Читать онлайн «Заря генетики человека. Русское евгеническое движение и начало генетики человека». Страница 190

Как на пример можно сослаться на caries зубов, поражающий чуть ли не поголовно все население. Не говоря уже о трудности собирания генеалогических данных по этому вопросу (из-за неосведомленности пробандов о наличии или отсутствии этого заболевания в их семье), генетический анализ уже собранных родословных представлял бы непреодолимые препятствия. И метод изучения близнецов является в таких случаях пока единственным для решения вопроса о гено– или фенотипической природе признака. Между прочим, исследование Сименса и Гунольда (Hunold), обнаруживших у однояйцевых близнецов не бoльшую корреляцию в отношении этого заболевания, чем у двуяйцевых, позволило предположить, что роль генотипа в образовании этого признака фактически равна нулю. Еще более убедительным является аналогичный же вывод Сименса в отношении леворукости, генотипическая обусловленность которой считалась на основании генеалогических и статистических данных общепризнанной. Опираясь же на исследования близнецов, Сименс ясно показывает ненаследственную природу этой аномалии. Имеющиеся же в литературе (и свои собственные) генеалогии, рисующие якобы наследственный характер леворукости, Сименс резонно объясняет случайным совпадением этого признака (встречающегося, по его данным, у 5 % взрослых и у 10 % детей) у многих членов одной и той же семьи. В таком же, наконец, положении находится и вопрос о гнойном отите. И в отношении этого заболевания имеются в литературе генеалогические данные, рисующие якобы генотипическую обусловленность предрасположения к нему. Материал же, добытый при изучении близнецов, с несомненностью указывает на практически нулевое в этом случае значение генотипа [353] .

Наконец чрезвычайно важна роль близнецового метода при изучении характера реакции организма в ответ на внешнее воздействие. В первую очередь это касается многих вопросов патологии и может быть хорошо иллюстрировано на вопросе об инфекционных болезнях. Неодинаковая реакции разных людей при встрече с инфекционным началом (как в смысле того, происходит ли при этом заболевание или нет, так и в смысле особенностей течения заболевания, если таковое произойдет) общеизвестна. Но почти неизвестным и совершенно пока не изученным остается вопрос о причинах этого различия. В единичных случаях (корь, скарлатина) может, по-видимому, идти речь о генах, обусловливающих это различное реагирование. Иначе говоря, мыслимо говорить, напр., о гене, обусловливающем повышенную восприимчивость или, наоборот, невосприимчивость к той или иной инфекции, о гене, препятствующем выработке антител (напр., при кори) и т. п. Правда, и в этих случаях действие гена не мыслится совершенно независящим от всего остального генотипа. Целое (генотип) безусловно оказывает влияние на снятые в нем части (гены). И когда тем не менее говорят о гене какого-либо признака, resp. реакции, то под этим обычно подразумевают, что роль всего остального генотипа в рассматриваемом случае фактически учесть невозможно. Но все же подобное явление имеет место лишь в единичных случаях. Как правило же, индивидуальность реакции при встрече микроорганизма с макроорганизмом определяется всем генотипом последнего, вернее сказать, – всем его фенотипом. Какова при этом роль наследственной субстанции, с одной стороны, и внешних условий с другой, нам пока еще очень мало известно. Генеалогический же метод в этом кардинальной важности вопросе совсем пасует; а тому немногому, что нам пока на эту тему известно, мы обязаны исключительно данным, добытым при изучении близнецов [354] .

Вместе с тем благодаря этому методу генетике удается связаться с другими науками (в первую очередь с физиологией), помогая им с новой точки зрения подойти к решению ряда существенных проблем. Здесь со всей очевидностью сказывается преимущество работы с генотипически идентичным материалом, со своего рода «чистой линией». Печатаемая в этом сборнике работа И. Кабакова об исследовании электрокардиограмм у близнецов является хорошей тому иллюстрацией. С новой точки зрения ставится здесь вопрос о причинах, обусловливающих те или иные индивидуальные особенности электродвижущей силы сердца.

Подобного рода исследование является лишь прелюдией к дальнейшему использованию близнецового метода различными отделами прикладной физиологии. В самом деле, такие кардинальной важности проблемы, как воспитание, психотехника, питание и ряд других, могут в некоторой своей части быть продвинуты вперед путем применения этого метода. В первую очередь надлежит при этом поставить вопрос о соотносительной роли в соответствующей реакции организма генотипа и среды и о тех воздействиях, которые требуется применить для получения желательного эффекта. Решать эти вопросы к тому же не представляет особенного труда: ставя однояйцевые пары в различные внешние условия с одной стороны, а с другой – наблюдая, как однояйцевые так и двуяцевые пары в одинаковых условиях среды, можно ожидать достаточно точных ответов на заданные исследователем вопросы.

Поясним сказанное некоторыми примерами:

Пример I. Одним из больных вопросов нашей школы является вопрос об «отсталом» ребенке. Выяснить причины этой отсталости является очень важным, поскольку характер педагогических мероприятий будет различен в зависимости от того, является ли конкретный случай отсталости генотипическим или обусловленным средой. По указанным уже выше соображениям, метод генеалогический может сравнительно мало помочь при решении этого вопроса. Гораздо больше данных можно получить методом близнецовым.

Пример II. Касается проблемы тестов в психотехнике. С точки зрения своих классовых целей буржуазия мало интересуется вопросом о том, регистрирует ли соответствующий тест природную одаренность или приобретенный опыт испытуемого. Скорее даже наоборот: она заинтересована в том, чтобы это различие затушевать. Ибо, пользуясь тестами, регистрирующими приобретенные знания испытуемого и трактуя полученные результаты как якобы указывающие на степень одаренности, она, в частности, этим путем «доказывает» природную отсталость пролетариата в сравнении с буржуазией, а также цветных рас в сравнении с белой. Пользуясь же близнецовым методом, нетрудно дифференциацию тестов в указанном направлении проводить [355] .

Пример III. Касается испытания педагогических приемов: обучая какому-либо предмету или навыку разными способами партнеров однояйцевой пары, нетрудно сделать вывод о преимуществах того или иного способа педагогического воздействия.

Число таких примеров нетрудно увеличить. Ясно вместе с тем и то преимущество, которым в одном отношении обладает способ изучения близнецов в сравнении с так называемым массовым экспериментом, когда некоторым воздействиям подвергается большое количество людей, resp. животных свободно живущей популяции; в последнем случае мы естественно получаем различную реакцию каждой из подвергающихся воздействию особей. И лишь в том случае, если совокупность особей, подвергшихся воздействию, напр. А , дает совершенно ясный, качественно отличный результат в сравнении с той совокупностью, которая подвергалась воздействию В, соответствующий вывод сделать нетрудно. Впрочем, и здесь следует оговориться: если, напр., первая совокупность отличается в смысле своего географического и исторического происхождения от второй, то упомянутый различный результат в ответ на разное внешнее воздействие может иметь место не столько в силу неидентичности последнего, сколько в силу различий генотипа, которым обладают соответствующие две совокупности. На практике так оно иногда и бывает. Нужно, например, выяснить влияние профессии на те или иные функции организма. Если для этой цели берут две профессиональные группы и исследуют их без учета того, откуда эти группы происходят, то упомянутая выше ошибка легко может иметь место. Совсем другое получается при применении метода изучения близнецов: в этом случае исследователь может не обращать никакого внимания на роль генотипа (так как последний у однояйцевых близнецов идентичен).

Еще хуже обстоит дело при вышеупомянутом массовом обследовании, если различие результатов внешних воздействий над двумя совокупностями не столь разительно, если оно, напр., лишь количественное, а не качественное. В последнем случае возможное число источников ошибок, естественно, значительно возрастает. И здесь роль близнецового метода еще больше: ибо, как бы, напр., ни было мало различие между двумя однояйцевыми близнецами, из которых один подвергался, а другой не подвергался какому-либо воздействию – если только это различие систематически повторяется у каждой пары, – достоверность полученного результата не подлежит никакому сомнению. Поэтому там, где только это представляется возможным, желательно вышеупомянутое массовое исследование дополнить исследованием близнецов.