Читать онлайн «Религиозное паломничество в христианстве, буддизме и мусульманстве: социокультурные, коммуникационные и цивилизационные аспекты». Страница 38

Таким образом, пользуясь современной терминологией, в данном случае речь идёт об османском «железном занавесе», который с тех пор на многие века отделил христианский мир от стран Православного Востока. И тем самым сделал путешествия в Константинополь, Малую Азию, Сирию, Палестину, Египет, Афон и Грецию уделом светских и церковных послов, а также предприимчивых купцов вплоть до XIX столетия.

Иерусалим во время падения Константинополя находился под властью Мамлюкского султаната, войска которого в 1517 году были разбиты турками в битве под Алеппо, после чего Сирия, Палестина и Египет попали под власть Османской империи. Иерусалим стал глухой провинцией Оттоманской Порты, а древний город Антиохия Великая[315] перестал существовать в результате серии крупных землетрясений и военных действий ещё в XIII в. В 1367 г., после почти столетних скитаний Антиохийских Первосвятителей, Патриарх Пахомий I[316] избрал своей постоянной резиденцией Дамаск. С тех пор и до настоящего времени столица Сирии остаётся местом пребывания кафедры Предстоятелей Антиохийской Православной Церкви.

Итак, османские власти сохранили Иерусалимский, Александрийский и Антиохийский Патриархаты, а также пощадили основные палестинские, египетские и сирийские христианские святыни. Однако паломнические путешествия для христианских богомольцев в Палестину, Сирию и Египет стали ещё более затруднительными и опасными, чем раньше.

Падение Константинополя и гибель православной Восточной Римской империи сильно повлияли на самосознание русского народа.

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II[317] писал: «Падение Царь-града отразилось и на мироощущении других православных народов. В условиях, когда области древних восточных Патриархов оказались под властью иноверцев, русский народ, вошедший к тому времени “в меру полного возраста Христова” (Еф. 4,13) и укрепивший свою государственность, стал осознавать свою ответственность за судьбы Православия. Многие века Русская Церковь неизменно оказывала помощь страждущим братьям по вере на Востоке, передавая им щедрые пожертвования своих благочестивых чад»[318]. Постепенно менялось у русских людей отношение к совершению богомольных поездок в зарубежные страны. В этом смысле вторая половина XV века стала переломной в истории русского православного паломничества.

В конце XV – начале XVI столетий на территории Великого княжества Московского находились десятки святых мест, овеянных вековыми паломническими традициями, чудесами и преданиями. Поэтому, когда болезнь стала подтачивать могучее тело Московского государя Ивана III Васильевича Великого[319] и смерть незримо встала за его спиной, он вместе со всем своим двором поехал в сентябре 1504 года в полуторамесячное богомолье по самым значимым святым местам своего государства. И, конечно же, первой целью его путешествия был Троице-Сергиев монастырь, затем он посетил святыни Переяславля, Ростова, Суздаля, Владимира и Ярославля. После богомолья великому князю стало лучше, болезнь отступила, и он прожил ещё год. Так великий князь Иван III Васильевич заложил на многие века вперёд традицию для Русского Царствующего Дома – большие, на несколько месяцев, паломнические путешествия к отечественным святыням. Подобные богомолья совершались всеми государями из рода Рюриковичей и Дома Романовых. Вслед за великими князьями в подобные паломнические поездки отправлялись также бояре и дворяне, купцы и простые люди, имеющие такую возможность. Таким образом, появилась многовековая паломническая и культурная традиция путешествия к русским святыням по этому маршруту, сохранившемуся даже в советское атеистическое время для туристов под названием «Золотое кольцо».

Во время правления великого князя Василия III Ивановича[320] была продолжена традиция великих государевых богомолий. Великий князь Василий вместе с семьёй и свитой неоднократно ездил на поклонение к святым местам Переяславля, Ростова, Владимира, Ярославля, Вологды и Зарайска, особенно он любил бывать в Троице-Сергиевом, Кирилло-Белозерском, Иосифо-Волоцком и Николо-Угрешском монастырях.

В период царствования Ивана IV Васильевича Грозного[321] особенно частым стало богомолье государевой семьи в Троице-Сергиев монастырь. В мае 1553 года он вместе с царицей Анастасией Романовной[322]и новорождённым первенцем, царевичем Дмитрием[323], прибыл на богомолье в Троице-Сергиеву обитель, чтобы поклониться святым мощам преподобного игумена Земли Русской по пути в Кирилло-Белозерский монастырь, куда царская семья совершала паломничество по обету, данному ради выздоровления государя от тяжёлой болезни. Трижды царь Иван Васильевич в своей жизни приезжал в Кириллову обитель на долгое богомолье, любя это место и его святыни, внося в монастырь огромные вклады. Во многие святые места Московской Руси за своё долгое правление приезжал царь Иван Грозный, правда не всегда с паломническими целями, а часто с карательными, проливая невинную кровь иноков и мирян в монастырях и храмах.

В XV–XVI веках, а особенно во времена царя Ивана Васильевича Грозного, из храмов и монастырей покорённых городов и земель русские самодержцы забирали в Москву древние чудотворные и чтимые иконы, кресты и другие святыни. В этот период в столице строились знаменитые соборы и храмы, которые Московские государи наполняли святынями, приносимыми не только из русских пределов, но и привозимые из-за рубежа посланцами Православных Церквей Востока, а также отечественными паломниками. Таким образом, Москва со второй половины XV века стала главным центром русского паломничества. В столицу устремлялись богомольцы со всех концов нашего Отечества, потому что в ней были воздвигнуты одни из самых замечательных храмов и монастырей страны, в которых находились многие почитаемые народом православные святыни, собранные в течение нескольких столетий русскими государями – великими князьями и царями.

Многочисленные паломники, особенно в 80-90-х годах XVI века, приезжали в столицу не только из близлежащих городов и селений, а также из дальних пределов Московского царства и даже из многих других стран (Украины, Литвы, Валахии, Болгарии, Сербии, Греции, Грузии и прочих), чтобы принять участие в торжественных и многочисленных богослужениях и крестных ходах, чтобы поклониться чудотворным иконам, чтимым крестам, святым реликвиям и честным мощам угодников Божиих, выносимым по праздникам даже из кремлёвских соборов, обителей и государевых домовых храмов, а также для того, чтобы хоть издали увидеть известных своим благочестием русского царя Феодора Иоанновича[324]и первого русского Патриарха Московского и всея Руси Иова[325], которых позднее причислили к лику святых Русской Православной Церковью.

Однако и другие святые места на Руси в XVI веке продолжали привлекать многих богомольцев. В великие праздники толпы паломников приходили к святыням Боровска и Волоколамска, Ростова и Переяславля-Залесского, Владимира и Суздаля, Смоленска и Пскова, Новгорода Великого и Нижнего Новгорода, Костромы и Ярославля, Твери и Вологды и многим другим.

В XVI веке продолжилось паломничество к святыням Православного Востока. Среди русских людей, которым удалось преодолеть османский «железный занавес» были, прежде всего, государевы послы, монахи-посланники русских митрополитов и купцы Гостиной сотни, которым дозволялось вести международную торговлю. Для простых людей зарубежные поездки были недоступны, если только они не входили в состав посольства или торгового каравана в качестве слуг и охранников. О зарубежном паломничестве русских людей на Ближний Восток, начиная с конца 90-х годов XVI века и до окончания периода, называемого в истории нашего Отечества Смутным временем, у нас сведений не имеется. Однако даже в тяжелейший период российской истории – в Смутное время, русские люди продолжали совершать паломничества к отечественным святыням.

Михаил Фёдорович[326], первый царь из рода Романовых, продолжил традицию государевых богомолий, заложенную его предшественниками на российском троне. Сразу после победы русского народа над интервентами и внутренними врагами в период Смутного времени начало оживать паломничество к отечественным и зарубежным святыням. Царь Михаил Фёдорович также продолжал политику русских государей по превращению Москвы в православный центр не только для Руси, но и для православных народов других стран, тем самым способствуя притоку в неё паломников, о многочисленности которых свидетельствовали в своих воспоминаниях иностранные путешественники.

Русские цари из династии Романовых, правившие в XVII веке, отличались набожностью и благочестием, поэтому они любили богомольные поездки к отечественным святым местам, которые они совершали несколько раз в год. Как правило, они направлялись в паломничество со своими жёнами и детьми в сопровождении большой свиты придворных. Достаточно часто государи в богомольные путешествия ездили вместе с Патриархами и московским священством. При этом надо отметить, что русские Патриархи совершали паломничества к отечественным святыням самостоятельно и не менее торжественно и многолюдно, чем царские поездки. Особой пышностью и размахом отличались богомольные выезды Патриарха Московского и всея Руси Никона[327].