной из баз и наличию неиспользуемой свободной коечной сети в другой. Преимущество организации межармейской госпитальной базы фронтового подчинения заключалась и в том, что госпитали 6-й гвардейской армии и часть госпиталей 43-й, будучи свернутыми, могли бы без всяких помех следовать за войсками своих армий, перешедшими к преследованию врага. В это время я был на 1-м Прибалтийском фронте и двигался за одним из корпусов 43-й армии, который преследовал отступавшего врага по дороге на Глубокое — Поставы. Темпы продвижения были довольно высокими. В таких условиях своевременное оказание квалифицированной хирургической помощи раненым и лечение нетранспортабельных диктовали необходимость организации работы медсанбатов дивизий перекатами. Для эвакуации в них раненых и больных места дислокации и время работы их должны быть известны всем частям корпуса. Это мог осуществить только корпус, штаб которого располагал всеми необходимыми для этого данными. Да и дальнейшее лечение раненых и больных в армейских госпиталях в этих условиях целесообразно было осуществлять, совмещая прием их в госпитали непосредственно из медсанбата с эвакуацией их в ближайшие госпитали. Этого в 43-й армии я не обнаружил.

Войска фронта поставленную директивой Ставки задачу выполнили. 26 июня во взаимодействии с силами 3-го Белорусского фронта они освободили Витебск. Окруженная витебская группировка противника за период с 25 до 27 июня была разгромлена частями 60-го и 92-го стрелковых корпусов 43-й армии, 1-й стрелковый корпус и подвижная группа армии, а также войска 6-й гвардейской вели наступление в общем направлении на Лепель и к исходу 28 июня продвинулись вперед на 40–45 километров. С 29 июня 43-я армия продолжала пробиваться строго на запад, а войска 6-й гвардейской армии на северо-запад и к 4 июля вышли на линию немного восточнее Видзы, Поставы и озера Нарочь, продвинувшись вперед с момента перехода в наступление на 90 километров и освободив Полоцк. В это время санитарные потери были небольшие. Развернутая в районе Городок ГБФ, а также армейские госпитали с приемом, оказанием хирургической квалифицированной помощи раненым, лечением и задержкой нетранспортабельных могли справиться, систематически эвакуируя железнодорожным санитарным транспортом половину поступавших к ним раненых и больных в госпитали Невеля, Ржева, Калинина, С этой стороны нельзя увидеть недостатка в лечении и эвакуации раненых. Ну а если учесть, что 43-я армия могла фактически развернуть 8300 коек, а 6-я гвардейская армия еще больше, то может возникнуть мысль об искусственности разговора о допущенной ошибке. Но, увы, это не так.