Читать онлайн «Психология». Страница 69

Впрочем, возбуждающие действия чувственных впе- чатлений преобладают над задерживающими действия- ми, так что высказанное нами выше положение о рас- сеянии токов по всем частям нервной системы можно оставить без поправок. Физиологам до сих пор еще не удавалось проследить все действия, вызываемые данным чувственным впечатлением в нервной системе. В послед- нее время наши сведения в этой области стали гораздо обширнее, и мы имеем теперь экспериментальные дока- зательства того, что даже самые незначительные чув- ственные стимулы изменяют тон и степень сокращения в биении сердца, артериальном давлении, дыхании, в зрачках, мочевом пузыре, во внутренностях, в матке и в мышцах, производящих произвольные движения.

Короче говоря, процесс, возбужденный в централь- ных частях нервной системы, отражается повсюду в ор- ганизме, распространяясь так или иначе по всем его ча- стям и увеличивая или ослабляя их активность. Масса центральной нервной ткани по отношению ко всей нерв- ной системе играет как бы роль кондуктора, заряжен- ного электричеством, напряженность которого на этом кондукторе не может быть изменена без изменения на- пряженности на остальных частях электрической маши- ны. Шнейдер при помощи остроумного зоологического изыскания пытался показать, что все специальные дви- жения, производимые высшими породами животных, представляют дифференциацию двух первоначальных движений, в которых у низших организмов участвует все тело. Стремление к сокращению служит источником всех развивающихся впоследствии стремлений к само- защите и к реакции на внешний стимул, включая сюда стремление к бегству. Стремление к расширению, на- оборот, вырабатывается в импульсы и инстинкты аг-

271

рессивного характера — питания, борьбы, половых сно-шений и т. п. <.„>

Теперь я перейду к подробному анализу наиболее важных классов движений, являющихся результатом центральных мозговых процессов и связанных с ними психических актов. Каждому из трех важнейших этих движений: 1) проявлению эмоций, 2) инстинктив- ным актам, 3) волевым актам—я предназначаю по особой главе.

Глава XXIV. Эмоции

Сравнение эмоций с инстинктами. Специфическое раз-личие между эмоциями и инстинктами в том, что эмо-ция есть стремление к чувствованиям, а инстинкт—стремление к действиям при наличии известного объек-та в окружающей обстановке. Но и эмоции имеют соот- ветствующие телесные проявления, они заключаются иногда в сильном сокращении мышц (например, в мо- мент испуга или гнева), и во многих случаях нелегко провести резкую грань между описанием эмоциональ- ного процесса и инстинктивной реакции, которые могут быть вызваны тем же объектом. К какой главе следует отнести явление страха — к главе об инстинктах или к главе об эмоциях? Куда следует отнести любопытство, соревнование и т. п.? С научной точки зрения это без- различно, следовательно, мы должны для решения это- го вопроса руководствоваться одними практическими соображениями.

Как чисто внутренние душевные состояния, эмоции совершенно не поддаются описанию. Кроме того, такого рода описание было бы излишним, ибо читателю эмо- ции как чисто душевные состояния и без того хорошо известны. Мы можем только описать их отношение к вызывающим их объектам и реакции, сопровождающие их. Каждый объект, воздействующий на какой-нибудь инстинкт, способен вызвать и эмоцию. Вся разница здесь в том, что так называемая эмоциональная реакция не выходит за пределы тела субъекта, а так называемая инстинктивная реакция может идти дальше и вступать на практике во взаимные отношения с вызывающим ееобъектом. И в инстинктивных, и в эмоциональных про-цессах простое воспоминание о данном объекте или об- раз его могут быть достаточными для возникновения

272

реакции. Человек может даже приходить в большую ярость, думая о нанесенном ему оскорблении, чем не- посредственно испытывая его на себе, и после смерти матери может питать к ней больше нежности, чем при ее жизни. Во всей этой главе я буду пользоваться вы- ражением объект эмоции, применяя его как к тому слу- чаю, когда этим объектом служит реальный предмет, так и к тому, когда таким объектом служит воспроиз- веденное представление.

Разнообразие эмоций бесконечно велико. Гнев, страх, любовь, ненависть, радость, печаль, стыд, гордость и различные оттенки их могут быть названы наиболее грубыми формами эмоций, тесно связанными с относи- тельно сильным телесным возбуждением. Более утон- ченные эмоции — моральные, интеллектуальные и эсте- тические чувствования, с которыми обыкновенно свя- заны значительно менее сильные телесные возбуждения. Объекты эмоций можно описывать без конца. Бесчис- ленные оттенки каждой из них незаметно переходят один в другой и отчасти отмечаются в языке синонима- ми (например, ненависть, антипатия, вражда, злоба, не- расположение, отвращение, мстительность, неприязнь, омерзение и т. д.).

Различие между ними указано в словарях синони- мов и в курсах психологии; во многих немецких руко- водствах по психологии главы об эмоциях представляют собой просто словари синонимов. Но для плодотворной разработки того, что уже само по себе очевидно, есть известные границы, и в результате множества трудов в указанном направлении чисто описательная лите- ратура по этому вопросу, начиная от Декарта и до на- ших дней, представляет самый скучный отдел психоло- гии. Мало того, изучая его, вы чувствуете, что подраз- деления эмоций, предлагаемые психологами, в огром- ном большинстве случаев простые фикции и претензии их на точность терминологии совершенно неоснователь- ны. К несчастью, подавляющее число психологических исследований эмоций чисто описательного характера.

В романах мы читаем описания эмоций, чтобы пере- живать их вместе с героями. Мы знакомимся с объекта- ми и обстоятельствами, вызывающими эмоции, а потому всякая тонкая черта самонаблюдения, украшающая ту или другую страницу романа, немедленно находит в нас отголосок чувства. Классические литературно-фило- софские произведения, написанные в виде афоризмов,

18 —833

273

также проливают свет на нашу эмоциональную жизнь и, волнуя наши чувства, доставляют нам наслаждение. Что касается «научной психологии» чувствований, то, должно быть, я испортил себе вкус, знакомясь в слиш- ком большом количестве с классическими произведения- ми на эту тему, но только я предпочел бы читать сло- весные описания размеров скал в Нью-Гэмпшире, чем снова перечитывать эти психологические произведения. В них нет никакого плодотворного руководящего нача- ла, никакой основной точки зрения. Эмоции различаются и оттеняются в них до бесконечности, но вы не най- дете в этих работах никаких логических обобщений. А между тем вся прелесть истинно научного труда за- ключается в постоянном углублении логического анали- за. Неужели при анализе эмоций невозможно подняться над уровнем конкретных описаний? Я думаю, что есть вывод из области таких конкретных описаний, стоит только сделать усилия, чтобы найти его.

Причина разнообразия эмоций. Затруднения, возни- кающие в психологии при анализе эмоций, проистека- ют, мне кажется, оттого, что их слишком привыкли рас- сматривать как абсолютно обособленные друг от друга явления. Пока мы будем рассматривать каждую из них как какую-то вечную, неприкосновенную духовную сущ- ность наподобие видов, считавшихся когда-то в биоло- гии неизменными сущностями, до тех пор мы можем только почтительно составлять каталоги различных осо- бенностей эмоций, их степеней и действий, вызываемых ими. Если же мы станем их рассматривать как продук- ты более общих причин (например, в биологии разли- чие видов рассматривается как продукт изменчивости под влиянием окружающих условий и передачи приоб- ретенных изменений путем наследственности), то уста- новление различий и классификация приобретут значе- ние простых вспомогательных средств. Если у нас уже есть гусыня, несущая золотые яйца, то описывать в от- дельности каждое снесенное яйцо—дело второстепенной важности. На немногих последующих страницах я, ог- раничиваясь на первых порах так называемыми грубы- ми формами эмоций, укажу на одну причину эмоций, причину весьма общего свойства.

Чувствование в грубых формах эмоции есть резуль- тат ее телесных проявлений. Обыкновенно принято ду- мать, что в грубых формах эмоции психическое впечат- ление, воспринятое от данного объекта, вызывает в нас

274

душевное состояние, называемое эмоцией, а последняя влечет за собой известное телесное проявление. Соглас- но моей теории, наоборот, телесное возбуждение сле- дует непосредственно за восприятием вызвавшего его факта и осознание нами этого возбуждения в то время, как оно совершается, и есть эмоция.

Обычно выражаются следующим образом: мы поте- ряли состояние, огорчены и плачем; мы повстречались с медведем, испуганы и обращаемся в бегство; мы оскорблены врагом, приведены в ярость и наносим ему удар. Согласно защищаемой мною гипотезе, порядок событий должен быть несколько иным, а именно: пер- вое душевное состояние не сменяется немедленно вто- рым. Между ними должны находиться телесные прояв- ления. И потому наиболее рационально выражаться так: