Читать онлайн «Сравнительное Богословие Книга 5». Страница 122

[789] На которые и ссылаются европейцы, выискивая глубокие философские смыслы в схоластических комментариях к многочисленным спорам и выводам, родившимся в ходе споров восточных мудрецов между собой.

[790] Которую можно назвать «дьявольская логика», поскольку эта логика, целью которой является обоснование уже имеющихся убеждений, а не поиск Истины.

[791] Схоластика (от греческого scholastikos — школьный, ученый) — тип религиозной философии, характеризующийся соединением теологодогматических предпосылок с рационалистической методикой и интересом к формально-логическим проблемам; получила наибольшее развитие в Зап. Европе в Средние века.

[792]«Освобождение» — основная цель всей индуистской “философии”.

[793] Попытки осмысления социальной справедливости и её понятого воплощения в обществе в индийской цивилизации были, но они являлись частностями на фоне подавляющей сословно-кастовой иерархии и её “бессмертной” религиозной основы.

[794] Такое неравноправное деление на варны — с упором на «арийское» происхождения — изначально было “рудиментом” становления древнего расизма. Чего уж тогда пенять монголам и европейцам, которые устанавливали в Индии свои силовые порядки… Одни рабовладельцы сменяли других.

[795] Именно знанию, а уже потом в некоторой мере — сословно-кастовому социальному устройству.

[796] Аскетами в принципе могли быть представители небрахманских варн, что нарушало монополию брахманов на «святость» в индуизме.

[797] Восточные предания, как мы всё больше убеждаемся, стали основой главного библейского мифа: у Христа (как очередного «пророка») — тоже было изначально почти столько же учеников.

[798] У «мировой закулисы» было много исторических претендентов на ведическом Востоке, прежде чем в V веке н. э. она осуществила канонизацию Нового Завета.

[799] Все джайны — и миряне и монахи — члены одной общины. Поскольку «освобождение от кармы» в джайнизме считалось возможным лишь для монахов-аскетов, мирянам рекомендовалось в течении некоторого времени вести монашеский образ жизни. Формально монахом мог стать любой джайн, но попасть в этот особый, высший слой в среде джайнов — означало полностью порвать с мирской жизнью. Чем ни “христианские” обычаи в среде монахов?

Основу общины джайнов всегда составляли миряне. Принадлежность к джайнской общине со временем, как то обычно бывает в рамках едва ли не любой этноконфессиональной общности, стала определяться рождением, так что суровый образ жизни членов джайнской общины становился привычным для каждого с детства. Чисто религиозных обязанностей у джайнов немного — они в основном сводятся к почитанию божеств, посещению храмов, принесению даров. Зато весомое, если не преобладающее место в жизни каждого джайна занимает работа над собой: здесь изучение священных текстов, и постоянная тренировка йогического типа, и жесткий самоконтроль с периодическими покаяниями за прегрешения.

Все члены общины обычно добровольно принимают на себя пять основных обетов: не причинять вреда живому (ахимса), не красть (астья), не прелюбодействовать (брахмачарья), не стяжать (апариграха), быть искренним и благочестивым в речах (сатья). К этим пяти нередко добавлялись дополнительные ограничения, порой и лично взятые на себя обеты, смысл которых всегда был однозначен: джайн ограничивал себя в жизненных удовольствиях и стремился к ужесточению обыденного распорядка. Один день в месяц джайны-миряне обычно проводят в условиях еще больших ограничений — так, как монахи-аскеты.

Вплоть до сегодняшнего дня джайны (их количество ныне исчисляется 2–3 миллионами, что не достигает и полупроцента от численности всего населения Индии) даже на фоне в основном склонной к вегетарианству и не отличающейся излишествами массы индуистов выделяются строго пуританским образом жизни. Живя практически замкнутыми эндогамными общинами, джайны всегда соблюдают принцип моногамии. У них множество ограничений в еде — не только не едят мяса, но и стараются не причинить вреда мелким животным, для чего не употребляют в пищу приготовленную вчера еду, в которую могли проникнуть живые существа. Джайны стремятся не причинять излишнего вреда и растениям — не едят клубней и корней, а также содержащих много семян плодов, не потребляют вина и пьют только кипяченую воду. Своих дочерей они обычно выдают замуж в очень юном возрасте, сразу же по их половом созревании, так как неоплодотворение обычно приравнивается к нарушению принципа ахимсы. Только в XX в. столь ранние браки были законодательно запрещены.

[800] Что и является идеалом толпо-“элитарной” системы.

[801] Последняя не кладёт «все яйца в одну корзину», основной из которых, как мы знаем, являются иудеи. Любая «пятая колонна», тем более «люди мира» для «мировой закулисы» является “дежурным” подручным материалом, к которому всегда можно обратиться через связи и финансы.

[802] Ещё раз следует напомнить, что индуизм в целом — “добрая” религиозная система для рабов — поэтому с началом захватнических периодов Индия “ложилась” то под одних, то под других завоевателей, оставаясь в целом под религией индуизма: хозяевам так было тоже удобно. А Бог не препятствовал “размыванию” одного зла другим.

[803] Весьма позитивный и многообещающий результат, появившийся как проявление истинной природы Человека в условиях максимально несправедливого общественного устройства. Возможно, что только в таких индийских условиях извращённого рабства идеи Корана и бхактов смогли дать творческую духовную динамику, что выразилось в учении сикхов.

[804] Важно, что так сложиться могла лишь система, находящаяся в стороне от крупных цивилизаций, поддерживающих основные религии мира. Индия, находящаяся в кризисе того времени — оказалась плодородной почвой, на которой создалась «снизу» религиозная система превосходящая по своим теоретическим положениям праведность всех остальных.

[805] Иначе говоря, занимался сравнительным богословием.

[806] Этим он показал, что праведность обретается не в отшельничестве, аскезе, монашестве и прочих занятий, оторванных от мира — а благодаря полезному людям труду в миру вместе со всеми.

[807] Имманентность — (от латинского immanens — пребывающий в чем-либо, свойственный чему-либо), нечто внутренне присущее какому-либо предмету, явлению, процессу. Противоположность имманентному — трансцендентный.

[808] Ясно, что на мировоззрение Нанака оказала решающее влияние культура Корана. Но судя по основным положениям сикхизма, Нанак подошёл к Корану творчески, осмыслив его второй контекст — целеустремлённый в Человечность.

[809] Поэтому в начале религиозного пути для личности Бог предстаёт «не обладающим качествами»: поскольку невозможно человеческим сознанием объять бесконечность. Заметим по случаю: это ощущение невозможности объятия «качеств» Бога у слабых и безвольных людей зачастую приводит к откровенному атеизму и они утверждают, что Бога нет. В действительности в психике таких людей берёт вверх их животная трусость и наследственная эгрегориальная алгоритмика: а трудиться над совей психикой они не в состоянии. Другой крайностью является религиозная имитация связи с Богом, которую предоставляют людям многочисленные религиозные системы.

[810] Это в принципе верно: к праведной религии (связи с Богом) невозможно придти лишь через интеллектуальную и вещественно-культурную (через писания) составляющие. Достичь связи с Богом можно на практике личностных внутренних переживаний, связанных с жизненными обстоятельствами, с интуитивно полученной информацией из сферы духовной культуры.

Этим самым Нанак высказался против догматизации (буквального понимания и бездумного следования) всяких «священных» текстов — в том числе и его собственного культурного наследия. Но, как и бывало в истории не раз, его последователи постепенно догматизировали сикхизм, создав на его основе эгрегориальные культы. Основная причина — несоответствие мировоззрения и нравственности последователей тем положениям веры, которые предлагал Нанак, вследствие чего за его словами они создали иную систему образов, на основе которых организовались эгрегориальные культы идеалистического атеизма.