Читать онлайн «Ислам и политика: Сборник статей». Страница 42

Ирак: национальное единство, а не религиозная война

Что касается самого Ирака, то характеризовать сопротивление иракцев как джихад скорее всего нельзя. И прежде всего потому, что, с одной стороны, американско-британскому вторжению сопротивляются не только мусульмане, но и христиане, представители других религиозных течений, а также неверующие. А с другой стороны, в составе коалиции воюют как мусульмане-курды, так и мусульмане-шииты («Высший совет исламской революции в Ираке», «Партия призыва», «Организация исламского действия»), К тому же на севере Ирака существует достаточно мощная курдская группировка «Ансар аль-ислам», или «Сторонники ислама», которая воюет и против остальных курдов, и против американцев, и против шиитов.

Иракское руководство явно стремится мобилизовать иракцев на сопротивление американо-британскому вторжению с использованием исламской риторики. После первых ударов по Багдаду в своем выступлении 20 марта [2003 г.] Саддам Хусейн употребил слово «Аллах» двенадцать раз, слово «джихад» – два раза, слово «муджахид» (тот, кто ведет джихад) – два раза, «неверные» (в отношении агрессоров) – один раз. Однако для исламского населения Ирака Саддам Хусейн не является религиозным лидером, тем более общепризнанным.

Иракский режим конечно же стремится привлечь исламских религиозных деятелей для военно-политической мобилизации иракцев на сопротивление иностранному вторжению. И до начала вторжения, и после него приходят сообщения об объявлении джихада. Так, 28 марта арабский спутниковый телеканал «Аль-Арабийя» показал проповедь имама-хатыба багдадской суннитской мечети «Абд-аль-Кадир аль-Гай-лани» шейха Абд-аль-Гафура аль-Кайси, в которой он охарактеризовал сопротивление верующих иракцев как «джихад на пути Аллаха». Проповедь перемежалась восклицаниями: «Выше знамя джихада!», «Да здравствует джихад!» и тому подобное.

В середине марта три авторитетных шиитских богослова (Али ас-Систани, Мухаммед Саид аль-Хаким и Башир ан-Наджафи) приняли фетву, но она, вопреки утверждениям некоторых СМИ, не являлась «фетвой о джихаде против США». Слова «джихад» в этой фетве нет. На самом деле в ней говорится о том, что «обязанностью мусульман в этот трудный час является укрепление единства и совершение всего, что в их силах для защиты великого Ирака от [реализации] планов алчных его врагов». Предоставление «любой помощи или поддержки агрессорам считается тяжким грехом и нарушением великого запрета, за которым последуют позор в этой жизни и болезненное наказание в жизни иной [загробной]».

Формального объявления всеиракского джихада против англобританского вторжения в Ираке не было. Есть призывы к сопротивлению агрессору и укреплению единства страны и народа.

Можно было бы объяснить такую позицию нелюбовью иракского исламского духовенства (особенно шиитского) к светскому режиму Саддама Хусейна. Но есть две более глубокие причины. Во-первых, даже исламские деятели (не говоря о светских) понимают, что выпячивание религиозной составляющей этого конфликта (если и предположить ее наличие) обязательно негативно повлияет на национальное и государственное единство Ирака. Шиитские, суннитские и светские иракские деятели опасаются (и говорят об этом прямо), что оккупационные силы используют религиозный фактор для «ливанизации» страны – превращения ее в несколько воюющих между собой протекторатов, сформированных по этноконфессиональному признаку в соответствии с уже опробованной в Ливане системой конфессионализма.

Непосредственно перед началом англосаксонского вторжения в Ирак именно эти проблемы и именно в таких формулировках обсуждались во время переговоров в Тегеране между президентами Ирана и Сирии. Те же проблемы затрагивались на встрече в Бейруте шиитских лидеров Ирака, Ливана и Ирана, на семинаре иракских улемов (суннитов и шиитов) и светских мыслителей в Лондоне. Участники этих мероприятий ясно видят опасность использования американцами «различий в религиях, [религиозных] направлениях и других [идеологических] ориентациях» иракских граждан (тут учитываются наличие и христиан, и массы неверующих, существование которых для самих иракцев не является секретом).

Во-вторых, иракские религиозные деятели (как находящиеся на территории Ирака, так и пребывающие в эмиграции) понимают, что в отношении к этому конфликту мир раскололся, но отнюдь не по линии «христианство-ислам». Они-то как минимум читают газеты и знают, что, с одной стороны, Ватикан однозначно выступил против военного вторжения в Ирак, а с другой – куда уж более исламские государства, чем Саудовская Аравия и Кувейт (не говоря о массе других), прямо или косвенно поддержали это вторжение. Объявить джихад, то есть религиозную войну против иноверцев, означало бы совершить серьезную политическую ошибку: отсечь антиамериканскую солидарность «христианского мира» (если таковой существует) и испугать его установлением в послевоенном Ираке религиозного режима. (Уровень поддержки Ирака в странах Запада по опросам резко снизился после того, как иракский министр иностранных дел заявил, что с пленными будут обращаться «по законам ислама», а не в соответствии с Женевскими соглашениями.)

Именно этим объясняется и позиция муфтия Сирии шейха Ахмада Кафтару, который 27 марта в своей фетве, обращаясь к мусульманам, не стал говорить о джихаде, а заявил, что обязанностью каждого мусульманина и мусульманки (фард айн) является сопротивление захватчикам всеми доступными способами. При этом он не стал обвинять исламских правителей, которые оказывают помощь и поддержку этим захватчикам, в отступлении от ислама. Он просто призвал их прекратить делать это, ибо они «несут ответственность перед Богом, историей и народами».

Вопрос, задаваемый саудовским шейхом ас-Садляном («Правым или неправым делом является американское вторжение в Ирак?»), чисто теоретически предполагает и позитивный ответ на вопрос: «американское вторжение является правым делом». И если шейх ас-Садлян не говорит об этом прямо, то среди арабских мусульман находятся люди, которые практически дают такую характеристику тому, что делает англо-американская коалиция.

25 марта [2003 г.] в каирской газете «Аль-Кахира» брат основателя всеарабской организации «Братья-мусульмане» Хасана аль-Банны Джамаль аль-Банна опубликовал статью, в которой говорится, что действия, предпринимаемые коалиционными войсками для свержения Саддама Хусейна, являются справедливыми и в этом смысле соответствующими исламу. Интересен и достоин подробного рассмотрения ход рассуждений этого автора, опирающегося на исламскую традицию. Он отталкивается от хадиса Пророка Мухаммеда, который гласит: «Поддержи своего брата [по вере] независимо от того, несправедлив он (залим) или претерпевает несправедливость (мазлюм)». Но поддержка несправедливого не может заключаться в том, чтобы потакать его несправедливости и в ней соучаствовать, а в том, чтобы пресечь его несправедливость. И в Коране ведь сказано: «И если бы два отряда из верующих сражались, то примирите их. Если же один будет несправедлив против другого, то сражайтесь с тем, который несправедлив, пока он не обратится к велению Аллаха. А если он обратится, то примите их по справедливости и будьте беспристрастны: ведь Аллах любит беспристрастных!»1

Из этих и подобных хадисов Пророка и коранических аятов, как полагает Джамаль аль-Банна, следует, что «истинным критерием в определении исламского характера власти является справедливость. Если она справедлива, то она исламская, если же несправедлива, то не имеет к исламу никакого отношения». Тем самым исламский характер власти, который обязывает мусульманина поддерживать ее и вести джихад в ее защиту, – реализация справедливости. Власть же несправедливого властителя не является исламской, и его поддержка не что иное, как противоположность ислама. Если же объективно и беспристрастно посмотреть на власть Саддама Хусейна – справедливая она или нет, – то, по мнению аль-Банны, окажется, что она «по сути несправедливость в наихудшей и наиотвратительнейшей форме». Тут аль-Банна напоминает о применении отравляющих веществ против курдов и шиитов, в результате чего погибли десятки тысяч, об убийстве оппозиционеров без следствия и суда, пытках заключенных, изгнании целых народов с их земель, агрессивной войне, развязанной против исламского Ирана, сотнях тысяч убитых в ирано-иракской войне с двух сторон, захвате и ограблении Кувейта.

Надо было бы, полагает аль-Банна, чтобы улемы издали фетвы, призывающие к войне против этого тирана и притеснителя. И не является ли обязанностью мусульманина, предписанной ему исламом, задает аль-Банна риторический вопрос, воевать против такого властителя, пусть даже придется погибнуть в этой войне? Но никто не стал воевать против этого несправедливого правителя – только Америка. Причем, обращает внимание аль-Банна, она до последнего момента предупреждала Саддама: пусть он оставит власть и тогда войны не будет. По сути дела, Америка делает то, что должны были сделать, но не сделали мусульмане.