Читать онлайн «Жизнь и мечта». Страница 53

В отзыве на нашу работу заведующий кафедрой физической и коллоидной химии Тимирязевской сельскохозяйственной академии профессор, доктор сельскохозяйственных наук С. А. Алешин писал:

«...именно эта способность зеленых растений концентрировать лучистую энергию Солнца (через фотохимическую реакцию возбуждения хлорофилла) в виде химической энергии синтезированных углеводов позволила одному из крупнейших физиков нашего времени — Жолио-Кюри полагать, что не столько атомная энергия, сколько массовый синтез молекул, аналогичных хлорофиллу, произведет подлинный переворот в энергетике мира.

Таким образом, те положения, которые развивают авторы в рассматриваемой монографии, находятся в созвучии со взглядами, разделяемыми лучшими представителями науки».

Заведующий кафедрой дарвинизма Московского государственного университета профессор Ф. А. Дворянкин 27 июня 1953 г. высказал свою точку зрения так: «Закон концентрации энергии, который кажется столь невероятным некоторым физикам, на самом деле совсем не ужасающе смелое обобщение, а лишь констатация закона сохранения материи и ее движения, только взятого под другим углом зрения — со стороны вечности источников энергии, со стороны их неуничтожимости и несотворимости.

Во всяком случае, инициативу авторов следует поддержать, все равно, справились или нет они, по мнению специалистов, с доказательствами. Вопрос, поднимаемый авторами, не случайно встал перед наукой.

231

Из рукописи К. Э. Циолковского

Исследования в этой области, когда они завершатся открытиями, переведут всю физику на новый, качественно более высокий уровень. Это, по моему мнению, должно быть ясно даже любому непосвященному. Откроется новое поле управления интенсивными источниками энергии, может быть, 232 столь же даровое, как открытие способа идти «а парусах против ветра, которое древним тоже казалось абсурдным».

Мы нашли солидарную поддержку и среди специалистов физико-математических наук. Профессор, доктор физико-математических наук А. А. Гухман 10 мая 1953 г. писал по этому поводу в президиум Академии наук СССР следующее: «Принцип возрастания энтропии, который утверждает увеличение энтропии совокупности тел, охватываемых любым реальным процессом (и, следовательно, устанавливающий неизбежность рассеяния, «деконцентрации» энергии), отнюдь не является универсальным законом природы. Широко распространенное понимание этого принципа как некоего мирового закона, стоящего рядом с законом сохранения и превращения энергии и его дополняющего, неправильно. Для такого понимания нет никаких рациональных физических основ. Оно коренным образом противоречит материалистическому мировоззрению и в своем логическом развитии приводит к фидеизму.

Таким образом, резюмируя, мы должны сказать, что в очень острой и конкретной форме поставлен большой, чрезвычайно сложный вопрос. Нет никаких общих принципиальных оснований отклонять его. В конечном счете вопрос сводится к опытам и к конкретным результатам экспериментальных исследований».

Профессор, доктор физико-математических наук А. В. Улитовский 26 января 1953 г. писал: «Задача, поставленная в работе тов. Ощепкова, весьма актуальна, своевременна и созвучна нашей эпохе.

Решение ее нельзя откладывать на долгие годы.

По своей разработанности обширная программа экспериментов показывает высокую степень знания насущных вопросов современной электроники. Нет сомнения в том, что углубленная проработка поставленных в программе вопросов уже на ранней стадии работы приведет к практически полезным выводам до того, как будет решена проблема в целом».

Примеряю в то же самое время в своем отзыве на работу под названием «Закон концентрации энергии и новые проблемы электроники» начальник кафедры кандидат технических наук В. И. Лутовинов писал в президиум Академии наук СССР:

233

«Полагаю, что работа и предложения П. К. Ощепкова имеют государственное значение и заслуживают самого серьезного внимания и поддержки».

Профессор, доктор физико-математических наук Э. М. Рейхрудель 25 мая 1953 г. по этому же вопросу высказался так:

«...положительное решение хотя бы части поставленных вопросов может дать качественно новые направления в современной физике и технике.

Широта обсуждаемых в работе методологических и научных проблем и смелость в постановке новых вопросов— в связи с принятым стилем изложения, — возможно, приведут к тому, что не все читающие работу сразу поймут ценность заложенных в ней идей».

Заслуженный деятель науки, профессор Г. К. Хрущев 20 октября 1953 г. в своем отзыве на работу «Закон концентрации энергии — фундаментальный закон природы» писал:

«Работа читается с большим, неослабевающим интересом. В ней много смелых, но, как мне кажется, вполне обоснованных мыслей, идей. Подкупает эта работа большой искренностью и непреодолимым стремлением к поискам новых путей в науке, путей, открывающих большие перспективы законам развития природы».

Один из авторов прославленной «катюши.», дважды лауреат Государственной премии И. И. Гвай в своем отзыве на ту же работу 8 февраля 1954 г. писал в президиум Академии наук СССР:

«Плодотворное решение задач, сформулированных тов. Ощепковым и его сотрудниками, может дать нашей стране изобилие энергии, а тем самым и изобилие в материальной и культурной жизни всего общества... Надо поддержать и оказать немедленную помощь в развертывании работ в этом направлении. Эти работы даже в ходе последовательного выполнения отдельных этапов обещают обогатить нашу страну и нашу науку и технику новыми реальными ценностями».

Чтобы лично оказать проблеме творческую поддержку, Иван Исидорович Гвай в том же году перешел в нашу лабораторию на постоянную работу и трудился в ней до конца своей жизни.

Тогда мы еще не знали, что в своих стремлениях имеем такого мощного союзника, как прославленный корифей науки Константин Эдуардович Циолковский.

234

ВЕЛИКИЙ ИЗОБРЕТАТЕЛЬ И ГЕНИАЛЬНЫЙ МЫСЛИТЕЛЬ

В 1954 г., работая в библиотеке Физического института имени А. Н. Лебедева, я совершенно случайно обнаружил небольшой томик трудов Ленинградского педагогического института имени Герцена — «Ученые записки, т. 90, 1953 г. Кафедра философии».

Перелистывая книгу, к великому своему удовлетворению, я нашел в ней статью молодого ученого В. А. Брюханова «Критика К. Э. Циолковским теории тепловой смерти мира».

Оказывается, К. Э. Циолковский в течение почти всей жизни был непримиримым и последовательным борцом против реакционной теории тепловой смерти мира.

В статье Брюханова приведено интересное место из высказываний Циолковского, которое убедило меня в том, что он наш друг и защитник. Вот это место:

«Однажды я читал статью. Автор ее, говоря о неизбежности потухания Солнца, надеется, что человечество все-таки извернется.

Тогда я подумал: «Какой оптимизм!» — и не находил сам возможности выпутаться из беды. Но вот прошло два десятка лет, и в моей душе созрело семя надежды об обратимости процесса рассеяния тепла. (Подчеркнуто мною.— Я. О.) Если это так, то человечеству открывается светлое будущее».

До конца своих дней К. Э. Циолковский не переставал думать об этой проблеме и оставил прекрасное наследие в этой области.

В 1935 г., т. е. незадолго до смерти, великий оптимист и провозвестник нового опять возвращается к этой теме. Говоря о буржуазной науке, он пишет:

«...модны идеи о тепловой смерти Вселенной и равномерном рассеянии энергии».

И неутомимый ученый вновь и вновь повторяет свою аргументацию против абсолютности постулата Клаузиуса и указывает, что «теоретически возможно обратное течение тепловых процессов... мы не ознакомлены только с условиями, при которых они происходят».

Это дало нам повод более углубленно исследовать архивы К. Э. Циолковского. Оказывается, из-за чрезвычайной смелости этих мыслей и противоречия их установившимся в науке взглядам большинство из них никогда не было опубликовано и лежало в архивных подвалах.

235

Сам К. Э. Циолковский писал по этому поводу: «Мое новаторство стало выходить наружу, и это оттолкнуло от меня «правоверных», не сомневающихся ученых».

Огромную помощь в отыскивании интересующих нас рукописей К. Э. Циолковского оказал его друг и сподвижник Борис Никитич Воробьев.

Имея таких друзей и такие интересные и важные источники, мы решили собрать все высказывания Циолковского об обратимости явлений в единую книжку, чтобы довести их до сведения широкой научной и. технической общественности. За эту работу с жаром взялся И. И. Гвай и мастерски выполнил ее. Из-под его пера вышла замечательная книга «О малоизвестной гипотезе Циолковского», изданная в 1959 г. в Калуге с моим предисловием. (В 1957 г. в издательстве Академии наук СССР появилась книга И. И. Гвая «К. Э. Циолковский о круговороте энергии».)