Читать онлайн «История Китая». Страница 162

5. Заключительный этап войны и ее итоги

8 августа в соответствии со всеми союзническими обязательствами Советский Союз объявил войну Японии. Началось стремительное наступление Советской армии в Северо-Восточном Китае (Маньчжурии), а также на Сахалине, Курильских островах и Корее. 20 августа были освобождены Харбин, Мукден (Шэньян), Чанчунь, Гирин, 23 августа — Порт-Артур. 2 сентября на борту американского линкора «Миссури» японские власти подписали акт безоговорочной капитуляции. Была перевернута последняя страница второй мировой войны. Закончилась и восьмилетняя национально-освободительная война китайского народа против японских захватчиков, победу в которой он завоевал благодаря наличию единого фронта и военно-политической поддержке союзников по антифашистской коалиции. Решающее значение для принципиального изменения военно-политической обстановки в Китае на заключительном этапе войны имело стремительное наступление Советской Армии, придавшее этому этапу войны чрезвычайно скоротечный характер, а также факт освобождения именно Советской Армией одного из важнейших районов Китая — Маньчжурии. Политическая база действий Советской Армии на китайской территории была создана решениями Ялтинской конференции союзников (СССР, США и Великобритании), а юридическая — подписанием 14 августа 1945 г. в Москве Договора о дружбе и союзе между СССР и Китаем (которому сопутствовала также серия соглашений: о совместной эксплуатации в течение 30 лет Китайско-Чанчуньской железной дороги на правах общей собственности, о совместном использовании военно-морской базы Порт-Артур, объявлении Дальнего свободным портом и др.).

Вооруженные силы как Гоминьдана, так и КПК, хотя и были не способны нанести решающее поражение японским захватчикам, в условиях капитуляции Японии и развала их колониального механизма попытались использовать сложившуюся ситуацию таким образом, чтобы в максимальной степени взять плоды победы в свои руки. Гоминьдан располагал значительными вооруженными силами, насчитывавшими 4,6 млн. бойцов, часть из которых была вооружена и подготовлена американцами, но в целом они были уставшими от длительной войны и деморализованными тяжелыми поражениями. К тому же они располагались в основном в отдаленных западных и юго-западных районах страны и не имели достаточных транспортных средств для быстрой передислокации. Вот почему Чан Кайши, отдав уже 11 августа приказ своим войскам начать быстрое продвижение в оккупированные районы, одновременно потребовал от японских войск капитулировать только перед правительственными войсками. Вскоре американские самолеты и корабли начали переброску гоминьдановских войск в восточные районы для принятия капитуляции в крупнейших городах страны — Шанхае, Нанкине, Пекине, Тяньцзине, Гуанчжоу и др., что и позволило не допустить их освобождения вооруженными силами КПК.

Основные вооруженные силы КПК — 8-я и Новая 4-я армии, а также партизанские отряды отличались хорошей дисциплиной и высоким моральным духом. Они были удачно расположены в стратегически важных районах Северного и Центрального Китая. Их главная слабость — острая нехватка оружия: одна винтовка приходилась на трех бойцов, а тяжелого оружия почти не было. 11 августа Чжу Дэ отдал приказ о переходе в наступление всех сил освобожденных районов. Не имея возможности взять крупнейшие города страны, вооруженные силы КПК постарались в основном освобождать средние и мелкие города, значительно расширяя территорию освобожденных районов севернее р. Янцзы. Это привело к многочисленным столкновениям с гоминьдановскими войсками и к угрозе развязывания гражданской войны. Сознательно обостряя военно-политическую конфронтацию с Гоминьданом, руководство КПК исходило из ошибочной и по сути авантюристической и националистической предпосылки о возможности вовлечения СССР на заключительном этапе войны в прямое военное столкновение с Гоминьданом и, следовательно, с США.

В сложившейся взрывоопасной обстановке огромное значение имела принципиальная позиция Советского Союза, четко выраженная/как при подписании договора 14 августа, так и в конфиденциальных контактах с руководством КПК — выполнение своих союзнических обязательств при соблюдении курса на невмешательство во внутренние дела Китая и предотвращение гражданской войны.

Стремясь перехватить инициативу, Чан Кайши трижды — 14, 20 и 23 августа — направляет Мао Цзэдуну приглашения в Чунцин на мирные переговоры. Учтя позицию Советского Союза и получив гарантии своей личной безопасности, Мао Цзэдун 28 августа вылетел в Чунцин. Идя на эти переговоры, руководство КПК вместе с тем исходило из позиции, сформулированой Мао Цзэдуном в его выступлении 13 августа и полагавшей, что «...война сопротивления японским захватчикам как определенный этап уже миновала: новая обстановка и новая задача — это борьба внутри страны».

Этими переговорами в условиях безоговорочной капитуляции японских агрессоров как бы завершается этап национально-освободительной войны китайского народа и начинается новый исторический этап.

Завершение восьмилетней национально-освободительной войны против японских захватчиков и решение задач восстановления национального суверенитета не принесли Китаю долгожданного мира. Начавшиеся в ходе капитуляции японской армии столкновения вооруженных сил КПК и Гоминьдана продолжались и после 2 сентября, грозя перерасти в гражданскую войну общекитайского масштаба, что было связано прежде всего с новым соотношением сил КПК и Гоминьдана.

КПК являлась теперь массовой и сплоченной правящей партией в двух десятках освобожденных районов от Маньчжурии до о. Хайнань, в которых проживало около одной четверти населения страны. КПК создала фактически не зависимую от гоминьдановского государства систему власти под своим безраздельным руководством. Эта новая политическая система опиралась на мощные вооруженные силы, способные не только защитить эту новую власть, но и бросить прямой вызов Гоминьдану. КПК стала и влиятельным политическим фактором в масштабах всей страны, выступив постепенно как центр притяжения всех оппозиционных Гоминьдану сил.

Руководство КПК к концу войны сочло необходимым и возможным развернуть решительную борьбу за власть с Гоминьданом. Эта борьба свидетельствовала о бескомпромиссности столкновения и ожесточенности схватки двух исторически соперничавших подходов и социально-политических сил — реформистских и революционных. Завершающий этап национально-освободительной борьбы принимал форму гражданской войны КПК и Гоминьдана, по историографической традиции называемой обычно «народной революцией». Решения VII съезда КПК и отражали этот новый политический курс КПК. Вместе с тем тактическая линия маоистского руководства, четко выявившаяся уже в августе 1945 г. и рассчитанная на немедленное расширение гражданской войны, грозила вовлечением в нее СССР. Такая интернационализация конфликта была чрезвычайно опасна. Резко негативная позиция Советского правительства (подписание 14 августа договора о дружбе и союзе с правительством Чан Кайши, телеграмма 22 августа И.В. Сталина Мао Цзэдуну и др.) заставила руководство КПК менять тактическую линию. Психологически и политически это было, конечно, сделать нелегко, однако быстро сказавшаяся эффективность альтернативной тактической линии — линии на всяческое оттягивание войны в общекитайских масштабах и ведение политических переговоров с Гоминьданом — помогла КПК перестроиться на новый лад.

Идя на переговоры, КПК отнюдь не отказывалась от методов вооруженной борьбы, однако использование вооруженной силы было ограничено теперь стремлением не сорвать переговоры, оттянуть широкомасштабные военные действия и тем самым лучше подготовиться к решающим сражениям. Вот почему накануне отъезда делегации КПК в Чунцин ЦК КПК издал закрытую директиву своим вооруженным силам, в которой говорилось, что в Северном Китае надо «завоевать все, что можно завоевать», по мере сил надо расширить свой контроль и в других районах. Переговоры в Чунцине шли под непрерывный аккомпанемент локальных боевых действий.

В новой исторической ситуации переговоры в Чунцине о послевоенном устройстве Китая делаются эпицентром политической борьбы. Они продолжаются с августа 1945 по март 1947 г. Американская дипломатия (посол Хэрли, а затем специальный представитель президента США Маршалл) с согласия КПК взяла на себя роль посредника в этих переговорах. При этом американские правящие круги исходили, естественно, из стремления помочь Гоминьдану овладеть политической ситуацией в стране. В результате первого тура переговоров было заключено соглашение о перемирии от 10 октября, в котором, однако, не были решены коренные вопросы об объединении вооруженных сил и характере власти в освобожденных районах, что грозило срывом перемирия. Однако осенью 1945 г. в гоминьдановских районах нарастает демократическое движение за недопущение развития гражданской войны, за демократизацию политической жизни, которое оказывает серьезное воздействие на политическую обстановку, сдерживая дальнейшее обострение военных столкновений. В этом же направлении действуют и некоторые международные факторы. В декабре 1945 г. в Москве состоялось совещание министров иностранных дел СССР, США и Великобритании, которое по инициативе советского правительства высказалось за прекращение гражданской войны в Китае, за мирное объединение страны, за демократизацию ее политической жизни. При этом участники совещания взяли на себя обязательство придерживаться принципа невмешательства во внутренние дела Китая.