Читать онлайн «Иудаизм». Страница 36

Встретив активное противодействие в Иерусалиме, Цеви вер­нулся в родной город, и по до дороге его встречали толпы уверо­вавших в него и кричавших: «Да здравствует наш царь, Мессия!». По прибытии в 1665 г. в Смирну его триумф достиг апофеоза, в него уверовали не только простые люди, но и многие ученые раввины. Толпы людей, в том числе христиане и мусульмане, вос­торженно внимали его фантастическим проповедям, о нем ходи­ли легенды. Слава его распространилась в городах Италии, Гол­ландии, Германии. Массы иудеев охватил мистический психоз — все чествовали Цеви как царя иудеев, его посещали многочислен­ные делегации, приносившие ему богатые дары. В синагогах чи­тались особые молитвы о Мессии Саббатае Цеви, в Амстердаме в большом количестве печатались сефардские молитвенники. На трезвые голоса законоучителей, знавших от коллег из Смирны о происхождении этой ереси, не обращали внимания.

Наконец, в 1665 г. опьяненный своим успехом Цеви провоз­гласил, что в наступившем году он низложит султана и поведет иудеев в свою страну. В 1666 г. он отправился с большой группой сторонников в Стамбул, чтобы предъявить султану свои требова­ния. По донесению обеспокоенных руководителей местной ев­рейской общины, он был арестован турецкими властями и поме­щен в замок Абидос, недалеко от Стамбула. Однако заключение было очень либеральным, тюрьма практически превратилась в его княжескую резиденцию. Цеви посещали многие сторонники, приносившие ему богатые дары. К нему с уважением относились турецкие чиновники, что только упрочало его славу Мессии, ко­торый только ждет своего часа. Его замок получил название Мигдал-Оз (евр. — Замок Могущества). Своими постановлениями Цеви отменил траур в день разрушения Храма 9 числа месяца ав и превратил его в день радости, поскольку именно в этот день он родился, намечались изменения и других праздников. Для сви­дания с ним в Абидос прибыл польский раввин Н. Коген, также предсказывавший скорое пришествие Мессии. Однако после лич­ной встречи с Цеви Коген не только не признал в нем посланца Бога, но уведомил о его деятельности султанские власти.

Вызванный к султану Мехмеду IV Цеви спасся тем, что при­нял ислам вместе с женой и своими сторонниками. Получив имя Мехмед-Эфенди, Цеви поселился в Адрианополе (второй столи­це империи), где вступил в должность привратника султанского дворца. Тем не менее и после своего отступничества он сохранил влияние на многих последователей, уверив их, что его отступни­чество является лишь одной из необходимых форм сокровенного мистического акта, предусмотренного актом «мессианского иску­пления». Кроме того, он убеждал, что его шаг вызван стремлением привлечь мусульман к иудаизму. По его примеру часть его после­дователей также притворно перешли в мусульманство, руковод­ствуясь желанием быть сопричастными «мистическому искупле­нию». Вместе с тем некоторые утверждали, что на самом деле ис­лам принял не Цеви, а его призрак, существующий ныне в виде Мехмед-Эфенди, а сам Мессия вознесся на небеса и только ждет своего часа. Цеви долгое время вводил в заблуждение турецкие власти, уверяя, что его целью является исламизация иудеев Ос­манской империи. Наконец он был сослан в маленький город в Албании, где и скончался в 1676 г.

Однако смерть Цеви не прекратила существование этой секты. Она постепенно превратилась в тайное мистическое сообщество. Одним из самых рьяных последователей секты был образован­ный марран, уроженец Португалии, вернувшийся в Турции в иу­даизм Авраам Кардозо. Он много путешествовал и пропагандиро­вал свое учение. Постепенно главным центром саббатианства ста­ли Салоники, где во главе секты стояли вторая жена Цеви и ее маленький брат Яков, выдаваемый за сына Цеви. В тайном круж­ке сектантов практиковались тайные мистерии, связанные с мес­сианством Саббатая Цеви. Основной принцип их веры выражал­ся формулой: «Нет Бога, кроме Бога, и Саббатай Цеви пророк его». Они верили, что настанет время, когда все евреи уверуют в их пророка. Во внутренней жизни они соблюдали законы Моисея и еврейского права. При этом внешне они придерживались ис­ламских обрядов, хотя молитвы произносили на языке ладино. Эта небольшая по численности (около 10-15 тыс. человек) тай­ная секта сохранилась до нашего времени под названием «денме» (тур. — вероотступники). Незначительная по числу членов, она тем не менее пользовалась влиянием на иудеев очень долго, вы­зывая расколы в среде многих еврейских общин, особенно в Вос­точной Европе.

Другое лжемессианское движение, идеологически в известной мере связанное с саббатианством, возникло в Польше. Его осно­вателем был Яков Франк (1726-1791), родившийся в местечке на польско-турецкой границе в Подолии, где были широко распро­странены мистические идеи, конечно, в вульгарном их понима­нии, в частности саббатианство. Занимаясь мелкой торговлей, Яков побывал на родине Цеви в Смирне и в Салониках, где сбли­зился с последователями его секты. Воодушевившись идеями саб­батианства, он в 1755 г. вернулся на родину в Подолию и органи­зовал вместе с тайными приверженцами саббатианства свою сек­ту, которая проводила мистические собрания, носившие харак­тер экстатических оргий с участием мужчин и женщин. Это ста­ло известно, и раввинский собор в Бродах объявил сектантам херем (отлучение от общины нераскаявшихся). Сам Франк бежал в Турцию. 

Но сектанты обратились с жалобой к католическому епископу города Каменец-Подольска Дембовскому, заявляя, что они пред­ставляют собой иудейскую секту, отвергающую Талмуд. Они при­знают священной только «Книгу Зогар» и верят, что Бог един в трех лицах, одно из которых Мессия. Епископ решил, что есть на­дежда обратить этих иудеев в христианство, хотя сектанты пола­гали под Мессией Саббатая Цеви. По инициативе Дембовского были проведены прения между сектантами и талмудистами, по­бедителем в которых он признал первых. По приказу епископа у общин Подолии были отобраны все экземпляры Талмуда и пуб­лично сожжены в Каменце.

В самый разгар конфликта в 1758 г. в Польшу вернулся Франк, который объявил себя преемником самого Цеви. Однако в отли­чие от него Франк отвергал политический мессианизм и считал, что теперь нет необходимости в сохранении еврейской нации. Он и его сторонники выступили против аскетических законов Тал­муда и провозгласили, что человеческие страсти являются искра­ми Божьими, находящимися в душах людей. Если не давать им выхода, то это будет препятствовать божественной гармонии. Та­кие взгляды, содержащие проповедь аморализма, встретили ре­шительный отпор со стороны правоверных иудеев. В спорах с рав­винами Франк и его сторонники провозгласили борьбу с Талму­дом, клеветнически утверждая даже, что он разрешает проливать кровь христиан, а сами франкисты якобы придерживаются толь­ко «Книги Зогар». После очередного диспута с талмудистами, где франкистов признали победителями, от них потребовали перейти в католичество немедленно. Это произошло в 1759-1760 гг., при­чем крестными отцами новокрещенных были представители мно­гих знатных фамилий, благодаря чему новые католики под новыми фамилиями вошли в состав польского дворянства. Следует отме­тить, что из семьи крещеных франкистов Маевских происходит мать знаменитого польского поэта Адама Мицкевича. Крестным отцом Франка был сам король Август III.

Однако вскоре католические власти обвинили Франка в дву­личии и заключили в крепости г. Ченстохова, откуда он был осво­божден через 13 лет русскими войсками в 1772 г. После освобож­дения Франк обосновался в Германии в Оффенбахе, где присвоил себе титул «барона Оффенбахского». Здесь он со своей дочерью Евой жил в роскоши, окруженный приверженцами. Однако после его смерти в 1791 г. секта скоро прекратила свое существование.

Характеризуя влияние лжемессианства на судьбы раввинистического иудаизма, можно с полным основанием согласиться с Г. Шолемом, считавшим, что саббатианство представляет собой первый после Средневековья серьезный бунт в иудаизме. Это был первый случай, когда мистические идеи вели непосредственно к распаду ортодоксального сообщества «верующих».

Хасидизм является последним религиозным движением еврей­ского средневековья (от евр. хасид, в тексте Библии — любящий Бога, благочестивый). Он возник в начале XVIII в. в среде евреев Западной Украины, особенно сильно пострадавших в результате восстания Богдана Хмельницкого и русско-польских войн. Это­му во многом способствовали и глубокие внутренние социальные противоречия в самом еврейском сообществе. Источники сохра­нили много жалоб на злоупотребления самих раввинов и их при­страстность. Зачастую они, подобно богачам, выступали прямы­ми эксплуататорами бедняков. Простого обывателя, не имеющего времени для изучения религиозной письменности, они презри­тельно именовали ам-гаарец. Бедняка, жаждущего живой веры и горячего чувства единения в молитве с Божеством, никак не могли удовлетворить сухая схоластика и мертвящий педантизм в умножении обрядового гнета, во что зачастую превращалась тогда раввинская практика. Это закономерно приводило к появ­лению мессианских настроений, которые во многом поддержива­лись богатой традицией старинного еврейского мистического уче­ния каббалы, правда, зачастую понимаемого в вульгаризирован­ной форме.