Читать онлайн «Цивилизация Древней Греции». Страница 87

Эти театры, зачастую очень вместительные, где собирался народ целого полиса, позволяли гражданам осознать свое единство. Здесь также проходили все религиозные праздники, которые требовали присутствия толпы. Но это единение лучше всего выражалось в конструкции, продуманной для широкой публики, которой было бы удобно сидеть и которой предоставлялись бы свободный обзор и достаточная акустика. Так появился обычай использовать театрализованные представления, и особенно дионисийские, чтобы провозглашать о почестях, воздаваемых благодетелям. Мы это видели, например, в декрете Аполлонии Понтийской, где Хегесагор должен был быть увенчан «золотым венком на Дионисиях», тогда как в его родном полисе, Истре, те же почести были провозлашены во время знаменитых Истрийских игр. И в том и в другом случае были использованы обстоятельства стечения толпы, чтобы обеспечить желаемую огласку решениям совета и собрания. Часто случалось, что театр становился местом политических собраний. Так, в Мегалополе, столице Союза аркадских полисов, в огромном театре проходили заседания федеративного собрания.

Еще один значительный элемент общественной жизни — гимнасий. Это комплексное сооружение, чьим первоначальным предназначением, как указывает его название, было проведение занятий физическими упражнениями. Здесь мы находим прежде всего палестру, специальное здание, располагающее вокруг большого четырехугольного двора раздевалки, залы для тренировок, купальни, а также экседры — открытые галереи со скамьями для отдыха и бесед — и даже залы для собраний. Рядом с палестрой находилась открытая беговая дорожка, иногда дублировавшаяся крытой дорожкой, используемой в плохую погоду, и та и другая длиной в один стадий (около 190 м). Когда позволяли обстоятельства, рядом с гимнасием оборудовали стадион. Наконец, бывало, как в Дельфах, что к этим сооружениям добавлялся бассейн под открытым небом: но дефицит воды, по крайнем мере в Элладе, практически не давал возможности расширять подобного рода удовольствия. Зато, как правило, в гимнасии везде были купальни, зачастую с желобами для мытья ног. Здесь стоит напомнить, что в эллинистическую эпоху забота о физической чистоте получила широкое распространение: в каждом доме имелся уголок для гигиенических процедур, а то и настоящая купальня с ванной, и общественных бань становилось все больше. В них было больше круглых помещений, чем четырехугольных, с множеством резервуаров для сидячих ванн, а во внутренней стене под каждым резервуаром была сделана ниша, служившая полочкой для гигиенических средств, используемых в качестве мыла — это последнее не было известно в античной Греции. Эти общественные заведения, как и купальни в гимнасии, были предшественниками римских терм.

20. Делос: гранитная палестра.

Возведенная в середине II века она представляет собой прекрасный образец такого рода сооружений. Палестра выстроена вокруг большого двора, чей облицованный плитами пол держится на сводах цистерны (А). Портик окружает двор с четырех сторон. Он возвышается над галереей, образуя этаж. Северный портик дублируется по нижнему ярусу длинной галерей (В), отделенной от него колоннадой. Вход (С) находится на западе. Лестница (D) позволяет подняться на этаж. Ряд комнат выходят на центральный двор. Одна из них (Е) представляет собой отхожее место. В большой комнате (F) южнее входа была обнаружена знаменитая бронзовая голова, названная Портретом мужчины из палестры (хранится в Национальном музее Афин).

Переоценить роль гимнасия в жизни эллинистического полиса невозможно. Здесь юноши и зрелые мужчины занимались прежде всего атлетикой: бегом, прыжками, метанием копья, кулачным боем, борьбой, некоторые атлетические дисциплины образовывали связный комплекс, называемый пентатлоном (или пятиборьем) и в таком качестве входивший в программу игр. Чтобы подстегнуть соревновательность, организовывались многочисленные состязания: агонистический дух, которым было проникнуто греческое общество в предшествующие периоды, нисколько не ослабел. Большинство таких состязаний не выходили за рамки полиса-устроителя, даже если к участию в них допускались чужеземцы. Другие имели широкую известность во всем греческом мире и собирали лучших атлетов любого происхождения, при условии, что их считали греками. Эти состязания назывались священными, или stephanites, поскольку наградой в них был не денежный приз, а лишь венок из листьев; каждые четыре года в Олимпии и Дельфах, каждые два года в коринфском Истме и в Немее эти соревнования, учрежденные в раннюю эпоху, продолжали собирать спортивную элиту эллинского мира, куда вскоре были допущены и римляне. За содержанием спортивных объектов тщательно следили, что требовало немалых средств. Дельфийский реестр, датируемый 247–246 годами до н. э., подробно расписывает расходы, понесенные в тот год в связи с Пифийскими играми: они были потрачены на гимнасий, где тренировались участники, на стадион и на ипподром для соревнований. Стадион, где проходили Немейские игры, только недавно был раскопан американскими археологами и позволил представить грандиозные масштабы, в рамках которых проводились эти состязания. В эллинистическую эпоху престиж этих все-эллинских игр нисколько не померк. Их считали соревнованиями особой категории, которую называли periode (цикл), и победа в этих четырех больших состязаниях была наиболее почетна для атлета: она давала ему желанный титул — «победитель цикла», или периодоник.

Эллинистические полисы стремились устраивать по подобию этих престижных священных игр другие соревнования с такой же периодичностью в два и четыре года, требуя от других полисов в их отношении такого же уважения, как и для игр цикла. Чтобы добиться такого признания, имевшего официальный характер, поскольку эти новые соревнования, как и старые, всегда были привязаны к религиозным праздникам, в различные полисы отправлялись послы, которых называли феорами и которые ходатайствовали о подтверждении такого признания декретом. У нас есть множество эпиграфических документов, относящихся к этим переговорам: например декреты семидесяти греческих городов, признающих учреждение праздников в Магнесии на Меандре в честь Артемиды Левкофриены, или декреты относительно праздника Асклепия на острове Кос.

21. Дельфы: План гимнасия.

Расположенный ниже Кастальского источника гимнасий занимает два уровня. На верхней террасе оборудованы беговые дорожки: крытая дорожка — вытянутый стадион, так называемый ксист (А), перед которым идет еще одна дорожка под открытым небом — парадром (В). На нижней терраса, которая сообщается с верхней посредством лестницы (С), размемены палестра (D) с перистильным двором и пристроенными комнатами и открытый бассейн (Е) круглой формы. Этот бассейн прекрасно сохранился. В эпоху Римской империи эти постройки были дополнены небольшими термами (F).

И сотерии в Дельфах, праздник, установленный Этолийским союзом в память о разгроме галлов, которые в 278 году до н. э. угрожали святилищу, получили такой же статус. Увеличение числа этих священных игр является примечательным свидетельством живой преемственности религиозных и гражданских традиций в эллинистическую эпоху. Они в значительной степени способствовали поддержанию связей между полисами: каждый раз накануне этих регулярных состязаний полис-организатор поручал своим феорам пригласить чужеземные полисы к участию в празднике посредством официальных делегаций. Таким образом, между городами устанавливалась целая система взаимоотношений: феоры каждый раз останавливались у одних и тех же хозяев, которых называли феородоки — «принимающие феоров» — и список которых заботливо сохраняли. В Дельфах был обнаружен такой список, выгравированный в начале II века до н. э., в нем перечислялись полисы, которые посетили священные послы дельфийцев перед Пифийскими играми, разделив греческий мир на большие географические зоны. Этот документ предоставляет крайне важную информацию относительно политической географии того времени.

Для занятий в гимнасии атлеты разделялись на группы по возрасту: детей, или безбородых, соответствующих нашим юниорам, юношей и зрелых мужей. Две последние категории объединялись во время соревнований, которые выделяли только «детей» и «мужей». Это деление было призвано не только уравнять возможности спортсменов в соответствии с их возрастом — в нем отражались военные истоки атлетического воспитания, которое первоначально служило для подготовки граждан к их солдатским функциям. Даже когда эти функции, не исчезнув полностью, стали тем не менее значительно легче в связи с всеобщим использованием наемников, связь между гимнасием и армией так полностью и не оборвалась. В полисах, где существовал институт эфебии, юноши, или эфебы, проходившие в течение года или двух обязательную или добровольную службу, посещали гимнасий и занимались там не только физическими упражнениями, но и учились обращаться с оружием; среди должностных лиц, упоминаемых в надписях в Афинах и других городах, встречаются инструкторы по стрельбе из лука, метанию копья, обращению с оружием гоплита (копье, меч и щит) и легковооруженного пехотинца и даже по стрельбе из катапульты. Все возрастные группы проходили эту подготовку. Из кратких упоминаний в текстах тем не менее становится очевидно, что юношей также готовили к военным операциям: ставшая недавно известной надпись в Беренике (Ливия) восхваляет гражданина этого города, возглавившего отряд юношей, чтобы защищать разоренную разбойниками и пиратами деревню в первой половине I века до н. э.