Читать онлайн «Словарь-справочник по психоанализу». Страница 146

Понятие «отреагирование» было использовано Й. Брейером и З. Фрейдом при описании катартического метода лечения. Объясняя действие этого метода психотерапии, в работе «О психическом механизме истерических феноменов» (1893) они писали: «Он уничтожает воздействие не отреагированного первоначально представления, давая с помощью речи выход ущемленному аффекту, подводит его к ассоциативной коррекции, возвращая ущемленный аффект в сознание больного (при легком гипнозе) или уничтожая его воздействие врачебным внушением». В совместно написанной работе «Исследования истерии» (1895) Й. Брейер и З. Фрейд более подробно изложили идеи о влиянии на человека психических травм вследствие задержки аффекта и истерических симптомах как следствии возбуждения, что было выражено ими в терминах отреагирования и конверсии (превращение психического возбуждения в физическое). Как позднее заметил З. Фрейд по поводу катартического лечения, «воспоминание и отреагирование были тогда целью, которая достигалась при помощи гипнотического состояния».

Впоследствии З. Фрейд отказался от гипноза и стал использовать вместо него метод свободных ассоциаций, что привело к возникновению психоанализа. При этом на начальном этапе своей терапевтической деятельности он исходил из того, что в процессе воспроизведения патогенных впечатлений пациент может выразить в словесной форме свои аффективные переживания, и если у него имеет место отреагирование, то тем самым происходит устранение невротического симптома. Отреагирование является той необходимой реакцией пациента на воспоминания о травмирующем событии прошлого, благодаря которому само воспоминание перестает быть патогенным и пациент освобождается от ранее травмировавшего его аффекта.

Иллюстрацией терапевтического эффекта отреагирования может служить случай истории болезни, приведенный З. Фрейдом в работе «О психоанализе» (1910). Молодая девушка проявляла большую симпатию к мужу ее старшей сестры. Эта симпатия маскировалась под родственную нежность и не вызывала каких-либо сильных переживаний у девушки. Однако после того, как сестра этой девушки заболела и умерла, у нее стали проявляться тяжелые невротические симптомы. В процессе лечения пациентка вспомнила забытую ею, вытесненную в бессознательное сцену, имевшую место в тот момент, когда она находилась у постели умирающей сестры. Эта сцена была связана с возникшими у нее отвратительно-эгоистическими желаниями, которые сопровождались мыслями типа того, что теперь муж сестры свободен и может жениться на ней. Неосознаваемая сильная страсть к мужу сестры как бы прорвалась в сознание, но под воздействием горестных чувств подверглась вытеснению, образовав невротический симптом. Во время лечения девушка вспомнила сцену у постели умирающей сестры, воспроизвела патогенную ситуацию и отреагировала на нее сильным душевным волнением. Эмоциональное отреагирование привело к устранению истерического симптома и к выздоровлению.

З. Фрейд описал простой случай отреагирования, приведший к терапевтическому успеху. Последующее развитие психоанализа показало, что, во-первых, далеко не всегда отреагирование сопровождается немедленным излечением и, во-вторых, в процессе психоаналитической терапии дают о себе знать такие явления, как сопротивление и перенос, которые затрудняют перевод бессознательного в сознание и требуют значительных усилий со стороны пациента и аналитика, прежде чем будут созданы благоприятные терапевтические условия для устранения травмирующего аффекта и эффективного лечения. Поэтому нет ничего удивительного в том, что изменение техники психоанализа коснулось проблемы отреагирования. Так, в работе «Воспоминания, воспроизведение и переработка» (1914) З. Фрейд заметил: «Направленность на ситуацию образования симптома и на другое положение, скрывающееся за моментом заболевания, осталась, а реагирование отошло на задний план и, как казалось, было заменено усилием, которое должен был совершить анализируемый при навязанном ему преодолении критики приходящих ему в голову мыслей (при выполнении основного психоаналитического правила)».

Однако изменение техники психоанализа хотя и отодвинуло отреагирование на задний план, тем не менее не устранило его значения для терапевтического процесса. Более того, по мере смещения исследовательских и терапевтических усилий в направление работы с сопротивлениями пациента стало очевидным, что нередко вместо отреагирования у него наблюдается то, что в психоанализе получило название отыгрывания в форме навязчивого повторения определенных действий. Кроме того, обнаружилось, что выявление сопротивлений больного само по себе не ведет к улучшению его психического состояния. Для успешного осуществления аналитической терапии необходимо не только выявить сопротивления больного, но и дать ему возможность углубиться в них, проработать и преодолеть возникающие у него сопротивления. Только на высоте нарастания того или иного сопротивления благодаря совместной работе с аналитиком происходит осознание пациентом его вытесненных влечений, питающих сопротивление, и открывается возможность для нормальных реакций на соответствующие переживания.

Переработка сопротивлений становится важной практической задачей аналитической терапии. Как подчеркивал З. Фрейд, теоретически эту переработку «можно приравнять к «отреагированию» ущемленного вытеснением аффекта». Таким образом, использованное в процессе катартического лечения отреагирование обрело в психоанализе свою значимость в форме проработки сопротивлений пациента, благодаря чему терапевтическое влияние на него стало отличным от прямого воздействия путем внушения, применяемого в различных видах психотерапии.

Проблема отрицания привлекла внимание З. Фрейда в начале его исследовательской и терапевтической деятельности. В совместно написанной с Й. Брейером работе «Исследования истерии» (1895) он отмечал, что благодаря катартическому методу у больного происходит воспроизведение мыслей, которые он отказывается признавать своими, хотя и соглашается с тем, что они, безусловно, требуются логикой. Нередко патогенное воспоминание узнается именно потому, что больной обозначает его как несущественное, причем бывают случаи, когда пациент пытается отречься от этого воспоминания уже при возвращении вытесненного бессознательного в сознание. «Особо умный вид отрицания заключается в том, чтобы сказать: «Теперь, правда, мне что-то пришло в голову, но мне кажется, что я добавил это произвольно, мне кажется, что это не воспроизведенная мысль». В процессе терапевтической деятельности врач научается отличать отсутствие воспоминаний от признаков аффекта, с которыми, по словам З. Фрейда, «больной пытается отрицать с целью отпора появляющуюся реминесценцию».

Феномен отрицания был подвергнут специальному рассмотрению в более поздний период исследовательской и терапевтической деятельности основателя психоанализа в статье «Отрицание» (1925) он раскрыл психологический источник функции отрицания и ее значение в терапевтическом процессе. С точки зрения З. Фрейда, «вытесненное содержание представления или мысли может пробиться к сознанию – при условии, что оно отрицается». Таким образом, отрицание является неким способом принять к сведению вытесненное. Тем самым речь идет о признании психологического истока данной функции. «Отрицать нечто в суждении, в сущности, говорить: «Это нечто такое, что я больше всего хотел бы вытеснить. Осуждение есть интеллектуальный заменитель вытеснения, его «нет» – клеймо этого последнего». В понимании З. Фрейда посредством символа отрицания мышление как бы освобождается от ограничений, накладываемых вытеснением, и обогащается содержанием, без которого оно не может обойтись. Создание символа отрицания наделяет мышление первой степенью независимости от результатов вытеснения и от давления со стороны принципа удовольствия.

Что касается изучения суждения под углом зрения утверждения и отрицания, то оно позволяет, как считал З. Фрейд, рассматривать возникновение интеллектуальной функции через призму игры первичных инстинктивных импульсов: подтверждение принадлежит Эросу, отрицание – деструктивному влечению. «Всеобщая страсть к отрицанию, негативизм многих психотиков следует, очевидно, понимать как признак расслоения влечений за счет оттягивания [из их смесей] либидозных компонентов». С такой трактовкой отрицания вполне согласуется ранее установленный З. Фрейдом факт, что признание бессознательного со стороны Я выражается в негативной формулировке. Поясняя данное обстоятельство, он подчеркивал: «Нет более веского доказательства удавшегося открытия бессознательного, чем тот случай, когда анализируемый реагирует на это следующими словами: «Этого я не думал» или: «Об этом я [никогда] не думал».