Читать онлайн «Фабрика безумия». Страница 98

361

Представление об особой опасности евреев для общества развивается вместе с историческими переменами в тех сферах, которые ценит это общество. В Средние века еврей был изменником христианства: считалось, что его предки убили Иисуса, а он продолжает отрицать истинную веру и власть церкви. В современном мире еврей — изменник отечества и господствующей политической идеологии. Дрейфус символизирует еврея как изменника нации. Со времени русской революции еврей — прототип врага коммунизма и капитализма. На Западе коммунистическую идеологию считают порождением евреев, а Маркс и Троцкий выступают там в качестве ее ключевых символов. На Востоке капиталистическую идеологию считают порождением евреев, а Ротшильд и другие «еврейские банкиры» считаются ее символами.

Isaac J. The Teaching of Contempt.

Foucault M. Madness and Civilization.

Szasz T. S. The destruction of differences // New Republic, June 10, 1967, pp. 21—23.

Muller Н. /. Freedom in the Western World, pp. 40—41.

Mora G. From Demonology to the Narrenturm 11 Galdston I. (ed.). Historic Derivations of Modern Psychiatry, pp. 41—73; p. 50.

В этом заключается фундаментальное различие между естественными и социальными науками. Касаясь естественных наук, мы говорим о новом открытии, когда нечто действительно новое, обычно как в познавательном, так и практическом смысле, добавляется к человеческому пониманию мира. Например, открытие радиоактивности физикой. В гуманитарных науках, однако, мы часто признаем открытием момент, когда человек преодолевает мифологию своего общества или культуры и «переоткрывает» заново нечто такое, что было известно в прошлые эпохи. Здесь примером является (психоаналитическое) «открытие» детской сексуальности. Надо признать, что подобные достижения, состоящие в основном в демифологизации преобладающих верований, также добавляют нечто очевидно новое к знанию человека о мире. Однако между этими двумя разновидностями научных нововведений существует важное различие. Первое требует познавательного прорыва, выводящего в новую область, последнее — освобождения себя самого от господствующих мифов группы, приводящего порой к древним знаниям. Может быть, именно поэтому изучение общественных наук, в особенности истории, часто создает впечатление того, что все важное о человеческих взаимосвязях уже было известно и выражено прежде. В то же время история науки и технологии вызывает прямо противоположное впечатление.

Camus A. The Plague, p. 121.

Mill J. S. The Subjection of Women, p. 219.

Ibid.

Trevor-Roper H. R. Witches and witchcraft: An historical essay (I) // Encounter. 1967. 28: 3—5 (May), p. 4.

Исх. 22:18.

Trevor-Roper Н. R. Ibid., р. 4.

Ibid., Р-15.

Ibid.

Szasz Т. S. Criminal insanity: Fact or strategy? // New Republic. 1964. Nov. 21, pp. 19—22; The Psychiatric Classification of Behavior: A Strategy of Personal Constraint // Eron L. D. (ed.). The Classification of Behavior Disorders, pp. 125—170.

Sprenger J., Kramer H. Malleus Maleficarum, p. 8.

См., напр.: Kaufman M. R. Psychiatry: Why «medical» or «social» Model? // A.M.A. Arch. Gen. Psychiat. 1967. 17: 347—360 (Sept.); pp. 347—348.

Sprenger J., Kramer H. Ibid., p. 9.

Так, Роберт X. Феликс, бывший директор Национального института душевного здоровья и декан медицинского факультета университета Сент-Луиса, обобщенно утверждает: «Мы [психиатры] имеем дело с болезнями разума» (Felix R. Н. The image of psychiatrist: Past, present and future 11 Amer. J. Psychiat. 1964. 121: 318—233 [Oct.]; p. 320). Критика этого положения считается психиатрической ересью. См., к примеру: Glaser F. G. The dichotomy game: A further consideration of the writings of Dr. Thomas Szasz // Amer. J. Psychiat. 1965. 121: 106£—1074 (May); p. 1073.

Ibid., p. 56.

См. гл. 7.

Williams C. Ibid., p. 252.

Robbins R. H. Encyclopedia of Witchcraft and Demonology, p. 19.

Ibid.

Parrinder G. Witchcraft, p. 82.

Lea H. C. A History of the Inquisition of Spain, vol. 4, p. 239.

Ibid.

Ibid., p. 240.

Huizinga J. The Waning of the Middle Ages, p. 68.

Par excellence (лат.) — в лучшем случае. (Примеч. пер.)

Герольдмейстер (лат. heraldus — глашатай) — придворный распорядитель на торжествах и рыцарских турнирах. Герольдмейстеры также отвечали за составление родословных. (Примеч. пер.)

Ibid., р. 69. То, что Хейзинга говорит здесь о Средних веках, приложимо, mutatis mutandis, и к нашему веку. Тогда историк должен был являться экспертом в вопросах «чести и славы», а теперь он должен быть экспертом в вопросах душевного здоровья и эмоциональной зрелости. Тогда история писалась, чтобы «увековечить честь и славу», теперь она пишется, чтобы увековечить душевное здоровье и эмоциональную зрелость. Так свидетельства и наблюдения подчиняются предписыванию христианской добродетели или душевного здоровья героям и сатанинского греха либо сумасшествия злодеям. В качестве примера такого типа современной историографии см.: Zeligs М. A. Friendship and Fratricide.

Цит. по: Koessler М. Euthanasia in the Hadamar Sanatorium and international law // J. Crim. Law, Criminol., and Police Sci. 1953. 43: 735—755 (Mar.—Apr.); pp. 739—740.

В этой связи см. гл. 5, а также: Szasz T. S. The Mental Health Ethic // De George R. T. (ed.). Ethics and Society, pp. 85—110.

Malinowski B. Magic, Science, and Religion, p. 84.

Dunham B. Man Against Myth, p. 18.

Марк 1: 1

Ibid. 1:9—11.

Ibid. 1: 21—24.

Ibid. 1: 25—26.

Ibid. 3: 10—12.

Ibid. 5: 1—7.

Carroll L. Alice’s Adventures in Wonderland // The Annotated Alice, p. 159.

«Полоний: Он безумен, но в его безумии есть метод» (Гамлет, акт II, сцена вторая, строка 211). Проницательный анализ шекспировского понимания сумасшествия Гамлета можно найти в кн.: Feinstein Н. М. Hamlet’s Horatio and the therapeutic mode 11 Amer. J. Psychiat. 1967. 123: 803—809 (Jan.).

Bateson G. (ed.). Perceval’s Narrative, pp. 186—187.

Толстой Л. H. Крейцерова соната // Толстой Л. Н. Повести и рассказы. М.: Моск. рабочий, 1980. С. 200—201.

Там же. С. 200, 201.

Butler S. The Way of All Flesh, p. 278.

Цит. no: Deutsch A. The Mentally 111 in America, p. 10.

В психиатрии дорога прогресса имеет форму окружности, периодически приводя к исходной точке. В 1754 году в учетной книге больницы Пенсильвании, старейшей больницы в Соединенных Штатах, первой начавшей заботиться о душевнобольных и составляющей предмет гордости историографов американской психиатрии, появилась следующая запись: «Джон Крессон, кузнец, напротив госпиталя, 1 пара наручников, 2 ножных кандалов, 2 больших кольца и 2 больших крюка, 5 звеньев и 2 больших кольца и 2 шарнира для камер, — 1.10.3 [1 фунт 10 шиллингов 3 пенса]. Уплачено за 7 ярдов полотна для смирительных рубах — 0.16.4—1/2 [16 шиллингов 4,5 пенса] (StreckerE. A. Beyond the Clinical Frontiers, p. 155.). В свете современных технологических прорывов в психиатрическом насилии психиатры заменили наручники электрошоком, а смирительные рубахи — транквилизаторами.

Подавляющее большинство книг по истории психиатрии страдает от тех же искажений, которыми полны книги по истории рабства, написанные до Гражданской войны [в США. — Примеч. пер.] людьми, склонными защищать рабство. Стандартные тексты по истории психиатрии — это описание славы институциональной психиатрии. Истории психиатрии с точки зрения «пациента» еще предстоит быть написанной.