Читать онлайн «Древние цивилизации». Страница 80

Расклад магической колоды карт Тарот

В сегодняшней России иные, пытаясь обрести не только «истинные знания», но и установить «передовое сознание XXI века», также обращаются к писаниям Гермеса Трисмегиста. Они утверждают, что Свет сегодня идет не с Востока. «Духовный Свет проливается через Северные Врата», из зоны Северного полюса. Объясняют они свои построения тем, что якобы с севером были в далеком прошлом связаны легендарные земли, гора Меру и первая цивилизация таинственной Гипербореи. Заманчиво, но туманно звучит мысль: «Первая истинно духовная цивилизация истинно духовной расы, населявшая северные земли, принесла и подарила людям Свет».

Молодое человечество жадно впитывало в себя новое знание. «Касты ученые или высшие принимали знание со всеми его символами, потому что символы, соединявшиеся в целый и полный миф, дают мысли прочность и неизменность; они – говоренное письмо, имеющее жизненную силу, чуждую самой мысли, но вспомогательную для нее; они – замена грамоте писаной». Видимо, не стоит недооценивать уровень грамотности жителей Древнего Египта. Особенно если принять во внимание груды документов, которые дошли до нас из глубин тысячелетий. Эти горы высотой в 20–70 метров, которые арабы называли «ком», существовали едва ли не в каждом поселке. Они и стали в наше время главным местом находок папируса.

Надпись Аменемхета III

Древнее общество, как и наше, не могло обойтись без чиновников. Обществу требовался довольно многочисленный класс «грамотеев», который мог вести и содержать в должном порядке документацию. Писцы составляли всевозможные письма, жалобы, разного рода прошения типа «Пожалей меня, бедного (умеренного)» и т. п. Отец приучал сына уважать труд писца: «Я постиг тяжелый физический труд – отдал сердце буквам. Я также любуюсь человеком, который свободен от физического труда, поистине нет ничего более ценного, чем буквы». В ходу у древних египтян были такие выражения, как: «Лишь письмена имеют память!», или наставления: «Люби писания и ненавидь пляски… День пиши и читай ночью». Писцы пользовались авторитетом. Карьера их привлекательна в первую очередь для «разночинной интеллигенции». В стихотворении «Прославление писца» есть строки:

Со временем и важные сановники Египта, обладавшие высокими званиями, не гнушались скромным званием писца… На печатях времени II царского дома «писец» встречается в качестве должностного звания владельца печати (а это – символ власти). Высшие писцовые школы назывались «Дом жизни» (перанх), являясь местом средоточия ученых, жрецов, мудрецов. Тут составлялись «Анналы» фараонов и храмов, фиксировались научные открытия и изобретения (тайнопись и криптография), хранились и переписывались старинные папирусы. Развалины такого Дома жизни были обнаружены в столице фараона Эхнатона. Знания имели культовый или прикладной характер. В Египте технические и научные знания входили в программу специального образования писца. Математические знания применялись при обработке земли, изучении карты звездного неба, определении времен года. Аменехмет I установил границы номов на основании того, что нашел в книгах и древних писаниях. Найденные при раскопках пирамид рисунки указывают на использование знаний при обмере земель, создании карт. Со временем некоторые писцы стали высшими должностными лицами, даже фараонами. Как правило, все они были состоятельными людьми. Скажем, писец сокровищницы Джхутинефер, живший при фараоне Аменхотепе II, как отмечают, построил себе двухэтажный дом, в подвале которого была ткацкая мастерская и хлебопекарня. Потолок первого этажа имел в высоту около трех метров. Тут находилась прихожая с двумя колоннами и более высокий центральный зал с окнами под потолком. В помещениях второго этажа также были колонны, на крыше были амбары и хранилища.

Кольца-печати, написанные именами Аменхотепа III и его супруги Тийи

Писцы в Древнем Египте составляли умственную элиту, так сказать, тогдашнюю египетскую «интеллигенцию». Хотя не все согласятся с подобным определением роли писцов Египта. Скажем, историк Ковельман утверждал: «Положим, уже писцы Древнего Египта несли свою образованность как знак касты, как высшее достоинство, дающее право на презрение к профанам. Но не было у них стремления светить и просвещать, воспитывать народ даже вопреки его воле. Не было того, что в новое время назвали долгом интеллигенции перед народом. Конечно, искать у деятелей второй софистики четкую концепцию такого долга было бы недопустимой модернизацией». И все же полагаю, в Египте имелись ростки думающей элиты, которая возникла задолго до появления культуры греков и римлян.

Фигура египетского писца

Как бы там ни было, эта прослойка стала привилегированной группой. По словам автора одной древней сатиры о ремеслах, должность писца была единственной без подчинения, ибо «писец сам руководит другими, а также освобожден от всяческих лишних повинностей и защищен от всякой работы». Фактически в Египте он же являлся важным чиновником, руководившим административно-хозяйственной деятельностью (строительством, сбором налогов, учет и т. д. и т. п.). Но чтобы представить воочию, как выглядел в жизни египетский писец, сходите в Пушкин-ский музей, где сможете увидеть фигуру писца Сен-Нефра (из собрания ГМИИ), с покоящимися на коленях руками. Можете сравнить его и с фигуркой из Лувра, имеюшей особенно рельефные портретные характеристики: выдающиеся скулы, разрез крепко сжатых губ, говорящих о суровом характере, пронзительный взгляд глаз со зрачками из горного хрусталя. Тут отчетливо выражены психологизм и внутренняя жизненная сила писцов (или их «ка»).

Фигура египетского писца

Учеба в Египте считалась чрезвычайно важным и ответственным делом. Процесс обучения шел при «прямом» покровительстве богов или близких к ним существ (жрецов). Учителя обращались к Тоту (Джехути). Вот как это представлено у Вал. Брюсова (в стихотворении «Египет»):

Аменхотеп в образе писца

Как отмечалось, творец интеллектуальной жизни, владыка мудрости Тот выступал патроном писцов. Он обязан был поддерживать общественный порядок в стране («владыка правды», «царь правды»). Носитель справедливости и истины. Соответствующим образом находившиеся под его покровительством писцы должны были выполнять роль защитников правды и справедливости. В одном из поучений сказано: «Не свидетельствуй ложно, не обманывай кисть свою, чтобы навредить кому-либо». Хотя Тураев пишет, что «бог премудрости и правды Тот оказывал плохую услугу египетской культуре и справедливости» уже в силу того, что своим вмешательством «сводит этот нравственный элемент почти на нуль». Он учил покойника формулам, которые позволяли ему найти дорогу к сердцам судей. А может быть, к их кошелькам?! «Знание этих формул и имен судей делает нравственную чистоту излишней». Поразительно! Минули тысячелетия, сменились поколения судей, но характер «волшебных формул Фемиды» в ряде случаев остался почти неизменным.

Писец Шери с семьей. XVIII династия (Аменхотеп II). Фивы

Писец должен был научиться читать и писать без ошибок, их учили арифметике, геометрии, иностранным языкам, риторике, музыке. Затем он обязан был учить других подростков-учеников. В эпоху Среднего царства появляются в Египте и специальные ведомственные учебные заведения, которые стали целенаправленно готовить чиновников для административного аппарата. В качестве учебных материалов использовался ряд поучений, принадлежавших мудрым людям. К началу XII династии оформилась так называемая книга «Кэми», своеобразный компендиум школьных упражнений, служивший пособием на начальном этапе обучения. С его помощью египетские юноши овладевали азами грамотности. Коростовцев (вслед за Тураевым) говорит об утилитарном характере профессии египетского писца.

Надпись иероглифами на каменной плите. Палермский камень

По мнению О. Камнева, на начальном этапе обучения превалировали простые тексты, не обремененные высокой философией и строгими нравственными установками. Как мог древний педагог заинтересовать юношу образованием, которое воспринималось им скорее как тягота или мучение, если не пообещать получения благодаря образованию целого ряда преимуществ и свобод, да безбедной жизни, а не расписывать «высокие материи и прелести духовного развития». Подобные практические и жизненные интересы были ему куда ближе. О весомости статуса писца свидетельствует следующая поговорка: «Остается только быть писцом (скрибом), говорят мудрые, ибо скрибу достается все лучшее на этом свете». Должность писца передавалась по наследству, но ее можно было и заслужить, проявив немалое трудолюбие и обнаружив способности в учебе. Среди писцов были одаренные дети из незнатных семей. Образование для бедняка – единственная возможность проникнуть в привилегированные классы египетского общества. Такие социальные подвижки власть порой даже поощряла. О том, что писцы стали со временем привилегированным слоем, говорят и изображения в образе писцов самых знаменитых и влиятельных людей государства – жрецов, фараонов и даже богов.