Читать онлайн «Эволюционизм. Том первый: История природы и общая теория эволюции». Страница 328

Математизация естествознания и прикладной социологии сильно расширила границы нашего познания, вывела его за пределы естественного человеческого способна восприятия, наблюдения и представления явлений. При этом она сильно осложнила проблемы понимания качества этих явлений. Представление о том, что количественная математическая модель полностью отражает качество сложной системы – такая же иллюзия, как представление о том, что образ восприятия полностью отражает качество непосредственно воспринимаемой системы. Проблема недостаточности количественных математизированных моделей для адекватного воспроизведения качества явно недооценивается в современной науке. Она воспринимается многими учёными как псевдопроблема возврата к динамическим моделям в рамках механистического детерминизма. Между тем именно закон перехода количественных изменений в качественные, открытый и обоснованный диалектической метафизикой, предостерегает против плоского, прямолинейного понимания этого перехода.

Сущность закона как раз и заключается в принципиальном несовпадении системы измеряемых количественных параметров с системой качественного своеобразия исследуемого объекта. В процессах конкретно-научного исследования возникает видимость, что объекту просто некуда деться, если на основании определённого многообразия количественных параметров построена его математическая модель. Но это только видимость. В объектах, в особенности сложных, остаётся ещё «что-то», что не отражается в количественных показателях. Оно-то и выражается в вероятностном характере математических моделей, что нередко воспринимается как крах детерминизма.

Что же это за таинственное «что-то», которое так глубоко «сидит» в сложных системах, что его не удаётся отследить и вычислить самыми точными вычислениями на суперсовременных компьютерах на основе огромного числа измеренных параметров? Это оно проявляет себя в катастрофах космических кораблей, атомных электростанций, несбываемости прогнозов погоды, предсказаний, основанных на замерах общественного мнения, показателей экономического развития и т. д. Ничего мистического или психоаналитического в этом «оно» нет. Оно коренится именно в принципиальном несовпадении качественной и количественной определённости, поскольку качество есть результат всей предшествующей эволюции системы, а не только динамики поведения, выраженной в количественных показателях.

Несовпадение количественных и качественных определённостей, приводящее к неконтролируемому росту неопределённости их взаимодействия, наиболее рельефно проявляется в так называемых скачках. В марксистской диалектике особое внимание скачкам придаётся с целью обоснования предпочтительности революционных изменений. Будто бы, развиваясь скачками, можно «перепрыгнуть» через необходимость последовательных эволюционных изменений и поскакать в развитии «семимильными шагами», творя тем самым новое качество по воле и желанию революционеров. История убедительно опровергла этот утопический креационизм. Но именно диалектика, выдвигая тезис о единстве прерывности и непрерывности, способствовала становлению научно-обоснованного взгляда на скачкообразные изменения.

Скачки суть с одной стороны моменты прерывности в непрерывном ходе эволюции, обусловленные прерывным, дискретным характером качественных определённостей, а с другой – результаты переполнения меры вследствие непрерывных количественных изменений внутри того или иного качества. Скачки проявляются в резком ускорении изменений (но не обязательно в ускорении развития), в бурном протекании реакций, в превращениях одних качественных состояний в другие или даже одних качественных определённостей в другие, им в какой-то мере противоположные. Сам термин «превращение», часто используемый в диалектике, содержит в себе своеобразную веру в чудеса скачкообразных изменений, их способность внеэволюционным путём творить новые качества, превращать менее развитые качества в более развитые. Однако скачкообразные химические, физические, биологические, социальные превращения представляют собой не что иное как высокоскоростные эволюционные преобразования качеств, наблюдаемые не в протекании их процессов, а в возникновении их готовых результатов. Конечно, превращения, метаморфозы имеют место в скачкообразных изменениях, но это лишь поверхностные проявления происходящих в глубинах сложных систем последовательных трансформаций.

Скачкообразные превращения так же последовательны и поступательны, как и нескачкообразные изменения, они протекают лишь в ином временном масштабе, ином ритме, с большей интенсивностью и хаотичностью, с нарушением меры и стабильности сложившегося порядка. При этом на границе меры даже незначительные изменения могут вызвать очень значительные качественные сдвиги, предопределить особенности будущих качественных преобразований. Возникновение новых качественных состояний или новых качеств сопровождается образованием новых узловых состояний меры. Процесс скачкообразных переходов от одних качественных состояний к другим был охарактеризован Гегелем как узловая линия мер. Количественные изменения также могут осуществляться скачкообразно, большими порциями, оказывая тем самым значительное влияние на качественное состояние системы. Высокие количественные перепады могут создавать перегрузки в структурах, обеспечивающих поддержание качества.

Типы скачков весьма многообразны. При общей для всех скачков высокой скорости протекания и значительном ускорении происходящих изменений, одни скачки совершаются очень быстро, практически мгновенно, другие – более медленно, третьи – занимают целые эпохи, именуемые эпохами перемен. Различаются скачки и по глубине изменений качества, и по разрушительной силе, и по возможностям оптимизации качества на основе образования более свободного порядка. Скачки могут сделать невозможным само существование того или иного качества, привести систему к гибели. Они могут создать препятствия для развития системы, ослабить её, ухудшить её качественное состояние и снизить конкурентоспособность.

Возможны скачки, в ходе которых осуществляются качественные преобразования, возникают новые качественные состояния и даже переходы к новому качеству без ломки старого качества, в границах присущей ему меры. В таких случаях качественные преобразования могут происходить не одновременно, а последовательно, поэтапно, поочерёдно, вовлекая в процесс преобразований то одни, то другие стороны, звенья, формы качественной определённости. Такие преобразования чаще всего носят консервативный характер, они не затрагивают целостности, которая в конечном счёте адаптирует эти частичные преобразования к себе и сводит к минимуму или даже полностью поглощает их прогрессивное содержание. Однако в определённых обстоятельствах при неуклонном их проведении подобные консервативные преобразования могут давать наилучшие результаты, позволяя постепенно усовершенствовать качество в целом и значительно повысить конкурентоспособность мобилизационных структур. В этих случаях скачки встраиваются в спонтанно происходящие эволюционные процессы и являются их логическим продолжением, но их инновационное содержание минимально, что чревато опасностью долговременного застоя в дальнейшем развитии.

Альтернативой таких «полу-скачков» являются комплексные, системные преобразования. В них содержится наиболее мощный инновационный потенциал, однако при снижении ниже допустимого уровня консервативной составляющей возникает опасность разрушения стабилизационных механизмов мобилизационной структуры и почти революционного хода качественных преобразований с присущим ему хаосом и деформацией эволюционных процессов. Такой способ трансформации качества необходим системам, длительно находившимся в застое, но он связан с колоссальными издержками и в дальнейшем порождает крайне негативные возвратные процессы.

Наиболее оптимальным является путь развития качества, связанный с постоянными, перманентными разнонаправленными преобразованиями, учитывающими преобладание в те или иные периоды тех или иных альтернативных тенденций. Такой путь в современном обществе и называется демократией. И чем дальше уходит то или иное общество от этого пути, тем менее эффективно в конечном счёте оно развивается, тем меньше у него шансов на прогрессивное и гуманное усовершенствование.

Из трёх фундаментальных законов диалектики наиболее значительным эволюционным содержанием обладает третий – закон отрицания отрицания. Он демонстрирует эволюционный характер, преемственность и эволюционную обоснованность всякого развития, опровергает возможность прямолинейного прогресса, утверждает неизбежность возвратов в развитии к предшествующим качественным определённостям на новых уровнях качественных преобразований. Соответственно он позволяет отслеживать развёртываемость, разворачиваемость всякого развития, его последовательность, поступательность, закономерную смену ступеней, уровней, этапов. Будучи теоретиками революционных преобразований, так сказать, метафизиками революции, создатели материалистической диалектики придавали особое значение отрицанию. Но, в сущности, правильное название этого закона – закон утверждения через отрицание и преодоление отрицания. Его основная задача – вскрыть механизм утверждения нового в развитии.