Читать онлайн «Курс эпохи Водолея». Страница 28

Для выявления порочности ныне господствующей концепции на уровне экономического (4-го) приоритета обобщенных средств управления представим себе глобальное хозяйство в виде наиболее общей модели, состоящей из двух блоков: производственно-потребительской системы (ППС), оперирующей технологиями и организацией, и кредитно-финансовой системы (КФС), занятой проводкой платежей, эмиссией, кредитованием. При этом все общественно-полезные товары и услуги, все потребительские стоимости создаются исключительно в ППС. КФС по определению ничего не создает и является сферой обслуживания, упрощающей функционирование ППС в сфере продуктообмена, организуя денежное сопровождение товарно-сырьевых потоков. При таком сопровождении продуктообмен, прежде всего технологически-производственный, протекает быстрее, нежели при «бартере» — натуральном продуктообмене меновой торговли. Только в этом и состоит общественно-полезная функция КФС.

Для логики, не извращенной ныне господствующими порочными стереотипами, представляется естественным и очевидным, что услуги КФС должны оплачиваться ППС по принципу финансирования любой иной сферы обслуживания производства. Все платежеспособные возможности должны формироваться исключительно в ППС пропорционально создаваемым потребительским стоимостям. Однако в процессе специализации видов деятельности участники производительного труда утратили контроль за КФС, что позволило ее хозяевам злонамеренно внедрить в практику функционирования КФС схемы бесконтрольного перераспределения продуктов труда в свою пользу. В результате этого те, кто умеет делать дело, живут повсеместно хуже тех, кто умеет делать только деньги.

С течением времени эта схема закрепилась как «само собой» разумеющаяся социальная норма. Под нее были подведены разрешительные законодательные нормы, экономические теории, превратившие вспомогательную функцию, оборот денег, в один из видов предпринимательства, легализовавшие и узаконившие бесконтрольное изъятие благ общества в пользу собственников КФС. Инструментом такого изъятия является ссудный процент и с неизбежностью порождаемые им не трудовые деньги, а деньги принципиально иной природы, родителями которых, как указывал еще Аристотель, выступают не труд, а сами деньги. Внутри КФС сами образуются и прибыль, и покупательная способность, с которыми участники КФС, ничего не производя, но обладая монопольно высокой платежеспособностью, выходят на рынок потребительских товаров и изымают их у участников ППС, с неизбежностью порождая инфляцию, превышение финансовых доходов над объемом производства продуктов и услуг. Генерируемая ими при этом инфляция используется для обоснования в последующем новых ставок ссудного процента: дескать, ставки не могут быть ниже процента инфляции, потому что в противном случае банковский сектор разорится. Держатся эти объяснения на подмене понятий, на трансформации следствия (инфляции) в первопричину высоких ставок ссудного процента.

В действительности ссудный процент первичен по отношению к инфляции и устанавливается субъективно как параметр глобального надгосударственного управления, задающий «финансовую атмосферу» и внутри государств, и в системе межгосударственных отношений. Произвольно манипулируя его размером и соотношениями собственных и заемных средств платежа, любую из стран, тем более ориентированную на внешние заимствования под процент, как на норму ее экономической жизни, можно направить курсом на разорение ее хозяйства и на удержание в нескончаемой долговой кабале. Если в XXI веке это непонятно многим, включая и профессиональных экономистов, то для авторов Доктрины «Второзакония — Исайи» это было очевидно еще несколько тысяч лет тому назад. Наличие в системе управления страной, равно как и в управлении глобальным хозяйством, ссудного процента, отличного от нуля, разрушает замкнутые контуры циркуляции средств платежа, целостность управляемой системы и с неизбежностью ведет к убийственным кризисам, включая военные. Можно расписать уравнения межотраслевого финансового баланса и на их основе показать математически строго, что импульсное возмущение в виде стоимости кредитного ресурса с неизбежностью с течением времени разрушает целостную многоотраслевую макроэкономическую систему. При этом первыми жертвами банкротства становятся отрасли с длинным циклом производства и с длинным периодом оборота капитала. Такие как сельское хозяйство, тяжелое машиностроение, некоторые виды строительства и т. п.

Это один из множества случаев, который показывает, что если вы хотите что-то понять в экономике, то идти надо от технологий и организации производства в масштабах макроэкономической системы, а не от финансов на счету отдельно рассматриваемого предприятия.

Проценты на кредит и на неоплаченный процент по кредиту в силу своего экспоненциального характера нарастания являются по своей методологической сути раковым заболеванием КФС, ибо их развитие описывается математическими закономерностями, аналогичными математическим моделям роста для злокачественных опухолей. В большинстве региональных цивилизаций, кроме западной, где оно положено в основу библейской культуры (Доктрина «Второзакония — Исайи»), отношение к ростовщичеству было принципиально иным, оно практически всегда ограничивалось либо пресекалось в корне вплоть до смертной казни. В кораническом миропонимании (сура 2:275, в частности), если вы дали в долг 100 рублей, а назад получили 101, то это значит, что рубль вы украли. Это вопрос формирования нравственности и вытекающих из нее норм этики и законов, а не экономики как якобы объективного явления, к которому (в силу его объективности) нравы общества и этические нормы не имеют никакого отношения.

Нынешний мировой финансово-экономический кризис, распределившийся своими компонентами по всем странам мира, в своей основе является кризисом нравственности, следствием безнравственного порочного мировоззрения, позволившего подменить общественно-полезные функции КФС объективно порочными, общественно вредными. Такая подмена вызвала кризис глобальной системы мирового хозяйства с вытекающими из него потрясениями фондовых и валютных рынков. Никакие частные меры, направленные на устранение базовых пороков, уже не спасут финансовый рынок. Преодоление кризиса возможно только путем перехода общества к новой концепции развития, в рамках которой должны быть установлены государственные конституционные законодательные нормы, вводящие запрет на ссудный процент, на ростовщичество и иной разнородный финансовый аферизм, как вид ныне легального бизнеса. Это абсолютно необходимое условие преодоления рассматриваемого нами кризиса и перехода к сбалансированности функционирования мирового хозяйства в соответствии с интересами культурного развития всех народов планеты на основе их творческого труда. Только в этом случае будет пресечено получение доходов из «воздуха». КФС должна быть поставлена на подобающее ей место сферы обслуживания реального сектора. Ее доходы должны формироваться как вторичная часть от реальных обеспеченных товарной массой доходов ППС. И только в том случае, когда за всеми доходами общества будут стоять уже фактически созданные товары и услуги, инфляция уйдет в прошлое, а снижение цен по мере роста производства и удовлетворения потребностей людей станет нормой экономической жизни и стимулом к работе на систему. Банки при этом могут иметь не меньшие доходы, но реально заработанные ими в режиме инвестиционных компаний и мозговых трестов многоотраслевых концернов, получающих долю от прибыли ППС.

Что касается России, то применительно к нашей стране алгоритмы практического разрешения кризисных финансовых проблем должны исключать поиск виновных и демонстративные наказания. Борьба с персоналиями и даже с отдельными структурами — признак концептуально безграмотного государственного управления. Все необходимые предпосылки для плавной отстройки от внешнего управления в стране созданы. От смены декораций можно перейти к полному изменению системы, причем не столько государственного, сколько надгосударственного управления, с изменением статуса Центрального банка и его переводом в статус государственного учреждения — инструмента финансовой политики государства. Только на этом пути можно обеспечить выход страны из нынешнего режима финансовой колонии, фактически не имеющей собственных средств платежа, а выпускающей их лишь в качестве квитанции на владение деньгами метрополии (своего рода «оккупационные деньги»), в режиме евро-долларового, а не товарного обеспечения эмиссии.

Это также потребует ревизии и замены исторически сложившейся экономической науки и системы профессионального финансово-экономического образования, функционирующей на ее основе.