Читать онлайн «Иудаизм. Древнейшая мировая религия». Страница 53

Это можно сказать и о том, как сплошь и рядом используется слово «тиккун» в еврейских молодежных движениях, где его относят к конкретным экологическим целям (например, переработке отходов, посадке деревьев и новым способам энергодобычи). Эта сугубо посюсторонняя концепция «тиккуна» полностью игнорирует его каббалистическую предысторию.

Гиллель сказал: «Будьте учениками Аарона: любите мир и ищите мира, любите людей и приводите их к Торе».[143]

«Шалом» («мир»), или «шалом алейхем» («мир вам»), – древнее еврейское приветствие. Даже сейчас в Израиле так здороваются чаще всего. Отсутствие мира в обществе и семье, между народами и между соседями, между различными слоями социума было источником непрестанного разочарования для пророков, раввинов и политических лидеров. Многие раввинистические проповеди восхваляют мир. Вот типичный образец.

Рабби Симеон бар Иохай сказал: Сколь велик мир! Ибо все благословения содержатся в нем, как сказано: «Господь благословит народ Свой миром» (Пс 29:11).

Бар Каппара сказал: Сколь велик мир! Ибо если в нем нуждаются вышние сущности, которые не знают ни ревности, ни ненависти, ни раздоров, ни споров, ни ссор, ни распрей, ни зависти, как сказано: «Он творит мир на высотах Своих» (Иов 25:2), то насколько больше в нем нуждаются те, кто внизу.

Рабби Йудан бен Рабби Йосе сказал: Сколь велик мир! Ибо имя Бога есть мир, как сказано: «И назвал Господа Миром» (Суд 6:24)[144].

Богослужение содержит многочисленные молитвы о мире. Особенно выделяются в этом смысле благословение, завершающее «Амиду» (существует в двух версиях), и заключительный пассаж «Каддиша». Все эти три молитвы стали песнями, которые с удовольствием распевает еврейская молодежь:

Шалом рав... «Даруй изобильный мир народу Твоему Израилю вовеки, ибо Ты Царь и Владыка всякого мира».

Сим шалом... «Даруй мир, добро, благословение, милость, доброту и милосердие нам и всему народу Твоему, Израилю».

Осэ шалом... «Творящий мир на высотах своих да сотворит мир нам и всему Израилю».

Упоминание об Израиле в этих молитвах не следует понимать в узком смысле. Источники ясно дают понять, что мир неделим и не может быть ограничен одним лишь народом. В соответствии с этим представлением в ряде реформистских богослужений подкорректировали слова молитв: убрали слово «Израиль» или заменили его на «весь мир» (или «все человечество»).

Мы рассмотрели теории, которые определяют для человека цели, достижимые при жизни или в будущий момент истории. Остается коснуться тех, которые нацеливают человека на посмертие. В принципе лурианская концепция «тиккуна» уже выводит за пределы природы и истории, хотя ее удобно было рассматривать вместе с некоторыми посюсторонними ее адаптациями.

Обсуждая библейское обетование о прижизненной награде за соблюдение заповедей, мы коснулись того возражения, что оно не очень подтверждается практикой. Как решать эту проблему? В некоторых текстах высказывается мысль, что награда или наказание могут следовать за грехи предков. Данная теория снимает отдельные сложности, но такое положение вещей кажется несправедливым. Поэтому пророк Иезекииль наотрез отметает ее (Иез 18).

В постбиблейский период евреи разработали иную версию: воздаяние за хорошие и плохие поступки дается после смерти. Эта версия была не очень жизнеспособной, пока евреи не усвоили учение о том, что душа переживает смерть тела. По-видимому, данное учение было заимствовано у греков. Во всяком случае, мы не встречаем его до периода греческого влияния, но его считают естественным такие греко-еврейские авторы, как Филон и автор Книги Премудрости Соломона (см. особенно Прем 3:1-4). Раввины Талмуда полагали, что души праведников находят покой в Эдемском саду. Эта идея даже упоминается в поминальной молитве «Эль мале рахамим».

Боже, исполненный милосердия, обитающий высоко! Даруй совершенный мир под крыльями Шехины, в рядах святых и чистых, сияющих как сияние небосвода, – душе (такого-то/такой-то, сына/дочери такого-то/такой-то), отошедшего/отошедшей в вечность; да покоится он/она в Эдемском саду. Владыка милосердия, укрой его/ее под сенью крыл Твоих навеки и приобщи к сонму вечно живых душу его/ее. Господь – его/ее наследие, и да почиет он/она на ложе своем в мире. И скажем: «Аминь».

Из таких текстов создается впечатление, что души достойных людей после некоего предварительного суда переходят к вечной и блаженной жизни, а души нечестивцев попадают в геенну, где согласно некоторым источникам терпят муки.

Впрочем, изучая Талмуд, трудно провести грань между этой теорией и верой в воскресение мертвых. Первоначально эти концепции были разными и существовали отдельно одна от другой. Однако в раввинистической литературе они соединились, хотя детали не получили систематической разработки. Согласно одному представлению души усопших пребывают в Эдемском саду в ожидании всеобщего воскресения, которое состоится после приходя Мессии, когда они будут воссоединены со своими телами. За этим последует великий День Суда, а далее – «будущий век» («ола́м га-ба»).

Идея «будущего века» также восходит к древним раввинам. Как и в случае с мессианской доктриной, ее детали весьма туманны. В целом создается впечатление, что мессианский век – это новая фаза истории, а жизнь будущего века – новое мироустройство. Те, кто вел добрую жизнь, будут вознаграждены в будущем веке, хотя суть награды не проясняется. Один из раввинов, Рав, говорил:

В будущем веке не будет ни еды, ни питья, ни размножения, ни торговых сделок, ни зависти, ни ненависти, ни ссор, но праведники будут сидеть с венцами на головах, насыщаясь сиянием Шехины.[145]

В средневековой и более поздней мысли неопределенность сохранялась, но были предприняты попытки согласовать между собой туманные и противоречивые высказывания раввинов. Некоторые авторы (например, Маймонид, а за ним хасиды и школа «Мусар») понимали будущий век как состояние души после смерти, опираясь на раввинистические отрывки вроде вышеприведенного. Маймонид считал, что лишь душа может насладиться бессмертием: воскресшее тело же вновь умрет. Современники критиковали философа за то, что он де-факто ставит под вопрос телесное воскресение (хотя оно прописано в его «Тринадцати принципах»).

В новое время этой темы избегали или, подобно Маймониду, делали упор на бессмертие души, а не воскресение. Моисей Мендельсон написал трактат о бессмертии души, причем назвал его «Федон» (так был озаглавлен один из диалогов Платона!). Насколько можно судить, в телесное воскресение он не верит. Сходной линии придерживались реформисты. Очень часто они либо вовсе убирают из молитв упоминания о воскресении, либо относят их к бессмертию души. Эту точку зрения мы находим даже у некоторых ортодоксальных авторов, хотя немалое их количество не говорит ничего определенного по данному вопросу. Лишь немногие верят в буквальное физическое воскресение (хотя ортодоксальные запреты на кремацию основаны именно на этой вере). В наши дни многие религиозные евреи склонны внутренне соглашаться с секуляристами, что жизни после смерти и разложения тела нет, а потому подчеркивают, что иудаизм ставит во главу угла посюсторонние реалии. Пожалуй, даже ортодоксальные евреи согласятся, что с учетом сложности темы, отсутствия четких указаний в источниках и эмпирических данных, ограниченному человеческому уму трудно, а то и вовсе невозможно найти ясный путь среди различных возможностей.

Каббалисты верят в реинкарнацию (перевоплощение душ). Это учение не засвидетельствовано в еврейских источниках ранее VIII века, когда им увлеклись караимы. Караимы, очевидно, пытались объяснить страдания младенцев: младенцы страдают за грехи, совершенные в прошлых воплощениях. Данную идею резко осуждает Саадья, но она играет важную роль в «Зогаре» и последующих каббалистических текстах. В перевоплощения верят и хасиды.

В вопросе о посмертных наградах и наказаниях в иудаизме соседствуют чрезвычайное легковерие и исключительная трезвость. Очень часто одна и та же группа (или даже один и тот же человек) придерживается противоречивых (подчас взаимоисключающих) мнений. Это свидетельствует о нежелании отказываться от какого-либо аспекта традиции (ибо в каждом ее учении может быть ценное зерно). Вместе с тем почти всеобщее нежелание превращать те или иные верования в догматы выдает недюжинный прагматизм. Примечательно, что почти все школы соглашаются в следующем: за наши поступки мы получим воздаяние либо после смерти, либо в некоем будущем существовании. А это вопиющим образом противоречит неоднократным уверениям Библии! Что ж, перед нами лишнее свидетельство того, что Библия играет в иудаизме не столь центральную и абсолютную роль, как иногда думают.