Читать онлайн «Невидимая горилла». Страница 11

Хотя идея использовать ролик с гориллой для определения типов личности (сделав его своеобразным Розеттским камнем) интуитивно кажется очень привлекательной, мы практически не располагаем какими-либо сведениями, которые подтверждали бы влияние индивидуальных особенностей на перцептивную слепоту. Теоретически общий объем ресурсов внимания у каждого человека может быть разным, и те, у кого их больше (вероятно, это люди с повышенным IQ), возможно, направляют лишь часть своих ресурсов на выполнение основной задачи, оставляя в резерве достаточно внимания, чтобы обнаружить неожиданные объекты. Однако результаты, которые мы каждый раз получаем при проведении эксперимента с гориллой, опровергают эту гипотезу. В первоначальном эксперименте участвовали студенты Гарвардского университета, достаточно элитная группа, однако результаты оказались сопоставимы с теми, что мы получаем в менее престижных институтах и с привлечением других участников, не являющихся студентами. Во всех случаях около половины участников видят гориллу, а для другой половины она остается незамеченной. Согласно интерактивному опросу, проведенному компанией Nokia, 60 % женщин и мужчин считают, что женщины лучше справляются с несколькими делами сразу. Если вы согласны с этим мнением, то, вероятно, полагаете, что женщины должны чаще замечать гориллу, чем мужчины. К сожалению, экспериментальные исследования практически не подтверждают этого распространенного мнения. Мы не располагаем никакими данными о том, что мужчины реже замечают гориллу, чем женщины. Фактически главный вывод всех исследований заключается в том, что нет людей, которые успешно справляются с несколькими делами сразу. Как правило, человек добивается более высоких результатов, когда сосредотачивается на одной задаче, а не занимается несколько делами одновременно[44].

И все же предположение, что способность концентрировать внимание на основной задаче индивидуальна у каждого человека, является вполне вероятным и даже разумным, однако такая способность никак не связана с общим интеллектом или уровнем образования. Если индивидуальные различия в способности концентрировать внимание определяют также различия в способности обнаруживать неожиданные объекты, то люди, которым легче дается подсчет передач баскетбольного мяча, должны чаще обнаруживать гориллу, поскольку они выделяют меньше ресурсов на выполнение этого задания, и у них остается больше резерва.

Дэн и его аспирантка Мелинда Дженсен недавно провели один эксперимент, чтобы проверить данную гипотезу. Сначала они выяснили, сколько человек справились с одним компьютерным заданием на слежение, вроде того, что мы использовали в эксперименте с «красной гориллой», а затем попытались определить, выше ли вероятность обнаружения неожиданного объекта среди тех участников, которым задание показалось достаточно легким. Оказалось, что нет. Очевидно, обнаружение неожиданных объектов и событий не зависит от способности к концентрации. Дэн и Дэниел Меммерт, исследователь в области физической культуры и спорта, который отслеживал движения глаз детей, когда они просматривали видеоролик с гориллой, получили данные, которые согласуются с этим выводом. Они выяснили, что вероятность обнаружения или необнаружения неожиданного объекта совершенно не коррелирует с несколькими базовыми критериями внимательности. Эти результаты имеют важное практическое значение: обучение, направленное на развитие внимания, не влияет на способность обнаружения неожиданных объектов. Если человек действительно не ожидает появления какого-либо объекта, то вероятность того, заметит он его или нет, не зависит от того, насколько хорошо (или плохо) он фокусирует свое внимание.

Таким образом, мы можем утверждать, что нет людей «наблюдательного» или «рассеянного» типа, равно как и нет людей, которые были бы способны систематически замечать или пропускать неожиданные события в самых разных условиях и ситуациях. Однако существует нечто, с помощью чего можно предсказать, насколько вероятно, что человек заметит неожиданный объект. Речь идет не просто о личностном качестве или отдельной характеристике события, а о целом сочетании индивидуальных особенностей и условий, в которых развивается неожиданное событие. Из более чем тысячи человек лишь семь остановились, чтобы послушать игру Джошуа Белла на станции метрополитена. Один из них был на его концерте за три недели до этого. Двое сами были музыкантами. Музыкальное образование помогло им оценить его мастерство и исполняемые произведения даже сквозь шум толпы. Один из этих музыкантов, Джордж Тиндли, работал в близлежащей кофейне Au Bon Pain. «Можно было за секунду понять, что этот парень очень хорошо играет, что он профессионал», — заявил он Вайнгартену. Другой музыкант, Джон Пикарелло, отметил: «Это феноменальный скрипач. Никогда не слышал исполнителя такого масштаба. Великолепная техника, отличная фразировка. И инструмент у него замечательный, с глубоким, роскошным звучанием».

Эксперименты подтверждают данное наблюдение. При просмотре нашего ролика, когда нужно подсчитывать передачи, опытные баскетболисты чаще замечают гориллу, чем те, кто только начинает осваивать эту игру. Гандболисты, напротив, замечали неожиданные объекты не чаще, чем «простые смертные», несмотря на то что они были профессионалами в командном виде спорта, который требует от игроков практически такой же внимательности, что и баскетбол[45]. Опыт и знания помогают в восприятии неожиданных событий, но только в том случае, если событие имеет отношение к тому, в чем человек хорошо разбирается. Как только специалисты оказываются в ситуации, когда их профессиональные навыки бессильны, они ведут себя как дилетанты и все свое внимание направляют на решение основной задачи. И специалисты не имеют иммунитета к иллюзии внимания. Джин Вайнгартен описал поведение Джона Пикарелло в тот момент, когда он наблюдал за игрой Белла: «На видеоролике видно, как Пикарелло беспрестанно озирается вокруг, пребывая в растерянности: „Да, никто не подходил. Они даже не замечали его. Я был просто обескуражен“».

Даже в своей области знаний эксперты не защищены от перцептивной слепоты, или иллюзии внимания. Как известно, рентгенологи — это медицинские специалисты, ответственные за анализ рентгенограмм, компьютерно-томографических срезов, магнитно-резонансных томограмм и других снимков, необходимых для выявления и диагностики опухолей и других отклонений. На протяжении всей своей профессиональной деятельности рентгенологи ежедневно выполняют эту задачу, связанную с визуальным обнаружением. При этом они действуют в контролируемых условиях.

В США, чтобы стать врачом-рентгенологом, нужно сначала окончить четырехлетний курс обучения в медицинском колледже, а затем еще до пяти лет проработать стажером в клинике при колледже. Тех же, кто специализируется на определенной системе органов, ожидает еще один или два года обучения. В общей сложности период обучения после окончания базового университетского курса часто превышает десять лет. После этого специалист непрерывно расширяет свой опыт, ежедневно анализируя несколько десяток пленок. Но, несмотря на столь длительное обучение, при «сканировании» медицинских снимков рентгенологи все же часто не замечают различные проблемы.

Рассмотрим недавний случай, описанный Франком Цвемером и его коллегами из Медицинской школы Рочестерского университета[46]. В отделение экстренной медицинской помощи на скорой была доставлена женщина старше сорока лет с сильным вагинальным кровотечением. Врачи пытались ввести капельницу в периферическую вену, но безуспешно. Тогда вместо капельницы они ввели центральный катетер в бедренную вену, самую крупную вену в паху. Для правильного ввода катетера вставляется проволочный проводник, который вытаскивают сразу после установки катетера в нужное место.

Катетер был успешно введен, однако по недосмотру врача проводник не был удален из вены[47]. В связи с потерей крови пациентке было сделано переливание, однако после этого у нее возникли трудности с дыханием из-за развития отека легких (скопление жидкости в легких). Была проведена интубация для обеспечения искусственной вентиляции легких, а затем назначена рентгенография грудной клетки для подтверждения диагноза и правильности размещения трубки. Врач из отделения экстренной медицинской помощи и штатный рентгенолог согласились с поставленным диагнозом, однако никто из них не заметил проводник. Затем пациентку на несколько дней перевели в отделение интенсивной терапии, а после улучшения состояния ей назначили лечение в общей палате. Там у женщины опять начались трудности с дыханием, вызванные эмболией легких — образованием сгустков крови в легочной ткани. Ей сделали еще два рентгена, а также сняли эхокардиограмму и срез КТ. Лишь на пятый день ее пребывания в больнице, во время процедуры по лечению легочной эмболии, врач заметил и удалил проволочный проводник. После этого наступило полное выздоровление. (Позднее выяснилось, что проводник, скорее всего, не мог стать причиной эмболии, поскольку он был сделан из так называемого противотромбозного материала, который не вызывает свертывание крови.)