Читать онлайн «Ни кошелька, ни жизни». Страница 67

СМИ должны решить, хотят ли они освещать медицинские вопросы качественно, чтобы информировать общественность, или искаженно – ради шокирующих заголовков. К сожалению, СМИ гонятся за прибылью и им не хватает дисциплины, поэтому второй вариант и дальше, по-видимому, будет казаться им слишком соблазнительным, особенно если учесть, как легко сеять панику. Это было продемонстировано с помощью статьи “Загадочный химикат-убийца” (Mysterious killer chemical), опубликованной в 2005 году, где рассказывалось об опасностях, которые таит в себе химическое вещество монооксид дигидрогена:

Его обнаружили во многих видах злокачественных опухолей, правда, пока не удалось доказать, что именно оно и вызывает развитие тех новообразований, в которых укрывается. Количественные данные поражают: монооксид дигидрогена найден в опухолях в 95 % случаев рака шейки матки с летальным исходом и более чем в 85 % случаев других видов рака, когда образцы пораженной ткани брали у онкологических больных в терминальной стадии. Несмотря на все это, монооксид дигидрогена до сих пор применяется как промышленный растворитель и хладагент, используется в качестве огнезащитного средства и средства пожаротушения, в производстве биологического и химического оружия, на атомных электростанциях, а кроме того, как ни странно, его принимают профессиональные спортсмены в видах спорта, требующих выносливости. Рано или поздно спортсмены обнаруживают, что отказаться от приема монооксида дигидрогена трудно, а иногда это может привести и к смерти. С точки зрения медицины монооксид дигидрогена почти всегда участвует в развитии болезней, для которых характерны такие симптомы, как потливость, рвота и диарея. <…> Одна из причин, по которым монооксид дигидрогена так опасен, заключается в том, что он обладает способностями хамелеона: не только сливается с фоном, но еще и меняет свое состояние, как хамелеон – окраску. В твердом состоянии монооксид дигидрогена вызывает тяжелые обморожения, в горячем газообразном убивает сотни людей ежегодно. Еще тысячи погибают каждый год от вдыхания малого количества монооксида дигидрогена, попадающего таким образом в легкие.

На самом деле “монооксид дигидрогена” – просто напыщенное[44] название обычной воды (H2O), а статью написал австралийский научный журналист Карл Кружельницки, чтобы показать, как легко запугать общественность. Далее он писал: “Вы можете предоставить людям эту совершенно точную (однако эмоционально нагруженную и сенсационно поданную) информацию о воде. Если затем провести опрос, три четверти из них с готовностью подпишут петицию о запрете использования монооксида дигидрогена”.

Они должны быть главными пропагандистами доказательной медицины, подбирающими лучший план лечения для каждого больного на основании надежных научных данных в сочетании с собственным опытом и сведениями о здоровье конкретного пациента. Следовательно, врачи не должны рекомендовать нетрадиционные методы лечения, подпадающие, как правило, под категории непроверенных, опровергнутых, опасных или дорогих.

К сожалению, очень многие врачи, похоже, придерживаются совсем иной позиции. Точное количество различается от страны к стране, однако приблизительный подсчет показывает, что около половины врачей общей практики направляют больных к специалистам по нетрадиционной медицине, а еще большее число отнюдь не возражает, если их пациенты пробуют лекарства из отдела со средствами нетрадиционной медицины в местной аптеке или в магазине органической продукции. Это поднимает вопрос: почему так много врачей спокойно относятся к шарлатанским методам лечения, пропагандируют их или даже применяют?

Одно из возможных объяснений – неведение. Вероятно, многие врачи не знают, что гомеопатические препараты по большей части не содержат ни следа действующего вещества. Они могут не отдавать себе отчета в том, что последние клинические испытания акупунктуры показали, что ее обезболивающее воздействие если и отличается от эффекта плацебо, то лишь ничтожно. Возможно, они не подозревают об опасностях, связанных с манипуляциями на позвоночнике, и не осведомлены о противоречивых данных, касающихся эффективности траволечения. Поэтому врачи принимают на веру методы лечения, которых на самом деле следует избегать.

Есть и другой фактор, вероятно, более существенный: врачи постоянно имеют дело с больными, жалующимися на кашель, насморк, боли в спине и другие симптомы, лечить которые трудно либо вообще невозможно. Большинство этих напастей пройдут сами за несколько дней или недель, поэтому врачи могут посоветовать побольше отдыхать, денек провести дома, принять парацетамол или просто вести свою обычную жизнь. Однако некоторых людей подобные рекомендации разочаровывают, и они донимают врача, требуя, чтобы он прописал им что-то более медицинское. Поэтому врач иногда прибегает к хитрости – назначает какое-нибудь средство, которое удовлетворит пациента и заодно облегчит его симптомы благодаря эффекту плацебо. А это означает, что врач предложит больному приобрести в аптеке или в магазине органической продукции растительный или гомеопатический препарат, пусть даже и понимая, что нет доказательств действенности ни того, ни другого.

Такое отношение к пациентам – отделываться от них средствами-пустышками – уже обсуждалось в этой главе. Поступать так – значит не уважать больных и неизбежно обманывать. Это также имеет отрицательные последствия: врачи залечивают мелкие недомогания, которым следовало бы позволить пройти самим, дают добро на применение шарлатанских снадобий и подталкивают больных в сторону акупунктуры, гомеопатии, хиропрактики и траволечения.

Также рекомендация обратиться к специалистам по нетрадиционной медицине при несерьезном заболевании спровоцирует больного на то, чтобы он и в дальнейшем полагался именно на них. Это, в свою очередь, приведет его к методам лечения, одновременно и неэффективным, и дорогим, а возможно, еще и опасным. Более того, есть вероятность, что эти специалисты станут отговаривать больного проходить проверенные общепринятые медицинские процедуры, например вакцинацию, и принимать рецептурные фармацевтические препараты. Это мешает обычным врачам исполнять свои обязанности и ставит под угрозу здоровье пациентов.

В качестве одного из решений проблемы врачам можно посоветовать быть честнее с пациентами (“Через несколько дней все пройдет само”). Другой вариант – своего рода вынужденный компромисс – предлагать больным так называемое нечистое плацебо, что этичнее, чем прописывать чистое плацебо. Яркий пример чистого плацебо – гомеопатия, поскольку работает она исключительно благодаря эффекту плацебо, а никаких научных оснований для ее применения просто не существует. А вот магний в качестве средства от тревожности – напротив, хороший пример нечистого плацебо. Дело в том, что магний не лечит непосредственно тревожность, зато прекрасно помогает при некоторых очень редких состояниях с похожими симптомами. Поэтому врач, лечащий магнием больного, который жалуется на тревожность, вполне вероятно, дает именно то лекарство, которое и требуется, ведь у пациента может быть одно из этих редких состояний. На самом же деле гораздо вероятнее, что магний лишь смягчит тревожность благодаря эффекту плацебо. Нечистое плацебо гораздо более приемлемо, чем чистое, поскольку это все же полуправда, а не ложь.

Итак, есть две категории врачей, поведение которых вызывает вопросы. Во-первых, это невежественные доктора, которые рекомендуют нетрадиционные методы лечения, не зная, что в действительности те не помогают. Во-вторых, это доктора ленивые, советующие прибегнуть к методам нетрадиционной медицины, чтобы удовлетворить тех больных, лечить которых либо не нужно, либо невозможно. И те, и другие активно склоняют пациентов в сторону нетрадиционной медицины. Однако существует и третья категория – нечуткие врачи, которые по небрежности отталкивают больных, вынуждая их искать альтернативные варианты лечения.

Опросы по всему миру показывают, что тех, кто лечится нетрадиционными способами, побудило к этому, по крайней мере отчасти, разочарование в общепринятой медицине. Врачи даже, может быть, верно поставили диагноз и назначили лечение, однако многим пациентам все равно недостает каких-то других, не менее важных, качеств “доброго доктора”: им кажется, будто лечащий врач уделяет им слишком мало времени, что они не вызывают у него сочувствия и симпатии. Между тем, как подтверждают исследования, больные, посещающие специалистов по нетрадиционной медицине, особенно ценят, что те уделяют им много времени и внимания. Складывается впечатление, что некоторые доктора в каком-то смысле возлагают обязанность сочувствовать больному на специалистов по нетрадиционной медицине.