Читать онлайн «Невротические стили». Страница 21

Итак, настороженный человек живет в постоянном состоянии проективного осознания, но максимально интенсивная проекция при этом не обязательна. Цель настороженности не отличается (разве что по степени) от цели подозрительного или проективного внимания. Их цель - не в избегании угрозы, а в избегании уязвимости: нельзя быть пассивным перед лицом опасности, нельзя, чтобы она застала врасплох. Но если в регулярной проекции, где давление защитного напряжения более велико, этой цели неизбежно сопутствует позитивная определенность угрозы, то в настороженности ей сопутствует постоянное осознание возможности угрозы. Из этого следует, что для большинства параноидных характеров состояние настороженности представляет собой постоянную основу для защитного напряжения и проективного восприятия. На этой основе могут мгновенно подняться напряженность защитной мобилизации и явное проективное создание внешней угрозы, и как происходит при любом усилении внутреннего напряжения или при раздражающем внешнем событии, при любом намеке на реальную внешнюю угрозу. Но они не могут спуститься ниже этого основания, разве что на миг, причем немедленно появляется ощущение дискомфорта и уязвимости. Если случай не тяжелый, то возможность угрозы не обязательно находится в фокусе осознания постоянно. Но полностью эта возможность не исчезает из сознания никогда, никогда полностью не забывается, и настороженный человек никогда не может полностью расслабиться.

Если же возможность опасности покидает внимание настороженного человека (а это на краткие моменты случается даже у самых настороженных параноиков), то с поразительной быстротой возникают неприятные мысли, например мелкие сигналы уязвимости. И такие люди вовремя вспоминают, что улыбаться не стоит или что купить галстук, как у босса, значит по-детски обезьянничать, а сразу соглашаться - признак подхалимства. С помощью таких идей восстанавливается состояние настороженности и предотвращается появление ощущения уязвимости.

В предисловии я предположил, что изучение общих стилей деятельности может пролить свет на связь между определенными патологическими состояниями, которые достаточно различаются между собой при обычном психиатрическом описании, но эмпирически ассоциируются. Параноидное и обсессивно-компульсивное состояния являются наиболее ярким примером такой ассоциации. Например, хорошо известно, что предболезненный фон параноидной декомпенсации часто оказывается обсессивно-компульсивного и особенно часто обсессивного характера. Еще более веским подтверждением родства между этими стилями является существование пограничных психотических состояний, иногда называемое пред(параноидными) шизофреническими состояниями, в которых переплетаются черты одержимости и паранойи. Здесь трудно определить, является ли дотошная интеллектуализация (наиболее очевидная черта такого состояния) обсессивной или параноидной.

Таблица 1

Сравнение обсессивно-компульсивного и параноидного стилей: поведение и субъективное восприятие

Общая модель поведения

Реакция на внешнее влияние

Аффективное восприятие

Чувство давления

Обсессивно-компульсивный стиль

Ритидное, напряженное и интенсивно направленное, целеустремленное; цель выполнение работы

Решительно-своевольная упрямство

Сужение объективного восприятия; сужение и отчуждение аффективного восприятия (изоляция аффекта); потеря спонтанности, отсутствие прихоти; напряженное

Жизнь под постоянным давлением сознания "я должен", запросы выше возможностей; общая реакция - подчинение авторитетному (моральному) принципу

Параноидальный стиль

Постоянно в напряжение, антагонистичная направленность, намерение, целенаправленность; общая цель - защита от угрозы

Настороженность, подозрительность

Сужение объективного восприятия, частичная потеря чувственного восприятия, сужение и полное отчуждение аффекта (например, в проекции), потеря способности к спонтанности и остановке; крайне напряженное и обычно антагонистичное

Жизнь с осознаванием угрозы со стороны высшей силы или авторитета; угроза воспринимается как внешняя; общая реакция - защита

Таблица 2

Сравнение обсессивно-компульсивного и параноидного стилей: познание

Вид понимания

Объект внимания

Реакция на новое и неожиданное

Восприятие реальности

Обсессивно-компульсивный стиль

Острое, интенсивное и остросфокусированное; Ригидное

Технические детали

Отказ внимания; неожиданное воспринимается как помеха фиксированной линии мышления

Мир состоит из индикаторов; потеря ощущения конкретной истины; крайнее проявление логического абсурда

Параноидный стиль

Крайне узкое, интенсивное, узко сконцентрированное на своей идее, ищет подтверждений, основано на предубеждении, подозрительное

Ключ

Очень внимательное, но не к явному содержанию ("видимости"); ищет ключи, подтверждающие "настоящее" значение; неожиданное воспринимается как угроза

Мир состоит из ключей к скрытым значениям; пренебрежение очевидной реальностью; крайнее проявление проекции

Сами по себе диагностические ярлыки не имеют большого значения; интерес представляет сходство форм, проявляющееся в таких переходных состояниях. Это родство не отмечено в названиях, которые мы даем характерным защитным механизмам, чертам или симптомам, но, на мой взгляд, безошибочно подтверждается даже кратким изучением формальных качеств. Такое изучение подтверждает не только сходство этих стилей, но их близкое и несомненное родство, когда каждый формальный аспект одного стиля имеет соответствующий родственный аспект в другом стиле.

Для краткости и простоты я составил две таблицы. Во второй таблице сравниваются два стиля познания; в первой - более общие аспекты двух стилей.

Мне думается, совершенно ясно: я не утверждаю, что эти таблицы включают в себя все основные аспекты формального сходства. Они включают лишь те формы родства, которые мне удалось обнаружить в процессе изучения каждого стиля. С их помощью я не собираюсь ни доказывать, ни опровергать родство между этими стилями, а хочу лишь предположить его наличие и указать на его природу.

Каждый из этих двух стилей характеризуется ригидной и напряженной гипертрофией нормальных функций и субъективного восприятия автономии. Типичное проявление каждого из них включает в себя специфическую самонаправленность; каждый не поддается влиянию и отмечен специфическим своеволием и жесткой целенаправленностью; однако, вместе с тем, каждый из них живет в обществе внешнего или квазивнешнего, высшего и/или угрожающего голоса. Из этих двух стилей, параноидный является (во всех своих проявлениях) более экстремальным, менее стабильным, более напряженным и антагонистическим, более открыто занятым инстинктивным конфликтом и, короче говоря, более психологически примитивным. Таким образом, я считаю, что, с формальной точки зрения, параноидный стиль можно рассматривать как более примитивную трансформацию (в математическом смысле) обсессивно -компульсивного стиля. Очень хорошо понимая все ограничения такой характеристики, я надеюсь, что она добавит что-то к известным фактам и поможет понять, при каких условиях происходят изменения, приводящие к серьезной декомпенсации обсессивно-компульсивного человека и, вполне возможно, к паранойе.

Современное понимание природы различных неврозов в большинстве случаев соотносится с природой защитных механизмов, более или менее специфических для каждого невроза. С этой точки зрения картина истерического невроза относительно понятна. Это было первое невротическое состояние, которое изучал Фрейд, и из всех неврозов истерия больше других связана с определенным защитным механизмом, а именно - с вытеснением. В других же неврозах присутствует целая совокупность защитных механизмов: например, в обсессивно-компульсивной патологии - вытеснение, ответная реакция, изоляция аффекта и прекращение действия.

Механизм вытеснения обладает уникальной для защитного механизма простотой и ясностью. Это объясняется тем, что он сохраняет элементарную структуру. Таким образом, механизм вытеснения и его значение для истерической патологии вполне ясны и несомненно реальны.

Но все же есть причины усомниться, может ли специфический защитный механизм вытеснения объяснить форму истерических симптомов и черт, не говоря уже о типичных склонностях и методах адаптации, связанных с этими чертами и симптомами. А даже если и может, как объяснить, что этим защитным механизмом пользуются именно определенные люди? Мы должны найти матрицу, общую модель деятельности, из которой, наряду с другими истерическими характеристиками, может возникнуть процесс вытеснения.