Читать онлайн «Таинственные явления человеческой психики». Страница 32

Тогда же первый русский физиолог Петр Посников был послан Петром I в знаменитый Падуанский университет. Там, по выражению современников, он научился «живых собак мертвить, а мертвых живить». В 1848 г. профессор Московского университета А. Филомафитский рассматривает переливание крови как единственное средство спасения угасающей жизни. Систематическая разработка проблемы оживления высших животных началась с 1874 г., когда физиолог Шифф предложил применение массажа сердца путем ритмического его сжимания, а фармаколог Бем в Дерптском университете начал опыты по оживлению животных после смертельного отравления их хлороформом и удушения.

В конце прошлого века французскому ученому Броун-Секару впервые удалось до некоторой степени восстановить функции мозга в опытах с отрубленной головой животного (собаки). Мозг, лишенный притока крови, тотчас же утрачивает свои функции. Если через несколько минут после отделения головы от туловища начать пропускать через мозговые сосуды свежую кровь (этот прием называется перфузией), то головной мозг восстанавливает некоторые из своих функций: голова шевелит ушами, поворачивает глаза, мигает, зрачок снова реагирует на свет.

Впоследствии физиологи Гейманс и Букерт подтвердили и расширили наблюдения Броун-Секара. Оказалось, что особенно чувствительной к прекращению кровообращения является кора больших полушарий мозга.  Восстановление ее нормальной деятельности уже через 8–10 минут после отделения головы обычно становится невозможным. Обратимое вначале состояние парабиоза в нервных клетках коры успевает за 8–10 минут перейти в необратимое состояние биологической смерти.

Другие отделы мозга оказываются более устойчивыми, переходное состояние парабиоза протекает в них более длительно. Так, находящийся в продолговатом мозгу дыхательный центр, переставший работать 20–30 минут назад, еще может возобновить свою деятельность при пропускании через мозговые сосуды крови или физиологического раствора, насыщенного кислородом и подогретого до температуры тела (37 град. С).

Еще медленнее умирает второй мотор жизни — сердце. Проф. А.А.  Кулябко в начале текущего столетия выполнил следующий опыт. Сердце кролика, кошки или даже человека извлекалось из организма тотчас же после клинической смерти и в течение нескольких часов выдерживалось на холоде.  Тем не менее оно возобновляло свои пульсации при пропускании через систему венечных сосудов физиологического раствора, отепленного и насыщенного кислородом, и затем продолжало работать в течение двух-трех часов.  Напомним, что венечные сосуды снабжают кровью ткани самого сердца, в частности сердечную мышцу.

Этот опыт показывает, что переходное состояние парабиоза в умирающем сердце длится значительно больше, чем в переставшем работать центре дыхания. Из трех важнейших жизненных функций легче всего восстановить работу сердца, труднее — дыхательные движения и еще труднее — высшую нервную деятельность, без которой невозможно восстановление психики человека, его духовной личности.

Очень важным этапом в развитии методов оживления не только животных, но и человека явились опыты Ф.А. Андреева. В 1913 г. он разработал новый способ восстановления деятельности остановившегося сердца обескровленных или отравленных собак. В основе этого способа лежит центропетальное, то есть направленное к сердцу, нагнетание в какую-либо крупную артерию натуральной или искусственной крови (жидкости Рингер-Локка) с прибавлением к ней адреналина — вещества, стимулирующего сердечную деятельность. При таком введении оживляющая жидкость легко попадает в венечные сосуды сердца, снабжающие кровью сердечную мышцу.

В наши дни оживление высших животных через промежуток времени не больший, чем 6–8 минут после наступления клинической смерти, может считаться вполне доказанным фактом. Конечно, это возможно лишь в тех случаях, когда смерть наступает без разрушения или анатомического повреждения жизненно важных органов.

Вот в качестве примера результаты одного из опытов по оживлению кошки, приведенной кровопусканием в состояние клинической смерти. Опыт произведен И.Н. Январевой в танатологическом кабинете кафедры физиологии Ленинградского университета (см. И.Н. Январева. Изменение электрической активности продолговатого мозга и больших полушарий в период умирания, клинической смерти и оживления животных. «Вестник ЛГУ». Серия биологических наук, № 9, вып. 2, 1959, стр. 87).

Перед опытом кошке был введен гепарин — вещество, предотвращающее свертывание крови. Животное находилось под легким эфирно-хлороформовым наркозом; дыхание нормальное, кровяное давление около 160 миллиметров ртутного столба. В 11 ч. 25 м. было начато кровопускание из перерезанной артерии. Кровяное давление, по которому можно судить о деятельности сердца, через 2–3 минуты упало до 3–4 миллиметров ртутного столба; сердце остановилось, глазной роговичный рефлекс исчез, дыхание временами приостанавливалось; затем появились последние агональные вдохи, и в 11 ч.  32 м. 30 с. (через 7 с половиной минут после начала кровопускания) наступила клиническая смерть. В 11 ч. 37 м. 30 с. (то есть через 5 минут после наступления клинической смерти) были начаты мероприятия по оживлению.  В артерию в центропетальном направлении (по Андрееву) нагнетается отепленная и насыщенная кислородом кровь, ранее выпущенная из той же кошки; одновременно посредством специального аппарата производится искусственное дыхание, а также вводится адреналин, стимулирующий работу сердца.

Как видно на рис. Б, кровяное давление тотчас же начало повышаться и уже через полторы минуты достигло первоначального уровня. Уже через 30–40 секунд первым возобновило свою работу сердце. Самостоятельного дыхания в это время еще нет. Только через 14 минут на фоне продолжаемого искусственного дыхания начинают замечаться редкие самостоятельные вдохи агонального типа. (См. рис. В.) С их появлением процесс оживления идет быстрее, возобновляются глазные рефлексы — зрачковый и роговичный, а затем и спинномозговой оборонительный рефлекс (в ответ на щипание лапы).  Центральная нервная система постепенно восстанавливает свою деятельность.

Далее представлены фотоснимки той же подопытной кошки: до опыта (А); через полтора часа после клинической смерти, длившейся 5 минут (Б); через сутки с момента оживления (В); на пятые сутки после оживления (Г) — животное вполне оправилось после пережитой клинической смерти.

Следующий рисунок показывает, что происходит с корой больших полушарий кошки во время умирания от кровопотери (А), в период клинической смерти (Б) и в первое время после оживления (В).

В этих опытах в тот или другой участок черепа (в данном опыте в участок, соответствующий двигательной зоне коры) заранее вживляется игольчатый стальной электрод, прикасающийся своим острием к поверхности мозга; другой электрод перед опытом прикрепляется к уху животного.  Вживленный электрод передает через усилитель катодному осциллографу электрические потенциалы мозговой коры. Таким образом на фотоленте прибора регистрируется уже упоминавшаяся ранее электроэнцефалограмма (сокращенно EEG).

На рис. А отрезком а представлена EEG кошки до кровопускания; животное находится под легким наркозом; кровяное давление — около 140 миллиметров ртутного столба; EEG имеет нормальный вид. Отрезок Б записан через 15 секунд после начала кровопускания; замечается усиление и учащение колебаний электрического потенциала, что указывает на временное повышение деятельности коры, на ее экзальтацию. Отрезок В, записанный через 1 минуту 45 секунд, указывает на уже наступившее угнетение коры: ритм колебаний замедлен, появляются сильные редкие колебания, считающиеся верным признаком угнетения. Кровяное давление уже упало до 4 миллиметров ртутного столба, глазные рефлексы исчезли. Отрезок Г записан через 4 минуты 39 секунд: колебания потенциала начинают временами ослабевать; дыхание временами приостанавливается; начинается агония. Отрезок Д записан через 7 минут 37 секунд: колебания. потенциала получают характер отдельных приступов (так называемых веретен), разделенных длительными паузами; такой же характер приобретают и дыхательные движения. Агония в полном разгаре; еще несколько последних вдохов, и наступает клиническая смерть.