Читать онлайн «Расология». Страница 110

Именно различная концентрация левых и правых форм молекул в строении организмов дает в конечном счете то разнообразие рас, которое мы имеем сегодня. Различие культур как следствие различия врожденных психических стилей их создателей также имеет молекулярную основу.

В химических реакциях многие биохимические антиподы имеют одинаковые физико-химические свойства, именно поэтому многие расовые различия имеют столь неявную и завуалированную природу. Однако некоторые молекулы и ферменты в организме обладают дискриминационной функцией, притягивая другие элементы только своего знака и отталкивая противоположный. Биохимическая система распознавания «свой — чужой» на всех уровнях иерархии живой системы создает особый код, передающийся по наследству. Различия между правизной и левизной в процессе эволюции всегда только увеличивались. Причем молекулы одного знака ведут постоянную борьбу с молекулами другого знака на протяжении всей эволюции, и при переходе со ступени на ступень она превратилась наконец в борьбу организмов за существование и переросла в войну рас. Принадлежность организма к тому или иному знаку дает ему преимущества в борьбе за выживание.

Поэтому, выражаясь образным языком М. Гарднера, можно сказать, что «левый» мир противопоказан «правым» расам и наоборот.

Некоторые физики высказали уже предположение о возникновении диссимметричной жизни в разных особых космических очагах. «Левые» и «правые» формы жизни, таким образом, зародились в разных частях Вселенной, что объясняется разным воздействием спектра излучения электромагнитных полей на живые предбиологические формы материи. В дневном солнечном свете преобладают правоциркулярные поляризованные компоненты, а в лунном ночном — левоциркулярные поляризованные.

Именно на этом первоначальном биофизическом уровне можно объяснить наличие солнечной символики в арийских культах и лунной — в семитических. Культуролог при объяснении этой проблемы вновь окажется в тупике. Излучения Солнца и Луны — это всего лишь частные случаи разной частоты электромагнитного спектра, свидетельствующие о том, что «правые» расы в процессе живительного священнодействия тянутся к правоциркулярному поляризованному свету, а «левые» — к левоциркулярному. В этой связи, великий русский философ В. В. Розанов и назвал иудеев «людьми лунного света» в одноименном сочинении.

В крупнейшей античной арийской религии — митраизме, несколько веков бывшей основным соперником христианства, главное Божество — Митра — всегда именовалось «солнцерожденным».

Главный же вывод в книге В. А. Кизеля звучит совершенно в духе наших общих рассуждений: «Мы видим, что вопрос о происхождении диссимметрии живой материи и живых систем далеко не решен и открывает широкое поле для исследований в самых разнообразных и, казалось бы, отдаленных друг от друга областях науки. Когда-то школа пифагорейцев учила, что Вселенная имеет правую и левую стороны. Мы видим, что этот вопрос, на иной идеологической и научной основе, продолжает занимать человеческий ум и в настоящее время».

Наконец становится понятно, что расовая теория представляет собой ключ к овладению всей системой мироздания. Но концепция мировоззрения, основанная на ней, будет заведомо неполной, если в угоду абстрактным нормам академической беспристрастности мы не рассмотрим вопрос о ценностях. И здесь нам вновь лучше всего опереться на проверенные временем постулаты классиков науки. Один из основоположников советской психиатрии В. П. Осипов в своей фундаментальной монографии «Курс общего учения о душевных болезнях» (Берлин, 1923) подчеркивал: «Профилактические меры должны предприниматься не только по отношению к физическим факторам, вызывающим душевное расстройство, но и по отношению к психической заразе, которая тоже может распространяться эпидемически».

В свою очередь известный немецкий расовый философ Эрнст Крик (1882–1947) в книге «Счастье и сила» (1943) писал: «Проблема наследственности вообще, поскольку на нее может повлиять целенаправленная человеческая воля, — политическая проблема. И перед врачом встает вопрос, требующий принятия политического решения. Либо он будет руководствоваться фикцией, что все болезни, по крайней мере, в принципе излечимы, либо сочтет, что безнадежно испорченные индивидуальные жизни следует ампутировать ради здоровья целого, как это делает хирург с больными членами тела и судья — с отдельными членами общества».

Современные генетики Ф. Фогель и А. Мотульски в трехтомном учебнике «Генетика человека» (М., 1990) подчеркивают: «В отличие от большинства европейских государств общества двух мировых держав Соединенных Штатов Америки и Советского Союза — состоят из большинства, принадлежащего одной этнической группе, и нескольких меньших, но устойчивых групп. Существование национальных меньшинств создает напряженность и конфликтные ситуации. Самым простым способом разрешения этих конфликтов могло бы быть поглощение большинством групп, составляющих меньшинство».

Политическое руководство Советского Союза не осознало скрытой генетической угрозы многонационального государства, десятилетиями отказывая в поддержке русских как стержневого государствообразующего этноса. Результатом этой недальновидной политической толерантности стал распад Советского Союза. Совершенно очевидно, что неконтролируемый разгул демократии в совокупности с пропагандой ценностей мультикультурного общества сведет в политическое небытие и другой колосс — Соединенные Штаты Америки.

Хочется закончить наши рассуждения цитатой, которая воспринимается нами как манифест. Один из пионеров отечественной генетики Н. К. Кольцов в статье «Влияние культуры на отбор в человечестве» (Русский евгенический журнал, 1924, том I. Вып. 3–4) провидчески писал: «Процесс вырождения культурных народов может быть приостановлен, если размеры угрожающей опасности будут своевременно осознаны широкими слоями населения и если на эту опасность будет обращено должное внимание в общей социально-экономической государственной политике. Политические деятели и политические партии должны проникнуться тем убеждением, что если они желают строить прочно, а не только для одного или двух ближайших поколений, то они должны заботиться о том, чтобы и в последующих поколениях те генотипные элементы, которые им представляются наиболее ценными, были представлены достаточно полно. Соответствующая расценка групп населения может быть произведена только политическими партиями и государственной властью.

Если государственная власть расценит, таким образом, наследственные качества тех или иных групп населения, то она, конечно, может определенными мероприятиями поставить ценные группы населения в условия, благоприятные для повышенной размножаемости. Надо только помнить, что одним улучшением материального благосостояния данной группы нельзя добиться вполне благоприятных результатов. Необходимо, чтобы улучшение благосостояния связывалось с наличностью определенного числа детей. Характер таких мероприятий уже намечен руководителями евгенического движения в различных странах.

Но успех их зависит в значительной степени от того, насколько избранные группы населения сами проникнутся сознанием своего долга перед будущими поколениями и не поддадутся искушениям мальтузианства. При наличии осознанного отношения к своему долгу со стороны наиболее ценных групп населения распространение облегчающего жизнь мальтузианства среди менее ценных групп населения не должно встречать препятствий. Известное значение может иметь также и сегрегация и стерилизация резко дефективных элементов населения.

Естественный отбор, игравший руководящую роль в эволюции всего органического мира и у первобытного человека, под влиянием культуры ослабляется и даже извращается противоестественным отбором. Настало время, пока еще не поздно, заменить его разработанной сознательно по определенному плану системой искусственного евгенического отбора. Впервые в истории человечества культура достигнет своего расцвета при наличии определенных знаний относительно громадного значения отбора. Неужели оно не сумеет воспользоваться этими знаниями?!»

'Человек принадлежит своему веку и своей расе даже в том случае, если он объявил войну им обоим'.

'Уничтожьте восприятие различий и вы уничтожите время'.

Возможно, уважаемому читателю проблема, заявленная в названии данной работы, покажется слишком экзотической и даже отчасти фантастической. Современный мир до предела универсализировал время, которое человеком мыслится как некая субстанция, единая для всех; и достаточно перевести стрелку часов вперед или назад, пересекая часовые пояса в салоне комфортабельного лайнера, чтобы стать сопричастным чужой культуре.