Читать онлайн «Религиозное паломничество в христианстве, буддизме и мусульманстве: социокультурные, коммуникационные и цивилизационные аспекты». Страница 37

В статье Г.Г. Литаврина «Условия пребывания древних русов в Константинополе в Х в. и их юридический статус»[309] убедительно доказывается, что «общее число русов, посещавших с торговой целью империю, за сезон могло достигать 1000–1500 человек». Таким образом, можно вполне уверенно утверждать, что за сто с лишним лет до крещения Руси в Византии побывали тысячи и тысячи русских людей, часть из которых приняли христианство и после этого неоднократно бывали в Константинополе и поклонялись христианским святыням. Сколько русов-паломников было в Царьграде и можно ли сейчас, спустя двенадцать веков, найти их следы, покажут дальнейшие исследования историков.

Первыми паломниками, чьи имена известны благодаря древним источникам, можно считать святую равноапостольную великую княгиню Ольгу и людей, сопровождавших её в поездке в Константинополь. История путешествия посольства Киевской великой княгини Ольги в 957 году имеет большую историографию, как церковную, так и светскую; исследователи по-разному оценивают источники, повествующие об этом событии, и делают порой различные выводы. Однако бесспорно то, что великая княгиня с большим посольством посетила Константинополь и была там крещена. И византийские, и русские источники, а также ряд других рассказывают об этом достаточно подробно, прежде всего как о важном политическом, церковном и культурном событии.

Древние русские летописи и жития святых, как мы уже отмечали, донесли до нас историю о паломничестве преподобного Антония Печерского к святыням Афона, которое он совершил в начале XI века. В 1028 году преподобный Антоний вернулся с Афона в Киев, поселился в пещере за городом и продолжил иноческий подвиг, в результате которого была основана Киево-Печерская обитель. При этом важно отметить, что уже в самые первые годы XI века на Афоне подвизались русские иноки, которые создали монастырь, известный под названием Руссик.

В середине XI века паломничество в Константинополь, Иерусалим, Афон и к другим святым местам Православного Востока уже не сводилось к единичным фактам, связанным с военной, торговой или дипломатической деятельностью. Теперь паломничество могло осуществляться именно с религиозной и духовной целью поклонения святым местам, чудотворным иконам и мощам Божиих угодников. Русские летописи доносят до нас подвижнический образ преподобного Варлаама[310], игумена Киево-Печерского монастыря. Два раза в середине XI века он совершал паломнические путешествия на Православный Восток, в Константинополь и Иерусалим, как по личному влечению к святым местам, так и по делам церковным.

Первые митрополиты нашей Церкви, в основном греки, находились в непосредственном подчинении у Константинопольских Патриархов и обязаны были обращаться к ним по всем важным вопросам. Поэтому в силу служебной необходимости они должны были ездить в Константинополь для участия в церковных Соборах. По своему положению митрополиты могли путешествовать из Киева в Константинополь только в сопровождении многочисленной свиты, точный состав которой летописи до нас не донесли. Но можно предположить, что среди сопровождающих могли находиться епархиальные епископы, официальные представители (послы) великого князя, священники, келейники, слуги и охрана. Все эти люди, прибыв в Константинополь вместе с Киевским митрополитом, поклонялись православным святыням столицы Византийской империи.

Сохранились сведения о паломничестве в Византию святителя Ефрема Печерского[311], епископа Переяславского, который в миру был приближённым лицом Киевского великого князя Изяслава Ярославича[312], а затем иноком Киево-Печерской обители. По благословению преподобного Антония Печерского он в середине 50-х годов XI века совершил паломничество к святыням «греческой страны». Житие святителя сообщает, что он везде по пути «наблюдал жизнь святых людей, посещал жилища отшельников, земных ангелов, насыщаясь в изобилии духовною пищею, душеспасительными беседами и наставлениями святых отцов»[313]. Он долго находился в паломническом путешествии, поэтому успел установить из Константинополя двустороннюю связь с отцами-основателями Киево-Печерского монастыря. В одном из писем игумен Печерской обители преподобный Феодосий[314] попросил святителя Ефрема прислать в Киев устав Студийского монастыря, находившегося в Константинополе. Святитель собственноручно переписал Студийский устав и возвратился с его копией на Русь в первой половине 60-х годов. Тогда же преподобный игумен Феодосий ввёл Студийский устав в Киево-Печерском монастыре.

Многие исследователи отмечали всплеск активности путешествий русских людей к святым местам Православного Востока в XII веке, прежде всего, в Византийскую империю. Как уже отмечалось, династические связи Киевской великокняжеской семьи с Константинопольским Императорским Домом имели большое значение в жизни Древней Руси и способствовали путешествиям в Византийскую империю, особенно с целью заключения брачных союзов. В Константинополь, Иерусалим и Афон русские люди того времени путешествовали по государственным и церковным делам, с образовательными и культурными, деловыми и торговыми, личными и семейными целями, а также укрывались от преследований. При этом, оказавшись около святых мест, наши набожные предки обязательно поклонялись святыням Вселенского Православия.

В период с XI века до 30-е годов XIII столетия паломнические путешествия к святым местам, расположенным на территории Византийской империи, крестоносных и арабо-мусульманских государств, стали устойчивой культурной и религиозной традицией христианского общества Древнерусского государства.

Как уже отмечалось, монгольское завоевание политически раздробленных русских княжеств в 30-40-е годы XIII века на целое столетие остановило массовое паломничество к отечественным и зарубежным святым местам. Однако к середине XIV столетия русские паломники, преодолевая ордынский «железный занавес», снова устремились на поклонение к святыням Вселенского Православия. Возрождение внутреннего богомолья было связано не только с сохранившимися и восстановленными святынями, но и с появлением новых паломнических центров, в числе которых, прежде всего, Троице-Сергиев монастырь, Кирилло-Блозерская обитель и многие другие, воздвигнутые подвигами, трудами и молитвами великих и святых подвижников Земли Русской.

В первой половине XV столетия продолжились активные путешествия русских людей на Ближний Восток, начавшиеся в предыдущем столетии. Часто ездили посольства по великокняжеским и церковным делам, спешили гонцы с государевой и митрополичьей почтой, постоянно ходили торговые караваны русских купцов между Москвой и Константинополем. Все эти православные люди, по разным причинам путешествующие в Византийскую империю или даже за её пределы, в страны, которые контролировали мамлюки и турки-османы, поклонялись святым местам Палестины, Сирии и Египта.

В этот период русские монахи стали чаще совершать паломнические путешествия к святыням Афона, чтобы вобрать в себя многовековой опыт иноческой жизни, поклониться чудотворным иконам и святым мощам Божиих праведников, а также приобщиться к многовековой светской и христианской культуре и мудрости, собранной в книгохранилищах монастырей Святой Горы.

Завоевание турками-османами Византийской империи повлияло на всю последующую историю русского паломничества на Православный Восток. Падение Константинополя в 1453 году привело к значительным изменениям в европейской религиозной и культурной жизни, а также имело важные геополитические последствия, в том числе и для православного паломничества. Главные святыни христианского мира оказались на территории и во власти Османской империи. Константинополь, превратившись в Стамбул, утратил статус мирового православного центра, который ранее был очень притягателен для христианских паломников из многих стран Европы и Азии. Однако для русских богомольцев Царьград остался святым городом, и они всегда стремились к нему, чтобы поклониться сохранившимся осколкам его православных святынь и украдкой помолиться на храм Святой Софии, даже ставший мечетью.

Таким образом, пользуясь современной терминологией, в данном случае речь идёт об османском «железном занавесе», который с тех пор на многие века отделил христианский мир от стран Православного Востока. И тем самым сделал путешествия в Константинополь, Малую Азию, Сирию, Палестину, Египет, Афон и Грецию уделом светских и церковных послов, а также предприимчивых купцов вплоть до XIX столетия.

Иерусалим во время падения Константинополя находился под властью Мамлюкского султаната, войска которого в 1517 году были разбиты турками в битве под Алеппо, после чего Сирия, Палестина и Египет попали под власть Османской империи. Иерусалим стал глухой провинцией Оттоманской Порты, а древний город Антиохия Великая[315] перестал существовать в результате серии крупных землетрясений и военных действий ещё в XIII в. В 1367 г., после почти столетних скитаний Антиохийских Первосвятителей, Патриарх Пахомий I[316] избрал своей постоянной резиденцией Дамаск. С тех пор и до настоящего времени столица Сирии остаётся местом пребывания кафедры Предстоятелей Антиохийской Православной Церкви.