Читать онлайн «Элементы практической психологии». Страница 122

Сон — это периодическое отключение организма от приема информации из внешней среды. В период сна происходит много процессов, важных для обработки информации и поддержания эмоционального здоровья человека. Отбираются и обобщаются наиболее ценные сведения из накопленных в предыдущий день и передаются на долговременное хранение, проявляются и частично разряжаются в сновидениях доминантные очаги и очаги напряженности, возникшие от личностно значимых, но скрытых и нереализованных желаний и потребностей, и тем самым обеспечивается некоторая нормализация психического состояния. Упорядоченность накопленной за предыдущий период бодрствования информации и ее личностная переоценка способствуют эмоциональному комфорту и определяют субъективное ощущение отдыха после полноценного ночного сна. Хранилище промежуточной памяти при этом оказывается подготовленным к приему очередной порции информации из внешней среды, а долговременная память пополняется новой информацией.

Объем долговременной памяти практически неограничен, неограничено также и время хранения информации в ней: она сохраняется всю жизнь. Если информация в ней хранится в любом объеме и любое время, то почему человек испытывает трудности вспоминания? Основу владения долговременной памятью составляют три принципа: включение того, что подлежит запоминанию, в цель деятельности (а не в ее средства), правильная (осознанная) установка на срок сохранения и значимость запоминаемого и, наконец, точность самоинструкции (в какой форме и в каких ситуациях эти сведения могут понадобиться).

Человек прочно запоминает информацию и облегчает ее вспоминание, используя различные виды ее обработки; формирование укрупненных оперативных единиц восприятия и сохранение их в памяти позволяют перестроить работу внимания так, чтобы удерживать его только на обобщенных элементах внешнего и внутреннего поля и тем самым ускорить процесс обучения [88]. Долговременная память функционирует эффективнее, нужная информация быстрее и точнее выбирается из ее хранилищ у того, кто владеет большим числом разнообразных навыков классификации объектов. Все формы организации и категоризации материала, включая его в различные связи, облегчают тем самым вспоминание, формируя новые пути, по которым можно добраться до нужной в данный момент информации, чтобы ее вытащить.

Легкость вспоминания зависит от эмоциональной оценки информации как в момент запоминания, так и в момент припоминания. Обычно затруднено вспоминание не только того материала, который редко используется, но и того, который не очень нужен или настолько неприятен, что напоминание о нем грозит нарушением душевного равновесия. Центральные управляющие процессы, влияющие на эмоциональную оценку информации в момент ее восприятия, определяют уровень деформации следов памяти. Если событие воспринимается человеком в спокойном уравновешенном состоянии, то велика вероятность того, что возрастание силы и яркости впечатления повысит прочность следа и четкость вспоминания. Если же восприятие происходит в экстремальной ситуации, то рост интенсивности воздействия может привести к затруднению вспоминания и падению его точности.

В процессе запоминания информации в системах памяти происходит непрерывное обобщение и упорядочивание поступающего материала и, наконец, запись его в связи с ранее накопленным. Мышление, базируясь на операциях и операторах, сформированных в недрах памяти при оптимизации запоминания, продолжает линию развития интеллекта по пути выявления разных форм отношения между предметами и явлениями в чистом виде.

Мыслительный процесс обогащает наши способности и возможности постигать внешний мир, делая для нас доступными представления о неограниченном пространстве и времени. Если с помощью восприятия человек может реагировать на сигналы в границах, определяемых разрешающей способностью его органов чувств, то уже с помощью вторичных образов — представлений, формируемых, сохраняемых и преобразуемых в долговременной памяти, он воспринимает не только то, что в данный момент реально присутствует в поле его досягаемости. Представление как бы продлевает для нас время присутствия объекта и тем расширяет временные ограничения восприятия. Кроме того, представление позволяет мысленно манипулировать с ним, наблюдая объект не только в заданном ракурсе. Представление можно мысленно поворачивать, т. е. рассматривать предмет с любой стороны, тем самым преодолеваются некоторые пространственные ограничения восприятия. Используя представления, человек становится способным мысленно не только повернуть объект, но и поместить его в любом месте пространства, на любом фоне, независимо от личного опыта и правдоподобия.

Допуская экстраполяцию и интерполяцию, память раздвигает за счет этого границы восприятия временных и пространственных характеристик объектов и процессов у человека еще до развития мышления, однако они конечны и имеют реальные пределы. Мыслительный процесс снимает эти границы в принципе. Каким образом? Прежде всего за счет свободного перемещения в мысленном поле, т. е. процесса децентрации. Человек перестает на все смотреть только с единственной позиции — со своей. Он может теперь отделить некоторые свои качества от себя как их носителя и посмотреть на себя со стороны, с точки зрения любой позиции. Он мысленно свободно перемещает в любую точку пространства и времени не только объекты (представления), но и себя. Децентрация позволяет ему, меняя позиции каждый раз, видеть объект на другом фоне, включать его в другой контекст и тем самым вычерпывать из него новое содержание.

Понятия, в отличие от представлений, утратив модальную специфичность и обладая большей обобщенностью дают возможность человеку преодолевать ограниченность представлений личным опытом и включить (присвоить) общественный опыт. Так, с помощью мышления человек преодолевает пространственные и временные границы восприятия и выходит за пределы своего индивидуального опыта в объеме используемых знаний. Осознавая признаки класса объектов, его отличительные особенности, человек оперирует в высшей мере обобщенными (истинными) понятиями, объем которых лишь частично пересекается с его конкретным жизненным опытом.

В период допонятийного развития ребенок постепенно обучается мыслить, и в реальной практике его взаимодействия с предметами и людьми формируются мыслительные операции. Объединяет этот и последующий этапы развития понятийного мышления то, что и в тот и другой периоды в качестве основной структуры мышления используются суждения. Только при допонятийном мышлении в качестве элементов суждения ребенок использует образы, представления и некоторые переходные к понятию комплексы. Образы очень индивидуальны, представления уже имеют больше общего у разных людей, а предпонятийные комплексы еще в большей мере сходны, но все еще могут включать кроме существенных свойств объектов случайные, определяемые лишь собственным опытом ребенка. Эти особенности ограничивают взаимопонимание взрослого и ребенка. Последний еще не владеет в полной мере мыслительными операциями, еще не преодолены последствия его эгоцентризма и не выработано главное качество мыслительных операций — их обратимость. Все детство продолжается развитие операционных структур мышления, отщепление и осознание обратимости основных пар: анализ — синтез, выявление сходства — различия, обобщение — конкретизация. Только формирование этих операций и полноценное использование понятий позволяют человеку научиться продуктивно решать стоящие перед ним задачи.

Задача, или проблемная ситуация, суть отражение объективно существующего рассогласования между искомым результатом и хранящимися в памяти стратегиями его достижения. Осознание недостаточности наличной информации для достижения поставленной цели проявляется в возникновении вопросов, ответы на которые способствуют уточнению формулировки проблемы. Однако важно подчеркнуть, что объективное рассогласование, определяющее проблемную ситуацию, активизирует мышление лишь в том случае, если ее решение для данного человека лично значимо. В этом случае возникает установка, которая будет поддерживать процесс решения и контролировать удовлетворительность полученного результата.

Разнообразие возникающих вопросов отражает работу механизма децентрации. Каждый вопрос, сформулированный по-новому, заставляет посмотреть на проблему с новой точки зрения и тем самым вычерпывать из среды и собственной памяти новую информацию. Таким образом, вопросы направляют анализ и определяют траекторию поиска ответа. Коль скоро вопросы являются ключевым инструментом при решении задачи, то важны все их грани. Меняя грамматическую структуру вопроса, мы тем самым с разной степенью жесткости можем предопределить ответ. Размеры поля анализа тоже зависят от формы вопроса, стандартная постановка вопросов, как правило, порождает и стереотипные ответы. При решении новой задачи полезно использовать такие постановки вопросов, которые освещали бы проблему с новых и неожиданных сторон. Ответ на вопрос — это суждение, оно вскрывает отношение и в этом смысле является единицей мыслительного процесса. Чем больше поставлено вопросов, чем больше использовано различных формулировок задачи, тем ближе она к решению (рис. 24, в).