Читать онлайн «От Ариев до Викингов, или Кто открыл Америку». Страница 99

«Но днем, лишившись сил от усталости, они ложились в своих маленьких подземных домах, изнемогая под бременем страхов…»

В этом фрагменте очевидно характерное презрение победителей к побежденным, но мы тем не менее вправе видеть здесь и свидетельство того, что жители в страхе за свою жизнь в дневное время предпочитали укрываться за толстыми стенами своих полуподземных прибежищ.

Относительно того, откуда эти люди (пикты) пришли в эти края, то об этом мы не имеем никакого понятия. Что же касается папаэ, то они получили свое прозвище от белых одеяний, в которые они облачались, совсем как клирики. Это объясняется тем, что в тевтонском языке все клирики именуются «папаэ».

Ученые обычно интерпретируют термин папа (мн. число папаэ), встречающийся в латиноязычных источниках норвежского происхождения, в узком значении — «отец», то есть священник, прелат. Однако он, вероятно, имел и куда более широкое значение, а именно — «папист», то есть последователь религиозной системы, точнее сказать — римо-католичества, возглавлявшегося папой римским. На первый взгляд вопрос об интерпретации может показаться весьма тривиальным, но на самом деле в нем есть весьма важные нюансы. Придерживаясь узкого толкования, многие историки пришли к заключению, что папаэ, упоминаемые в норвежских сагах о Северной Атлантике, были прелатами-отшельниками, крайне немногочисленными и селившимися в самых глухих и пустынных районах. Согласно другой интерпретации, папаэ представляли собой достаточно многочисленные общины, в состав которых входили мужчины, женщины и дети, и все они были последователями римско-католической церкви, но это толкование мы сегодня вправе признать несостоятельным. Итак, важность правильной интерпретации, когда речь идет о донорвежских поселениях в Исландии, совершенно очевидна.

Далее в «Истории» сказано, что люди, известные как папаэ, носили белые одежды, весьма похожие на одеяния христианских клириков, но необязательно тождественные им. Однако этот аспект приобретает важное значение, если затронуть вопрос об идентификации жителей Хвитраманналанда (Земли белых людей), который норвежские хронисты называли также Альбанией.

«Но в дни Харольда Волосатого… некоторые пираты (викинги), находившиеся в родстве с весьма могущественным пиратом Рогнвальдом, собрав большой флот, переправились через Солундово море. Они вышвырнули этих людей (пети и папаэ) из их старинных убежищ и полностью уничтожили их; после этого они сделали эти острова своими владениями».

В рамках терминологии, использовавшейся хронистами-клириками, слово «пираты» служило синонимом викингов. Если в тексте «Истории» и есть неясности и неопределенности, то они, во всяком случае, не затрагивают судьбы, постигшей жителей Северных архипелагов.

Арчибальд Р. Льюис. Северные моря (Princeton: Princeton University Press, 1958).

Многие историки отождествляли лохланнов с викингами. Это в корне неверно! Название «лохланны» — явно гэльское, и означает оно «мужи из Лох-Ланн» (варианты: Лайнн, Лойнн, Линнх, Лин, Лорн, Ларн). Первоначально лохланны были кельтскими пиратами из урочища Лох-Ларн на побережье Ирландии. Впервые они появляются на страницах истории в связи с набегом на Ольстер в I в. до н э. Они принадлежали к одному из далриадских племен, которые сперва опустошали набегами западную Шотландию, а затем вторглись в нее и обосновались в труднодоступных фьордах Лох-Линнх и Лох-Лойн. С этой весьма удобно расположенной базы они начали совершать грабительские набеги на южные и северные земли. Согласно свидетельству «Анналов Иннисфаллена», в 798 г. «Гебриды и Ольстер были разграблены лохланнами». И хотя лохланны, по всей вероятности, сотрудничали с норвежцами, как и многие племена скоттов, они и сами были грозными морскими рейнджерами и пиратами, предками которых являлись неустрашимые воины — кельты Ирландии.

Еще в 1880-е гг. в этих водах процветала большая колония китов-полосатиков, насчитывавшая более тысячи особей. Это было как раз накануне того, как норвежские китобои начали варварский промысел китов с применением китобойных пародов и гарпунной пушки. В 1884 г. капитан Милн, командир трансатлантического лайнера, проходил через эти скопления китобоев к юго-востоку от Исландии. И ему предстало фантастическое зрелище: «Все пространство, по площади равное доброй половине среднего графства, было заполнено паровыми машинами, извергавшими пар с таким ожесточением, словно от этого зависела их жизнь».

См.: Фарли Моуэт. Бойня на море (Toronto: McClelland and Stewart, 1984), глава 6 «Белый призрак».

В XIX в. серые киты в Западной Атлантике были полностью истреблены.

См. «Бойня на море», часть V, глава 15 «Морские бивненосцы».

Цельный фундамент мог и не понадобиться, если корабль очень недолго выполнял роль укрытия-навеса. Стоянки, найденные на северо-западе Гренландии и Лабрадоре, свидетельствуют, что ладьи иногда опрокидывали кверху днищем, а затем подпирали только с одного бока, чтобы в результате получилось нечто вроде шалаша или простого навеса. В тех местах, где подходящих для опоры камней не было, ладьи приходилось подпирать специальными деревянными опорами. На борту умиаков из Гренландии и Аляски часто имелись особой формы колья, предназначенные именно для этой цели. Мне самому приводилось укрываться в бурю, настоящую, с метелью и молнией, под типичным грузовым каноэ, которое было опрокинуто кверху днищем и подперто с одного бока. Что касается ветра и снега, то от них нас спасала толстая завеса из шкуры карибу, свисавшая от приподнятого борта до земли.

Траппер — охотник-следопыт, ставящий капканы. (Прим. перев.)

Согласно бытующим в науке взглядам, ирландцы были первыми жителями Британских островов (или даже первыми из европейцев), отправившимися на разведку западного побережья Северной Атлантики. Этот шум вокруг ирландцев объясняется по большей части тем, что немногие сохранившиеся до наших дней свидетельства о плаваниях европейцев в Западный Океан в эпоху до прихода викингов сохранились в составе старинных ирландских компендиумов, так называемых «иммрама». Эти иммрама, написанные клириками по-латыни, описывали деяния (и неудачи) ирландских прелатов VI–VII вв., занятых миссионерской деятельностью. Аналогичные иммрама тексты, которые, возможно, существовали у альбанов, давно утрачены. А с ними ушел и язык, на котором была изложена история целого народа. За исключением разве что тех скудных фрагментов этой истории, которые сохранились благодаря переходу их в фольклорные предания других народов. Есть все основания утверждать, что иммрама на самом деле включают в себя описания путешествий на запад, предпринятых явно неирландцами — тех самых, которые клирики и хронисты последующих веков приписали ирландским святым-мореплавателям.

Как мы уже отмечали, слово папар представляет собой норвежский термин, относящийся ко всем последователям Белого Христа.

Terra incognita (лат.) — неведомая земля. (Прим. перев.)

Тот факт, что Исландия была хорошо знакома жителям континентальной Европы за много веков до появления норвежцев, приписавших себе честь ее открытия, подтверждается многочисленными свидетельствами:

ок. 330 г. до н э. Плавание Пифея на Туле (Тили, Исландию);

3 г. до н э. — 65 г. н э. Сенека писал: «Придет время… когда Тиле уже не будет окраиной земли»;

23—79 гг. н э. Плиний упоминает об острове, называя его Тилен;

84 г. Флот Агриколы совершает плавание вокруг северной Британии и отправляет донесение о том, что воины видели Туле;

100—168 гг. На Птолемеевских картах, восходящих, по-видимому, к I в. н э., изображен Туле, причем его географическое положение показано довольно точно;

363 г. Морская экспедиция Феодосия атакует пиктов на Туле;

ок. 500 г. Путешествия (по всей вероятности, мифические) Артура и Мальго на Туле как минимум напоминают о существовании этого места;

500—600 гг. Готский историк Иорданес помещает Туле далеко к западу от Европы; ок. 550 г. Плавание Брендана на Фарерские острова и Исландию;

600—700 гг. Епископ Севильи Исидор, описывая Туле, называет его самым отдаленным островом и указывает, что он находится к северо-западу от Британии;

ок. 620 г. На островах Уэстмен построено жилище характерно европейского типа;

730—733 гг. О Туле пишет Беда Достопочтенный;

700—800 гг. Селениус упоминает о Туле в своей «Книге диковин»;