Читать онлайн «Ближний Восток: война и политика». Страница 65

Политический ислам в Палестине

Религиозная составляющая всегда присутствовала в палестинском вопросе. Великий муфтий Амин аль-Хусейни взывал к религиозным чувствам палестинцев и стремился заручиться поддержкой всего исламского мира в борьбе против сионизма и еврейской колонизации. В 30-е гг. XX в. палестинское сопротивление пользовалось поддержкой Ассоциации братьев-мусульман, оказавшей, в частности, помощь в восстании палестинцев в 1936 г. В 1946 г. Ассоциация братьев-мусульман основала свои отделения в Иерусалиме, а затем в Яффе, Лидде, Наблусе и Тулькарме. С АБМ в 1950-е годы были связаны сам Ясир Арафат и его ближайший сподвижник Халиль аль-Вазир. Поскольку подавляющее большинство палестинцев исповедуют ислам, религиозный фактор не мог не оказывать влияния на движение палестинского сопротивления в течение всего его существования. Однако после поражения арабов в 1948 г., когда поддержка АБМ не помогла палестинцам, а исламский мир оказался бессилен предотвратить раздел Палестины и провозглашение на ее территории еврейского государства, политический ислам уступил путь националистическим идеям. Палестинский национализм, еще более окрепший в результате подъема палестинского сопротивления после 1967 г., составил идеологическую основу «Организации освобождения Палестины» (ООП). Это, впрочем, не мешало существованию внутри организации отдельных исламистских элементов.

Подъем исламистских идей в арабском мире, начавшийся в 1970-е гг. прошлого века, не мог не затронуть Палестину. Как уже говорилось выше, в условиях оккупации, репрессий и бедности выросло целое молодое поколение, ставшее благодатной средой для радикальных идей. В дополнение к Ассоциации братьев-мусульман, чья деятельность после оккупации Газы израильтянами приняла фактически легальный характер, в 70-х гг. XX в. возникло несколько небольших религиозных группировок как среди населения оккупированных территорий, так и среди «арабов-48», т. е. арабских граждан Израиля. Они занимались общественной и благотворительной деятельностью. Стремясь подорвать авторитет коммунистов, чьим традиционным электоратом в Израиле было и остается арабское население, власти не препятствовали деятельности исламистов. То же касалось и оккупированных территорий, так как Израиль небезосновательно рассматривал исламистов в качестве возможных противников ООП. Так, с 1967 по 1986 гг. число мечетей в секторе Газа удвоилось. По аналогичной причине развитию деятельности сторонников политического ислама способствовала Иордания.

В силу разных причин исламисты обладали наиболее сильными позициями в Газе – в первую очередь, из-за географической близости к Египту. Палестинские «Братья-мусульмане» не практиковали насильственных методов, придерживаясь тактики «взращивания поколения джихада», уделяя внимание пропаганде идей возвращения к первоначальной чистоте ислама и воспитанию молодежи в духе исламской морали. Это должно было стать предпосылкой к установлению исламского строя. Но далеко не все члены Ассоциации были готовы смириться с такой тактикой постепенности. Еще в 1952 г. член АБМ Таки ад-Дин ан-Набхани, выпускник аль-Азхара и бывший судья шариатского суда Хайфы, создал на Западном берегу Исламскую партию освобождения. Программные установки ИПО мало чем отличались от таковых у АБМ, но ан-Набхани настоял на необходимости использования революционных методов борьбы. После начала израильской оккупации деятельность партии фактически сошла на нет, и с началом Интифады она так и не смогла восстановить свои позиции в обществе.

В конце 70-х гг. XX в. возникли группировки «Усрат ад-Дин» и «Усрат аль-Джихад», действовавшие среди арабских граждан Израиля. Первая, как и АБМ, занималась пропагандистско-воспитательной деятельностью. Вторая изначально была более радикальной и ее члены даже совершали нападения на еврейскую собственность. Однако после принятых властями репрессивных мер организация была вынуждена отказаться от насилия.

В 1983 г. исламские кандидаты впервые приняли участие в муниципальных выборах в Израиле. Результат оказался успешным: им удалось пробиться в пять сельских советов (Умм аль-Фахма, Тайбе, Кафр-Касима, Мадж аль-Крума, Кафр-Бары) и занять должности мэров трех арабских селений – Кафр-Бары, Джальджулии и Фурайдиса. В 1989 г. они возглавили органы местного самоуправления в Умм аль-Фахме, Рахате, Кафр-Касиме, Кафр-Баре и Джальджулии, стали ведущей оппозиционной силой в Назарете, образовали самую большую фракцию в местном совете Кафр-Канны, прошли в муниципалитеты Фурайдиса, Калансуа, Тайбе, Тиры и Лидды (Лода). По некоторым свидетельствам, принятые ими меры по улучшению социально-экономического положения были весьма действенными. К примеру, придя к власти в совершенно неблагополучном и погрязшем в долгах муниципалитете Умм аль-Фахм, исламисты во главе с шейхом Райдом Салахом смогли за годы своего правления вывести его из финансового кризиса и значительно улучшить социально экономическое положение. Они даже добились высокой оценки со стороны министра внутренних дел Арье Дери.

Отдельного внимания заслуживает «Исламский Джихад» (аль-Джихад аль-Ислами). Эта организация возникла в 1979 г. под руководством состоявшего в АБМ Фатхи аш-Шикаки. Этот палестинец был направлен по линии АБМ на учебу в Египет, во время которой в Иране произошла революция. Именно ее идеи оказали на аш-Шикаки решающее влияние. Как и ан-Набхани, он разошелся с АБМ в вопросах тактики и был сторонником революционной борьбы, хотя и сохранил формальное членство в Ассоциации. Идеологи движения полагали, что наличие исламского государства в Палестине и его функционирование не являются обязательным условием решения проблемы израильской оккупации этих земель. Более того, они считали, что именно джихад, являясь священной обязанностью каждого мусульманина, станет решающим шагом в направлении формирования исламского государства.

К середине 1980-х гг. «Джихад» полностью перешел на нелегальное положение. На начальных этапах Интифады он сыграл в ней очень важную роль. Отодвинув на задний план свои разногласия со светской ООП, движение охотно пошло на сотрудничество с ней. Однако это сотрудничество происходило лишь на локальном уровне и велось с ОНР, а не с тунисским руководством ООП, от которого «Джихад» четко дистанцировался. Но уже ко второй половине 80-х гг. XX в. создались все предпосылки к зарождению крупного исламского движения, которое могло бы стать весомой политической силой и противовесом светско-националистической ООП. Таким и стало Движение исламского сопротивления – Хамас (Харакат аль-Мукавама аль-Исламийа), возникшее с началом Интифады как ответвление Ассоциации братьев-мусульман. До полномасштабного восстания руководство местных «Братьев-мусульман» придерживалось умеренной линии, уделяя основное внимание религиозному воспитанию, пропаганде и взращиванию таким образом «поколения джихада». Начало Интифады подтолкнуло местных активистов АБМ к смене стратегии. Дальнейшее следование прежней схеме и неприсоединение к открытому противостоянию оккупации не прибавило бы ассоциации симпатий со стороны населения. Тем более что появился шанс заявить о себе «в полный голос».

Несмотря на некоторые колебания, решение основать исламское движение было принято. Это произошло в декабре 1987 г. на встрече группы активистов ассоциации в доме шейха Ахмада Ясина, который и стал лидером движения. На случай, если не удастся завоевать достаточную поддержку населения, принятое решение некоторое время удерживалось в секрете. От имени Хамас палестинские «Братья-мусульмане» впервые заявили о себе только 16 января 1988 г.

Принимая деятельное участие в Интифаде с момента ее начала, организация опубликовала свою Хартию лишь в августе 1988 г. В этом документе Хамас заявлял о себе как об организации, верной Богу и рассматривающей ислам как образ жизни. В п. 2 первого раздела Хартии он признавал себя одним из ответвлений Ассоциации братьев-мусульман. Проблему освобождения Палестины организация связывала с тремя основными факторами: палестинским, арабским, исламским. Последний среди всего прочего подразумевает следующее: палестинская земля – неотъемлемая собственность мусульман и не может быть отчуждена. Следовательно, Израиль рассматривается как чужеродное образование и целью ставиться освобождение всей палестинской земли.

Хартия определила отношение Хамас к остальным участникам палестинского движения, в первую очередь к ООП. В ней сказано, что отношения должны строиться на взаимном уважении и что движение готово оказывать поддержку другим группировкам, если они не лояльны ни «коммунистическому Востоку, ни крестоносному Западу».

Отдельно говорится об ООП. Так, в п. 27 четвертого раздела говорится: «Организация освобождения Палестины – одна из наиболее близких к исламскому движению Хамас, в ней мы видим отца, брата, родственника и друга… У нас одна родина, одна беда, одна судьба и общий враг». Однако Хамас четко отмежевался от ООП, считая светский характер этой организации неприемлемым для себя. Была сделана оговорка, что в случае принятия ООП исламской идеи Хамас готов объединиться с ней. Так как руководители движения понимали, что ООП не примет их взглядов и убеждений, это означало, что они рассматривают свою организацию как альтернативную ООП, претендующую на право отражать взгляды и интересы палестинского народа.