Читать онлайн «Поля крови. Религия и история насилия». Страница 107

Зловещая ирония – эти слова об освобождении узников. Ибо в октябре 2003 г. СМИ опубликовали чудовищные фотографии: американская военная полиция пытает иракских пленных в Абу-Грейб, одной из печально известных тюрем Саддама. Впоследствии выяснилось, что почти такие же пытки имели место в тюрьмах, которыми заведовали британцы. Эти снимки показали иракскую войну с более неприглядной стороны, чем официальные американские реляции. Раздетые, с закрытыми лицами, корчащиеся на полу иракцы выглядели потерявшими человеческий облик и абсолютно беспомощными перед силой Америки{1739}. Солдаты словно давали понять: «Мы стоим высоко, а они – низко; мы чистые, а они – грязные; мы сильные и смелые, а они – слабые и трусливые; мы величественные, а они – как животные; мы богоизбранные, а они чужды всему божественному»{1740}. «На фотографиях – мы», – сказала покойная Сьюзен Зонтаг. Нацисты были не единственными, кто совершал зверства. Американцы также на это способны, «если уверуют, что пытают тех, кто принадлежит к низшей и презренной расе и религии»{1741}. Солдаты явно не считали свое поведение недостойным и не боялись наказания. «Для потехи же», – сказал рядовой Линди Ингленд, который на фотографиях тащит за собой узника, как собаку. Официальное расследование заключило: солдаты вели себя подобным образом «просто потому, что имели такую возможность»{1742}.

Не минуло и месяца после речи Буша на палубе авианосца, как Ирак скатился в хаос. Большинство иракцев не доверяли высокопарным словам Буша и полагали, что Соединенным Штатам понадобилась иракская нефть и военный плацдарм для защиты Израиля. Может, они и были рады избавиться от Саддама, но уж точно не считали освободителями американские и английские войска. «Это как сапогами по сердцу», – сказал один житель Багдада. «От чего нас освобождают? – вопрошал другой. – У нас свои традиции, правила и обычаи»{1743}. Иракский клирик Шейх Мухаммад Башир жаловался: может, американцы и принесли свободу стране, но не иракцам.

Это свобода оккупантов делать что они хотят… Никто не может спросить их, что они делают, ибо они защищены своей свободой… Никто не может наказать их, ни у нас в стране, ни у них в стране. Это свобода насиловать, раздевать и унижать{1744}.

«Арабским 11 сентября» иногда называют американское нападение на Фаллуджу, «город мечетей». Погибли сотни мирных жителей, и 200 000 остались без крова. К следующему году число потерь среди гражданского населения в Ираке составило 24 000 человек, и 70 000 получили ранения{1745}. Оккупанты не принесли этой земле мир. Зато они всколыхнули восстания иракцев и моджахедов из Саудовской Аравии, Сирии и Иордании. Подобно другим повстанцам, о которых шла речь выше, они ответили на иностранное вторжение операциями террористов-смертников, в результате чего был побит даже старый рекорд «Тамильских тигров»{1746}.

А угроза всемирного терроризма? Ситуация стала еще хуже, чем перед Иракской войной{1747}. Бен Ладена убили в 2011 г., а «Аль-Каида» процветает. Ведь ее сила всегда была более концептуальной, чем организационной. Она состоит в глобальном революционном пыле, сочетающем политическую воинственность с сомнительными притязаниями на божественную санкцию. Ее филиалы, в частности, иракский (сейчас все более активно действующий в Ираке и в Сирии, охваченной гражданской войной), сомалийский и йеменский, продолжают называть восстановление халифата конечной целью своего вмешательства в местную политику. Кроме того, во многих местах земного шара, где нет хорошо организованных террористических сетей, найдутся тысячи желающих совершать теракты самостоятельно. Это самоучки без четко выраженной политической цели, плохо образованные и почерпнувшие радикальные взгляды из чатов. Таковы, в частности, Майкл Адеболаджо и Майкл Адебовале, убившие английского солдата Ли Ригби в юго-восточном Лондоне (2013 г.). Они выросли в Великобритании и в какой-то момент приняли ислам. Убийство совершили из мести за невинных мусульман, погибших от рук английских войск. Подобно Мохаммеду Буйери, который убил голландского режиссера Тео ван Гога (2004 г.), и исполнителям терактов в мадридских поездах, унесших жизни 191 человека, они не были напрямую связаны с «Аль-Каидой»{1748}. Правда, некоторые предприимчивые люди ищут выход на «Аль-Каиду», чтобы она обеспечила им руководство и, возможно, отправила в места важных операций. Однако создается впечатление, что пакистанские инструкторы предпочитают отсылать их на родину, чтобы они дестабилизировали обстановку в западных странах. Так и происходит: например, 7 июля 2005 г. прогремели взрывы в Лондоне. Серьезные теракты были предотвращены в ноябре 2005 г. в Австралии и в июне 2006 г. в Торонто. В августе 2006 г. британцам удалось помешать взрыву нескольких самолетов над Атлантикой.

Все эти террористы-одиночки почти не знают Коран. Поэтому бессмысленно спорить об их толковании Писания или винить ислам в их преступлениях{1749}. Более того, Марк Сейджман, который беседовал с некоторыми из них, убежден, что нормальное религиозное образование могло бы удержать их от терактов{1750}. Вообще, согласно его выводам, они мотивированы преимущественно желанием избавиться от удушающего чувства собственной незначительности и ненужности в секулярных национальных государствах, пытающихся поглотить иностранные меньшинства. Ими движет старинная мечта о военной славе: будто бы, умерев такой доблестной смертью, они станут местными героями{1751}. Пожалуй, в этих случаях пресловутый «исламский терроризм» превращается из политического акта (воспламененного речами благочестивыми, но противными учению ислама) в жестокий протест разгневанной молодежи. Может, такие люди и выступают от имени ислама, но, когда новичок в музыке начинает играть сонату Бетховена, мы слышим лишь какофонию.

Одна из задач бен Ладена состояла в том, чтобы увлечь мусульман всего мира своей концепцией джихада. Но хотя в чьих-то глазах он и стал харизматическим народным героем, эдаким саудовским Че Геварой, в этой главной задаче он потерпел неудачу. Показательны опросы Института Гэллапа, проведенные в период 2001–2007 гг. в 35 странах с большинством мусульманского населения. Лишь 7 % респондентов считали теракты 11 сентября «полностью оправданными»; при этом имелись в виду сугубо политические мотивы; 93 % респондентов осудили эти теракты, причем ссылались на Коран: убийству невинных людей нет места в исламе{1752}. Интересно, была бы мусульманская оппозиция террору еще более сплоченной, если бы не политика, избранная Соединенными Штатами после теракта? Ведь даже в Тегеране прошли демонстрации солидарности с Америкой! И в это самое время Буш и Блэр начали свой жестокий ответ, который увенчался трагическим и незаконным вторжением в Ирак в 2003 г. И что получилось? Мир увидел новые картины страдания мусульман, причем Запад был в них уже не просто соучастником, а непосредственным виновником. Обсуждая несгибаемость «Аль-Каиды», следует помнить: ни одна фанатичная теория джихада не привлекла в лагеря Пешавара так много молодых мусульман, как вид страдающих собратьев по вере.

Мы часто и справедливо осуждаем терроризм, который убивает мирных жителей во имя Бога. Однако наша нравственная позиция оказывается скомпрометированной, если мы пренебрегаем страданиями и смертью тысяч мирных жителей, которые составляют «сопутствующие потери» в наших войнах. Древние религиозные мифы помогали людям возвысить голос против государственного насилия, а нынешние национальные идеологии закрывают глаза на реальность и ожесточают сердце. Показательны слова Мадлен Олбрайт, сказанные ею, когда она еще была постоянным представителем Соединенных Штатов в ООН. Впоследствии она взяла их назад, но множеству людей на всей планете они не забылись. А именно, в 1996 г. в телешоу «60 минут» на Си-би-эс Лесли Шталь задала ей вопрос, не слишком ли дорого обошлись международные санкции против Ирака: «Говорят, погибло полмиллиона детей. Это больше, чем в Хиросиме… Разве победа стоила такой цены?» Олбрайт ответила: «Думаю, это очень нелегкий выбор. Но, на наш взгляд, эту цену следовало заплатить»{1753}.

24 октября 2012 г., когда 68-летняя Мамана Биби собирала овощи на большом семейном участке в Северном Вазиристане (Пакистан), ее убил американский беспилотник. Вовсе не террористка: акушерка, а ее муж – пенсионер, раньше школьный учитель. Но ее на глазах у девяти внуков разорвал на куски американский снаряд. Некоторые из ее детей получили множественные ранения, а семья, потерявшая весь скот, не могла позволить себе врачей. И до сих пор дети от страха плачут ночами… Кто был реальной целью, не известно. Но хотя американское правительство утверждает, что каждый удар впоследствии анализируется, оно не извинилось, не предложило компенсацию семье и даже не сообщило американскому народу о случившемся. Некогда Джон Бреннан, директор ЦРУ, уверял, что удары беспилотников не ведут к жертвам среди гражданского населения. Недавно поправился: ведут, но очень редко. Между тем организация «Международная амнистия» изучила 45 авиаударов в данном регионе, выявив факты гибели мирных жителей. Как она сообщает, в нескольких случаях удары по мирным жителям были явно незаконными{1754}. «Бомбы создают лишь ненависть в сердцах людей. Ненависть и гнев порождают больше терроризма, – сказал сын Биби, – никто не спросил нас, кого убили и ранили в тот день. Ни Соединенные Штаты, ни мое собственное правительство. Никто не пришел расследовать, и никого не призвали к ответственности. Грубо говоря, всем наплевать»{1755}.