Читать онлайн «Энергетика истории. Этнополитическое исследование. Теория этногенеза». Страница 77

Великий и трагический XVI век близился к концу. Для великорусского этноса то был век величайших завоеваний и тягчайших испытаний. Свет и тьма густо перемешались в тогдашней российской действительности, и даже среди черноты тяжёлых поражений и бедствий вспыхивали светлые сполохи. В исходе царствования Грозного казачий отряд атамана Ермака разгромил ещё один осколок империи Чингисхана – отдалённое Сибирское ханство – и проложил русским дорогу к овладению Сибирью.

В конце XVI века Россия немного оправилась от «великого разорения», приступила к активному освоению Сибири, Поволжья, степей юга. Но мирная пауза оказалась непродолжительна; вскоре страну потряс новый и ещё более мощный внутренний кризис, поводом к которому послужило пресечение династии московских Рюриковичей. Великая Смута начала XVII века, казалось, поставила под вопрос само существование России как самостоятельного государства. Ожесточённой внутренней борьбой воспользовались иностранцы, захватившие обширные приграничные земли. Католическая Европа, выставляя своим авангардом польское шляхетство, лелеяла планы политического и религиозного подчинения, этнокультурной ассимиляции великорусов. Но в этот критический момент обнаружил себя глубинный источник мощи великорусского этноса. В то время как высшие чины государства уже прогнулись и принесли присягу чужеземной и иноверной власти, простые люди и рядовые дети боярские сказали: «Нет! В Кремле сидят поляки – ненавистники и уничтожители православия. Не может им быть ни веры, ни присяги!» Вокруг идеи исконной православной веры сплотились все русские люди, невзирая на социальную рознь, и освободили Москву и Россию от чужеземных поработителей.

Последствия Смуты были ещё более тяжкими, чем итоги опричнины. Страна была полностью разорена, отброшена от Балтийского моря, потеряла важные западные территории. Но богатства естественных ресурсов в её обширных пределах позволяли народу быстро восстанавливать свои силы. Уже в середине XVII века Российское государство вновь окрепло и с помощью малорусов взяло реванш у Речи Посполитой. Россия вернула Смоленск и присоединила Левобережную Украину. Переяславская рада положила начало воссоединению Восточной и Западной Руси. Малорусы («украинцы»), этнос более молодой по рождению, чем великорусы, возникший на южной окраине (украйне) западнорусского ареала, – добровольно вошли в состав Российской державы и вскоре были интегрированы в русский суперэтнос на основе исторической и религиозной общерусской близости (да и называли они себя в то время не иначе, как русскими). Вырвать из-под польско-католической власти всю Западную Русь не удалось, но заявка была сделана весомая. Важно было и то, что центр Западной Руси – Киев остался в составе России.

На заключительной стадии фазы надлома Россию ещё ждали крупные потрясения. Крестьянская война Разина поставила под угрозу существующий крепостнический режим. Социальный раскол великорусского этноса усугубился религиозным расколом в результате никоновской реформы церковного обряда. Реформа утверждала вселенский характер православия, но проводилась грубыми и оскорбительными по отношению к великорусской церковно-культурной традиции методами. Это оттолкнуло от официальной церковной и светской власти значительную часть русских пассионариев, ушедших в раскол, что сильно ослабило этнос в целом.

На рубеже XVII–XVIII веков состоялся переход великорусского этноса из фазы надлома в фазу инерции. В фазе надлома великорусы присоединили обширные территории, что создавало благоприятные перспективы дальнейшего развития, но всё более остро чувствовалась культурно-техническая отсталость от соседней Европы. Находясь на отдалённой периферии мировой цивилизации, в стране с суровыми природными условиями, великорусский этнос медленно прогрессировал в культурном и техническом отношениях. Чтобы преодолеть эту отсталость, необходимы были тесные связи с развитой цивилизацией Европы, которые наилучшим образом могли быть установлены через Балтийское море. На пути России стояла Швеция, захватившая прибалтийские русские земли и удобные ливонские гавани.

Задачу установления связей с Европой и заимствования достижений цивилизации решил Пётр I. В Северной войне созданная им регулярная русская армия захватила Восточную Прибалтику, которая и послужила мостом для тесных отношений с Европой. Реформы Петра потребовали страшного напряжения от страны, огромных материальных затрат. Тяжесть повинностей, навалившаяся на народ, и непонятные иноземные нововведения вызывали массовое сопротивление, то и дело прорывавшееся открытыми мятежами. Пассионарная слабость этноса – следствие религиозного раскола – обернулась многими уродствами и перекосами в культурной жизни страны. Вместе с необходимыми техническими новациями были заимствованы множество бесполезных элементов европейской светской культуры, что сопровождалось репрессиями против отечественных нравов и обычаев. Новая светская культура утверждалась только в высшем сословии – дворянстве, а это вело к его резкому отличию в культурно-бытовом отношении от массы народа, к углублению разделения и взаимного непонимания верхов и низов нации.

Но в техническом отношении реформы Петра удовлетворили потребности государственного укрепления России. Приданный Петром импульс позволил успешно развивать экономику и культуру на протяжении двух веков фазы инерции. За всё это время случился лишь один крупномасштабный социальный катаклизм – крестьянская война Пугачёва. Она со всей ясностью продемонстрировала глубину раскола между европеизированными верхами и народной массой. Подавление восстания не решило проблемы, но лишь законсервировало социальный раскол на долгие годы; внутренний порядок искусственно поддерживался усилившейся мощью имперской административно-полицейской организации.

Во внешних отношениях России время инерции было эпохой успехов и славы. Освоение европейской техники значительно увеличило материальные и военные силы Российского государства, так что оно могло успешно решать и старые, и вновь встающие перед ним задачи. При Екатерине II была окончательно ликвидирована угроза набегов со стороны крымских татар и ногаев. Крымское ханство было упразднено, а его земли вошли в состав России, так же как и всё Северное Причерноморье, получившее название Новороссии. Таким образом, в тяжёлой борьбе с Османской империей была решена проблема выхода страны к морю на юге. Тогда же Россия осуществила стародавнее стремление объединения всех русских земель: в результате разделов Речи Посполитой почти вся Западная Русь (за исключением Галичины и Закарпатья) вошла в состав Российской империи.

В XIX веке последовали другие более или менее крупные приобретения: Бессарабия, Финляндия, Кавказ. После победы над Наполеоном в составе России оказалась даже значительная часть Польши. Намного возросло влияние России на европейские дела. Случались и неудачи (Крымская война), но в целом Россия твёрдо отстаивала свои позиции и понемногу округляла владения. Горечь поражения в Крымской войне вскоре растворилась в новых обширных завоеваниях в Средней Азии и на Дальнем Востоке.

Фаза инерции великорусского этноса была в то же время эпохой подъёма суперэтнической системы. Успешная экспансия XVIII–XIX веков определила её территориальные границы и сферы влияния поднимающегося суперэтноса. Границы империи и суперсистемы в основном совпадали, но некоторые западные провинции (Польша, Финляндия) оставались под преимущественным влиянием Европы, а южные – исламского мира. Главным внешним устремлением суперэтноса являлось направление на Балканы и Ближний Восток – к древним святыням православно-христианского мира.

Овладев достижениями европейской цивилизации, русская наука, техника, эстетическая культура встали вровень с ведущими европейскими нациями. Русские учёные, изобретатели, инженеры, писатели, художники, композиторы внесли весомый вклад в общемировую культуру. С конца XIX века быстрыми темпами развивались передовые отрасли промышленности. По видимости, Россия процветала, и перспективы её развития и роста сторонним наблюдателям казались беспредельными.

Но под внешним благополучием существовали и углублялись острые противоречия. Благами цивилизации пользовались, главным образом, привилегированные слои населения, а крестьяне жили почти так же, как и до Петра. Мощное влияние соседней более развитой западноевропейской цивилизации по-прежнему разделяло русский народ на «образованное» общество и простонародье. Образованный класс России был культурен западноевропейской культурой. Российская светская культура эпохи после Петра была европейской по формам и, в значительной степени, по содержанию. Увлечение образованной элиты русской нации европейской культурой приводило к тому, что национально-русские формы оставались в пренебрежении и без развития консервировались в простонародной среде, деградировали и исчезали. Образованное русское общество постепенно теряло живительную корневую связь с народной почвой, переходя на питание исключительно искусственным раствором западной цивилизации.