Читать онлайн «Китай: версия 2.0. Разрушение легенды». Страница 36

«Мяньцзы» можно заработать вместе с богатством, занимаясь бизнесом, а можно и выиграть в казино. Китайцы — азартные игроки, и игры на деньги никогда не считались в Поднебесной чем-то предосудительным (соображения, по которым на территории материкового Китая игорные заведения можно найти только в бывшей португальской колонии Макао, — не этического, а экономического характера). Человек, сорвавший хороший куш в казино, воспринимается в Китае вовсе не как «несчастный игроголик, который все равно скоро все просадит»; в восприятии окружающих он приобретает, если можно так выразиться, дополнительную порцию «мяньцзы»…

Наконец, в немалой степени способствует обретению «лица» всей семьей рождение в этой самой семье сына (мы уже немного знаем о причинах столь страстной любви китайцев именно к детям мужского пола). Успехи ребенка (тут уже его пол неважен), особенно в области учебы (или спорта, музыки), получение сыном или дочерью диплома престижного вуза заставляют родителей ощущать просто изумительный прилив «мяньцзы»…

А теперь о лучших способах потерять «лицо» или способствовать его потере своим ближним. Чемпионом по эффективности, вероятнее всего, нужно считать публичную критику в чей-либо адрес — от официантки в китайском ресторане, перепутавшей ваш заказ, до директора китайской фирмы, в эффективности работы которого вы сомневаетесь.

В любом случае выразить свое недовольство лично, с глазу на глаз — вполне допустимо, если облечь свою мысль в подобающую форму… сделать это при свидетелях (в особенности коллегах, друзьях, начальстве или подчиненных субъекта) — настоящее безумие. В китайские махрово-социалистические времена не один партийный функционер покончил жизнь самоубийством после того, как был жестоко раскритикован на партсобрании, и совсем не потому, что осознал невозможность стать образцовым кадровым работником или потерял надежду полностью соответствовать кодексу строителя коммунизма…

Быстро и неизбежно теряет в Китае «мяньцзы» тот, чье предложение (любого характера) встречает прямой и незавуалированный отказ. Получив в ответ однозначное «нет», автор предложения немедленно ощущает, как кожа сползает с его настоящего, физического лица, словно в фильме ужасов. Поэтому обычными способами сказать «нет» в Поднебесной являются: «возможно», «да, вполне вероятно» и «можно, но сначала мне нужно обсудить ваше предложение с тем-то и тем-то»…

Надежный и простой метод лишить китайца «лица» — перебить его речь, в особенности в те моменты, когда он говорит о чем-то важном (или, по крайней мере, верит в важность своих речей). Конечно, и нас с вами в детстве учили, что перебивать собеседника невежливо, но подобные действия по отношению к китайцам — уже не просто невежливость, а сотворение маленькой катастрофы…

Повышение голоса на собеседника и оскорбления в его адрес могут привести не только к тому визгливому скандалу, который в Китае по ошибке считается дракой, это бы еще ладно; проявление своего гнева на публике ведет к неизбежной потере «лица» обеими сторонами конфликта…

Однозначную потерю «мяньцзы» вызывает публичное признание собственной ошибки; в общении с обитателями Поднебесной стоит как избегать подобного самому, так и не принуждать к этому партнера по общению; ему всегда нужно оставлять определенную «лазейку», пусть даже на вас обрушится целая груда явной и неприкрытой лжи…

Поскольку ложь — один из общепринятых в китайской традиции способов сохранить «лицо», никогда нельзя ловить оппонента на этой самой лжи, и тем более публично. Подобным постоянно грешат отечественные бизнесмены в случае, к примеру, задержки с поставкой какого-нибудь товара; все бредовые оправдания китайских партнеров необходимо выслушивать с понимающим видом, кивая в знак согласия головой: несколько дней потерянного времени не стоят того, чтобы, выразив свои сомнения в правдивости слов китайца, тем самым испортить отношения с ним навсегда…

И наконец, если для нас с вами признаться в своем незнании или неумении чего-либо почти всегда вполне естественно, то для китайца подобное сопровождается опять же потерей «лица». Поэтому не нужно удивляться, если на вопрос о том, как заваривать данный сорт зеленого чая или сколько учеников было у Конфуция, вы вдруг вместо внятного объяснения услышите такие речи, по сравнению с которыми бред сивой кобылы в темную ночь покажется цитатой из Канта: человек не знает правильного ответа, но признаться в этом для него недопустимо по соображениям сохранения «мяньцзы». Не напирайте и сделайте вид, что поверили, — честное слово, так будет лучше…

Я глубоко убежден в том, что как минимум половина гарантии положительного и продуктивного общения с китайцами в самой Поднебесной и за ее пределами заключается всего лишь в том вежливом и культурном поведении, азы которого нам пытались преподать в детстве наши собственные родители и учителя. Вторую же половину успеха обеспечит любому некоторый интерес к местным культурно-психологическим особенностям и правилам коммуникации и стремление (можно без паранойи и фанатизма) осознать их и по мере возможности им следовать; ничего особо сложного и сверхъестественного тут не было и нет. И будет всем счастье.

И наконец, еще немного о знаменитых «китайских церемониях», которые, как ни странно, на поверку оказываются чуть проще, чем их принято у нас представлять…

В «Шокирующем Китае» я уже рассказывал о некоторых подробностях и особенностях поведения китайцев и кое-каких привычках обитателей Поднебесной, а также о том, что многие из этих самых подробностей и манер кажутся человеку непривычному довольно дикими и некрасивыми, заставляя его заподозрить нечто вроде того, что китайцы соотносятся с культурой примерно так же, как гений со злодейством…

Тем не менее зачастую и некоторые моменты в поведении иностранцев (включая и наших с вами соотечественников) представляются китайцам дикими, нецивилизованными и совершенно недопустимыми для нормального человека; встречаясь с такими случаями, китаец обычно еще более укрепляется в своих впитанных с молоком матери представлениях о своих соплеменниках как единственно полноценных людях.

Давайте рассмотрим несколько относительно важных для персонального общения с нашими восточными соседями вещей, дабы в случае чего не ударить в грязь лицом.

Рукопожатие весьма распространено в Поднебесной как универсальный вид приветствия; без него не обходится ни официальное начало переговоров, ни приход к вашим китайским друзьям в гости. Однако нужно помнить, что в любом случае не стоит демонстрировать вашему визави свое крепкое мужское расположение и отличную физическую форму, как это иногда принято в России: в Китае подобное может трактоваться как грубость и даже склонность к агрессии. Иными словами, действовать следует деликатно. В случае, если хочется выразить человеку особенное уважение, расположение и благодарность, вполне можно пожать его руку двумя своими, но все-таки ни в коем случае не делать это похожим на демонстрацию раздела «заломы и захваты» из боевого самбо. Аккуратнее! Сплошь и рядом рукопожатие в Китае используется и для обмена приветствиями с женщиной; если дама протягивает вам руку, не стоит строить из себя галантного старорежимного кавалера и пытаться ее целовать: встречено это будет в лучшем случае с плохо скрытым удивлением.

Если с китайской дамой вас связывают дружеские, приязненные, но не сугубо интимные отношения (интимные в данном случае — это не метафора), то следует воздерживаться от попыток приобнять ее при встрече и прощании или поцеловать в щечку, — такое воспринимается как изрядная дикость. Впрочем, есть вероятность, все более распространенная в последние годы в крупных городах, что дама по своей собственной инициативе предпримет подобные действия. Если так, то скорее всего, она: а) насмотрелась иностранных фильмов со сценами, в которых «лаоваи» поступают именно так, и очень хочет показаться «продвинутой»; б) испытывает к вам действительно теплые и дружеские чувства (не переоцените ненароком, ибо влияние фактора «а» в девяноста случаях из ста является главенствующим).

Поцелуйчики мужчин с мужчинами в Поднебесной при встрече или при прощании — не самая хорошая идея в любом из нескольких вариантов (то есть, например, а-ля Леонид Ильич Брежнев, а-ля «вай, братуха-борцуха-генацвале, сколько лет, сколько зим, со вчерашнего дня не виделись!», или а-ля «Христос воскрес!»), все это не вызывает ничего, кроме изумления.