Читать онлайн «Человеческая деятельность. Трактат по экономической теории». Страница 223

Метод проб и ошибок применим во всех случаях, когда правильность решения можно определить по безошибочным признакам, не зависящим от самого метода проб и ошибок. Если человек теряет свой кошелек, то он может искать его в различных местах. Если он его находит, то он опознает его как свою собственность; успех примененного здесь метода проб и ошибок не подлежит сомнению: человек решил свою проблему. Когда Эрлих искал лекарство от сифилиса, он испробовал сотни медикаментов, пока не нашел то, что искал средство, убивавшее спирохету, не причиняя вреда организму человека. Признаком правильного выбора медикамента номер 606 было то, что он обладал обоими этими качествами, что можно было узнать из лабораторных экспериментов и клинического опыта.

Иное дело, когда единственный признак правильного решения это то, что оно было достигнуто с помощью метода, считающегося подходящим для решения проблемы. Правильность результата умножения двух сомножителей определяется как результат правильного применения процесса, предписываемого арифметикой. Можно пытаться угадать правильный результат методом проб и ошибок. Но здесь метод проб и ошибок никак не заменит действий арифметики. Он будет совершенно бесполезен, если арифметическое действие не обеспечит критерий, отличающий правильное от неправильного.

Если называть предпринимательскую деятельность применением метода проб и ошибок, то не следует забывать, что правильное решение легко опознается как таковое. Оно заключается в появлении избытка доходов над расходами. Прибыль говорит предпринимателю о том, что потребители одобряют его инициативу; убыток свидетельствует об обратном.

Проблема социалистического экономического расчета именно в этом: при отсутствии рыночных цен на факторы производства расчет прибыли и убытков невозможен.

Мы можем предположить, что в социалистическом сообществе существует рынок потребительских товаров и что на этом рынке определяются денежные цены потребительских товаров. Мы можем предположить, что руководитель периодически выделяет каждому определенную сумму денег и продает потребительские товары тем, кто предлагает самые высокие цены. Либо мы также можем предположить, что каждый член общества наделяется различными потребительскими товарами в натуре и что существует возможность обменять эти товары на другие на рынке, где сделки опосредуются общим средством обмена, разновидностью денег. Но отличительной характеристикой социалистической системы является то, что товары производственного назначения контролируются одним органом, от имени которого действует руководитель, что они не покупаются и не продаются и что на них нет никаких цен. Таким образом, не может идти речи о том, чтобы сравнивать затраты и результаты с помощью действий арифметики.

Мы не утверждаем, что капиталистический метод экономического расчета гарантирует абсолютно лучшее решение о распределении факторов производства. Для смертного человека подобное абсолютно совершенное решение любой проблемы недостижимо. Рынок, не подорванный вмешательством сдерживания и принуждения, может привести лишь к наилучшему решению, доступному человеческому разуму при данном состоянии технологического знания и умственных способностей самых проницательных людей своего времени. Как только какой-либо человек обнаруживает расхождение между реальным состоянием производства и более приемлемым[Более приемлемый означает, разумеется, более удовлетворительный с точки зрения потребителей, делающих покупки на рынке.] осуществимым состоянием, мотив извлечения прибыли заставляет его делать все, что в его силах, чтобы реализовать свои планы. Продажа его продукции покажет, прав или не прав он оказался в своих прогнозах. Рынок ежедневно испытывает предпринимателей и устраняет тех, кто не способен выдержать это испытание. Он имеет свойство поручать руководство производством тем людям, которые добились успеха в удовлетворении самых насущных нужд потребителей. Именно в этом важном отношении можно назвать рыночную экономику системой проб и ошибок.

Отличительными чертами социализма являются единство и неделимость воли, руководящей всей производственной деятельностью в общественной системе в целом. Когда социалисты заявляют, что порядок и организация придут на смену анархии производства, сознательная деятельность на смену якобы бесплановости капитализма, подлинное сотрудничество на смену конкуренции, производство ради потребления на смену производства ради прибыли, они всегда имеют в виду замену бесконечного множества планов отдельных потребителей и тех, кто обслуживает желания потребителей, предпринимателей и капиталистов, на исключительную и монопольную власть одного органа. Суть социализма в полном исключении рынка и каталлактической конкуренции. Социалистическая система это система без рынка и рыночных цен на факторы производства и без конкуренции. Она означает неограниченную централизацию и сосредоточение руководства всеми делами в руках одного органа. В составлении единого плана, направляющего всю экономическую деятельность, граждане сотрудничают (если вообще сотрудничают) только в момент избрания руководителя или совета руководителей. В остальном они являются лишь подчиненными, обязанными беспрекословно повиноваться приказам, издаваемым руководителем, и подданными, о благополучии которых заботится руководитель. Все преимущества, приписываемые социалистами социализму, и все блага, ожидаемые от его осуществления, изображаются как неизбежный результат этого абсолютного объединения и централизации.

То, что интеллектуальные лидеры социализма сейчас занимаются разработкой проектов социалистической системы, в которой сохраняются рынок, рыночные цены на факторы производства и каталлактическая конкуренция, представляет собой не что иное, как полное признание правильности и неопровержимости анализа экономистов и уничтожающей критики социалистических планов. Необыкновенно быстрый триумф наглядного доказательства того, что в социалистической системе невозможен никакой экономический расчет, не имеет прецедентов в истории экономической мысли. Социалисты не могут не признать своего окончательного сокрушительного поражения. Они больше не заявляют, что социализм несравненно лучше капитализма, так как устраняет рынки, рыночные цены и конкуренцию. Напротив, сейчас социалисты стремятся оправдать социализм, указывая на то, что эти институты можно сохранить и при социализме. Они разрабатывают планы социализма, в котором присутствуют цены и конкуренция[Разумеется, это относится только к тем социалистам или коммунистам, которые подобно профессорам Г.Д. Дикинсону и Оскару Ланге знакомы с экономической мыслью. Множество тупых интеллектуалов не отказываются от своей суеверной веры в социализм. Суеверия умирают тяжело.].

То, что предлагают неосоциалисты, крайне парадоксально. Они хотят упразднить частное управление средствами производства, рыночный обмен, рыночные цены и конкуренцию. Но в то же самое время неосоциалисты хотят организовать социалистическую утопию таким образом, чтобы люди могли вести себя, как если бы все эти вещи существовали. Они хотят, чтобы люди играли в рынок, как дети играют в войну, железную дорогу или школу. Неосоциалисты не осознают, насколько такая детская игра отличается от реальности, которую она пытается имитировать.

Как говорят неосоциалисты, старые социалисты (т.е. все социалисты до 1920 г.) допускали серьезную ошибку, полагая, что социализм неизбежно требует упразднения рынка и рыночного обмена, и более того, что этот факт отражает суть и отличительное свойство социалистической экономики. Эта идея, как они неохотно признают, абсурдна, а ее реализация приведет к хаосу. Но к счастью, говорят они, существует лучшая модель социализма. Можно обучить управляющих различных производственных единиц руководить делами своих предприятий так же, как они это делали при капитализме. Управляющий корпорацией действует в рыночном обществе не на свой страх и риск, а от имени корпорации, т.е. акционеров. При социализме он будет продолжать работать с такой же внимательностью и осторожностью. Единственная разница будет состоять в том, что плоды его усилий будут обогащать общество в целом, а не акционеров. В остальном он будет делать то же самое, что и раньше: покупать и продавать, нанимать рабочих и платить им зарплату, стараться получить прибыль. Переход от управленческой системы зрелого социализма к управленческой системе планового социалистического сообщества будет происходить плавно. Ничего не изменится, за исключением собственности на вложенный капитал. Общество заменит акционеров, и впредь дивиденды будет присваивать народ. Вот и все.