Читать онлайн «Иудаизм. Древнейшая мировая религия». Страница 51

Посади дерево во Вьетнаме – там, где стоит сожженный лес. Посади дерево в Бруклине, где лес погребли под асфальтом.

Читай с друзьями Тору и разговаривай о ней [в субботу]; ходи по траве босиком; любуйся цветком, но не срывай его; подари кому-нибудь что-нибудь ценное и красивое, не ожидая ничего взамен; дари любовь.

Если ты мужчина, заведи ребенка...

Если ты женщина, окружи ближайшего воителя кольцом смеющихся и поющих женщин... Но еще важнее независимо от того, мужчина ты или женщина, позволить женскому началу в тебе самом/самой окружить теплом воителя в тебе самом/самой...[133]

В последнее время появилось много вебсайтов (часто они связаны с движением «Хабад»), на которых даются советы о том, как способствовать приходу Мессии. Советы могут быть самыми разными: культивируйте в себе радостное отношение к жизни, изучайте мессианские учения, учитесь «жить с Мошиахом».

Откуда возникла эта идея? Чтобы это понять, необходимо сделать экскурс в историю.

Учение о Мессии – одна из характерных особенностей классического иудаизма. Герман Коген называл ее «самым значимым и самобытным продуктом еврейского духа». Своими корнями она уходит в Библию, как и само слово «машиах», означающее «помазанник»: «помазанниками» именовались люди, поставляемые на определенное служение (например, цари и первосвященники, которых помазывали маслом при вступлении в должность). Пророки ожидали, что настанет время, когда Израиль будет свободен от подчинения другим народам, а во всем мире наступят справедливость и правосудие при владычестве Божием. Некоторые пророки (Исаия, Иеремия, Михей, Захария) связывали этот перелом в истории с приходом некоего великого вождя. Другие уповали на «день Господень», когда будет править династия Давидова (без какого-либо отдельного вождя). Эти идеи развивались в постбиблейской литературе, и раввинистические тексты содержат множество упоминаний о Мессии, который избавит Израиль и установит золотой век мира и благополучия. Тем не менее в этих идеях отсутствовала стройность. Кроме того, существовал разнобой во мнениях. Скажем, один раввин не верил в будущего Мессию, поскольку обещанный Мессия давно пришел: им был царь Езекия (начало VII века до н.э.). Вообще многие полагали, что мессианская эпоха – это не сверхъестественное вмешательство в историю, а, как выразился в III веке вавилонский учитель Самуил, время, «ничем не отличающееся от нынешнего, за исключением того, что Израиль больше не будет подчинен царствам мира»[134]. В то же время многие раввины предостерегали против попыток вычислить срок избавления и даже против попыток его ускорить. Иными словами, им обычно не нравились эпизодические вспышки мессианских ожиданий, которые случались при римском владычестве. Однако даже это неприятие не было единодушным. Некоторые раввины, включая знаменитого Акиву, сочли Мессией повстанца Бар Кохбу.

Отдельные благословения, отражающие раввинистический мессианизм, содержатся в молитве «Амида». Тем самым этот мессианизм не угасает. Приведем некоторые примеры:

Протруби в великий рог об избавлении нашем, и подними знамя, чтобы собрать наш разбросанный народ, и собери нас с четырех концов земли.

Восстанови нам судей, какие были, и советников наших, как в начале; удали от нас печаль и вздохи и царствуй над нами Ты один.

В скором времени искорени и сокруши, низвергни и смири владычество надменных.

Вернись в город свой Иерусалим, по милосердию своему, и сделай его своим домом, как Ты обещал. Восстанови его в скором времени и навеки, и утверди в нем престол Давидов.

Взрасти росток раба Твоего, Давида, и прославь его рог спасением своим, ибо мы весь день уповаем на спасение Твое.

Восстанови служение в святилище дома Твоего. С желанием и любовью прими жертвы, приносимые Израилем, и его молитвы.

Да возобновится пред Тобой память о Мессии, сыне раба Твоего Давида, и об Иерусалиме, святом городе Твоем

В средневековье единодушно верили в Мессию как личность, однако расходились во мнениях относительно того, будет ли мессианский век естественным или сверхъестественным событием. По мнению Маймонида, обычный ход природы не изменится с пришествием Мессии. Мессия восстановит царство Давида в его прежней славе, восстановит Храм и жертвоприношения, а также соберет израильтян, рассеянных по разным землям. Он будет мудрым царем, изучающим заповеди Торы и следящим за их соблюдением в Израиле. Маймонид делает оговорку, что у раввинов Талмуда нет детального учения о Мессии, но он сам пытается понять библейское учение.

Согласно Маймониду в мессианскую эпоху спасенные израильтяне не будут править другими народами, а всего лишь обретут свободу изучать Тору, готовясь к «будущему веку» («ола́м га-ба́»).

Исаак Лурия придал мессианским чаяниям новую направленность, заявив, что срок Избавления зависит от каждого человека: добрые дела приближают его, а злые отдаляют. Раньше думали, что этот срок находится целиком в воле Божией, а люди бессильны на него повлиять. Лурия жил во времена, когда осуществилась христианская Реконкиста в Испании, и евреям пришлось выбирать между насильственным обращением в христианство и изгнанием. Его беспокоила мысль о необходимости в срочном мессианском искуплении. Самого себя он, по-видимому, считал то ли пророком Илией, предтечей Мессии, то ли Мессией из колена Иосифа, который должен приготовить путь Мессии, сыну Давида. Как мы уже говорили в предыдущих главах, Лурия изобрел новую и сложную каббалистическую теорию, объясняющую фундаментальные изъяны мира. Эта теория также показывала путь к Избавлению. Согласно лурианской Каббале после разрушения сосудов искры божественного света оказались уловленными в разбитые фрагменты. Некоторые души находятся в плену «скорлуп» («клипо́т»), демонических сил нашего мира. Делая добрые дела и воздерживаясь от злых дел, люди могут высвободить эти искры. Когда обретут свободу все искры, придет Мессия.

Саббатай Цви (1626-1676), самый знаменитый из мессианских претендентов, основал целое движение во времена усиленных милленаристских настроений среди евреев и христиан. Он находился под глубоким влиянием лурианской Каббалы, но придал ей новый поворот: стал учить, что святые искры можно освободить, совершая грехи. В конце жизни он принял ислам, спасая свою жизнь, но многие из его последователей не утратили веры в него: они полагали, что он совершил отступничество, чтобы освободить святые искры, уловленные в сферу нечистоты. Они продолжали втайне совершать «святые грехи», желая довести его дело до завершения.[135]

Хасидизм также придает значение концепции святых искр и развивает ее еще дальше. Искры уловлены в еде, питье и других мирских вещах, а потому хасид должен быть полностью вовлечен в мирские дела, чтобы освободить их. Кроме того, на каждого человека возложен долг освобождать не только свои искры, но и искры других людей, для чего в некоторых случаях необходимы серьезные усилия. Причем бывает, что искры может освободить лишь один определенный человек[136].

В наши дни в иудаизме нет единой и стройной концепции Мессии и мессианской эпохи. Ортодоксы по-прежнему верят, что Мессия – это личность, которая в свое время восстановит культ жертвоприношений и вернет все человечество к Богу. Многие реформисты XIX века хотели в принципе отказаться от учения о Мессии, но впоследствии концепция мессианского века попала в реформистскую мысль, – не в смысле восстановления еврейского государства (к нему было скептическое отношение), а в смысле нравственного и политического прогресса. «Питтсбургская платформа» содержит следующую фразу:

В современной эпохе универсальной культуры сердца и интеллекта мы распознаем близость осуществления великой мессианской надежды Израиля об установлении царства истины, справедливости и мира среди всех людей.

Это несколько размытое понимание некогда мощного учения удовлетворяет не всех. Наблюдается даже вспышка интереса к мессианству, особенно в каббалистических и хасидских подходах. В неокаббалистических и неохасидских группах «приведение Мессии» стоит высоко в списке приоритетов. Некоторые считают, что для этого достаточно лишь вести добрую жизнь и следовать заповедям галахи: если все евреи сумеют правильно соблюсти субботу два раза подряд, придет Мессия. Другие пытаются освободить уловленные искры через медитацию и различные мистические средства.

Мессианство может иметь и более конкретные формы. Скажем, сионизм, при всей своей секулярной направленности взял на вооружение отдельные мессианские идеи и образы. Как мы уже видели, Декларация государства Израиль (1948 г.) возвещала о собирании евреев, находящихся в рассеянии, и об осуществлении пророческой мечты о свободе, справедливости и мире. Идеалы сионизма укрепили узы между евреями религиозными и нерелигиозными (подчас воинствующими атеистами). Этот альянс не отличается благополучием: секуляристов больше, и они могущественнее. Ведущий теоретик религиозного сионизма Авраам Исаак Кук (1865-1935), который был ашкеназским главным раввином в Палестине во времена британского владычества, считал, что при всей своей мирской настроенности сионистское движение знаменует «начало мессианского века, ссылаясь на слова Талмуда: «Перед приходом Мессии дерзость увеличится». Кук был убежден, что атеисты проникнутся святостью Земли Израилевой, после чего их пойманные искры освободятся. И тогда избавление наступит в ближайшем будущем... После возникновения государства Израиль и особенно после Шестидневной войны 1967 года некоторые религиозные сионисты стали называть создание государства Израиль «началом избавления»: это не само избавление (слишком многие его особенности отсутствуют), но намек на то, что оно не за горами. Движение «Гуш Эмуним» идет дальше, считая это государство причастным к характеру мессианского царства: Израиль есть первый шаг к окончательному искуплению. Все сионисты любят песню, в которой содержатся такие слова: «Давид, царь Израилев, живет, живет и существует!»