Читать онлайн «Материалы сайта Savetibet.ru (без фотографий)». Страница 45

Мой интерес к России, к Советскому Союзу, был отчасти спровоцирован одним моим другом, уйгуром из Восточного Туркестана, еще в 1954 году. Он свободно говорил по-русски. Под его руководством я выучил несколько русских слов – «хорошо», «очень хорошо», «спасибо», «как ваше здоровье?» и еще «до свидания». В то время я также начал учить русский алфавит.

С самых юных лет я проявляю самый живой интерес к России, к этой великой державе. Однако в последнее время большие трудности сопряжены с моим посещением вашей страны.

- В июле этого года в Москве прошел саммит лидеров мировых религий. Получали ли вы официальное приглашение принять в нем участие?

Накануне саммита некоторые заинтересованные люди выражали пожелание относительно моего участия в этой встрече, однако официального приглашения я не получал. И, конечно, причина здесь совершенно очевидна. Она известна всем.

- В 2004 году все же удалось организовать ваш краткий визит в Калмыкию. Каковы ваши впечатления об этом регионе?

Этот визит был третьим по счету. Я уже знал о том, насколько сильна буддийская вера среди калмыков, знал об их дружеских чувствах по отношению к Тибету и ко мне лично - чувствах, которые связывали нас на протяжении многих столетий.

Этими теплыми чувствами был пронизан мой последний визит в Калмыкию, несмотря на то, что было очень холодно, шел снег.

И мне, и калмыцкому народу было очень холодно, но нас согревало тепло наших сердец.

- Сейчас многие политики обвиняют Россию в возвращении к тоталитарному режиму. Когда вы посещали Россию в 2004, не сложилось ли у вас впечатление, что существует такая возможность возвращения в прошлое?

Нет, это был слишком короткий визит, чтобы почувствовать что-то подобное. Но в целом международные средства массовой информации высказывают критические замечания такого рода.

Но с моей точки зрения, Россия как демократическое государство еще слишком молодо. Я считаю нереалистичным ожидать, что Россия после такой коренной смены системы вдруг станет таким же демократическим государством, как страны Запада. Это беспочвенное ожидание.

Недавно я посещал Чехию, и один чешский политик поделился со мной своими соображениями, сказав, что демократия в Чехии – довольно новое явление. Людям, которые выросли в атмосфере страха и лжи, трудно приспособиться к новым реалиям. Это требует времени. Я думаю, это верно.

Один из позитивных аспектов демократической системы в том, что, обретя свободу слова и свободу мысли, люди получают более объективную картину мира. Тоталитарная система вынуждает вас смотреть на вещи через призму проповедуемой ею политики, вы не способны адекватно воспринимать действительность. И в этом я усматриваю большой недостаток, больший риск и опасность.

Я говорю своим друзьям в Индии – хотя вы добились независимости более 60 лет назад, Индии по-прежнему необходимо бесстрашие, способность думать об общих интересах и говорить в полный голос. Тот дух, которым Индии была исполнена в дни борьбы за свободу, он нужен и теперь.

Это верно и для России. Вы сумели переломить политическую систему - великолепно, что это изменение произошло по воле народа. Однако новое открытое общество, свобода, не смогут незамедлительно удовлетворить нужды всех и каждого. Вам нужно поддерживать в себе дух борьбы, решимость и применять свои знания и опыт, опираясь на мудрость. Вам необходимо больше решимости и терпения. Это важно.

Что касается представителей средств массовой информации, то у вас совершенно особая роль в демократическом обществе.

- У меня есть любимое изречение из Черчилля, который сказал, что самый сильный аргумент против демократии – это пятиминутная беседа со средним избирателем. Мне кажется, что сегодня в России очень многим нравится это изречение Черчилля.

У любой системы, включая религиозные, есть свои недостатки. Но здесь все зависит от индивидуальной личности, которая действует в рамках данной системы. Возьмем религию. Если человек использует религию в своих собственных целях, тогда религия становится грязной. Если политик использует ту или иную политическую систему не в интересах широких слоев общества, а в иных целях, тогда политика становится грязной.

Одно из преимуществ демократии в том, что демократическая система предоставляет индивидууму возможность выдвигать собственные инициативы, раскрывать свой потенциал.

Кроме того, демократическая система предоставляет людям, и в особенности прессе, возможность самовыражения. Это очень важно.

Еще один аспект – возможность для некоторых политиков переходить из одной партии в другую. Я считаю, что это довольно полезно.

И, конечно, правовое государство. Перед законом все равны, и это большое достижение.

Однако в рамках демократической системы очень важную роль играет образование. Если у людей нет опыта, нет образования, то в этих условиях демократическая система может привести к хаосу.

- Все больше китайцев заселяет Сибирь, местное население начинает выражать недовольство. Что можно сделать, чтобы разрешить этот конфликт?

Не знаю. Наверное, лучше спросить Москву.

- Каким вы видите будущее России?

Будущее России, как и будущее любой другой страны, зависит от вашей решимости, стремлений и надежд. Не делайте такой большой акцент на водке. Прилагайте усилия, основываясь на упорстве, надежде и внутреннем стремлении. Не ленитесь и не пейте алкоголь.

- Для вас как лидера буддистов приоритетным направлением является развитие буддизма в традиционных буддийских регионах, таких как Индия, Монголия, буддийские республики России – Калмыкия, Бурятия и Тува, или же в странах, где буддизм только набирает обороты?

В Монголии и буддийских регионах России люди традиционно являлись последователями буддизма. При этом они придерживались именно той формы буддизма, которая преподавалась в древнеиндийском университете Наланда. Этот монастырский университет в основном опирался на санскритскую традицию. Они использовали и пали, но все же в большинстве своем учения давались именно в соответствии с санскритской традицией.

Для этих регионов, которые на протяжении многих столетий исповедовали буддийское учение, возрождение этой религии имеет большое значение, и я готов без колебаний оказывать им поддержку, помогать в углубленном изучении буддизма и разъяснять суть буддийской практики. Я вижу в этом свою главную задачу.

При этом я часто говорю, в том числе и тибетскому народу, что сегодня мы живем в XXI веке. Современная наука, современные технологии достигли высокого уровня развития. Мы должны быть буддистами XXI века, а значит, нам необходимы, с одной стороны, современные научные знания, а с другой - традиционные знания о внутренних, духовных ценностях, которые предлагает буддизм.

Ведь не секрет, что мы, традиционные буддисты, порой слишком полагаемся на веру, ритуалы, молитвы. Но этого не достаточно. Буддизм в своем развитии должен опираться на мудрость, а не на одну только веру. В этом направлении я прилагаю большие усилия.

Если говорить о жителях небуддийских стран – европейских стран, США – то для них правильнее было бы сохранять свои исконные традиции. Если вы традиционно являлись христианами или мусульманами, то лучше продолжать придерживаться именно этих религий.

Но, конечно, среди миллионов не-буддистов могут найтись единицы, кто в силу особого склада ума, не проявляет интереса к религии своих предков. Такие люди начинают обращаться к другим традициям, в том числе к древнеиндийским школам философской мысли, включая буддизм. Я обычно говорю им – вам нужно хорошенько подумать. Переход в другую веру – непростой вопрос. Изучайте различные религии, анализируйте, проводите сравнения.

Однако если в результате анализа окажется, что буддийская философия более эффективна для вас, в большей степени отвечает вашим внутренним потребностям, тогда у вас есть полное право взять ее за основу своего развития.

- Многие воспринимают растущее увлечение тибетским буддизмом как некую дань моде. Обычно приводят в пример голливудских актеров – Ричарда Гира, Стивена Сигала. Как, с вашей точки зрения, тибетский буддизм развивается в мире и можно ли говорить о том, что это лишь модная тенденция?

В середине 60-х – начале 70-х годов многие выходцы с Запада приезжали в Индию, на Восток, и принимали ту или иную восточную веру. На тот момент, скорее всего, это было данью моде. Но этот период постепенно подошел к концу.

Наступили 80-тые, 90-тые годы, и вот теперь мы уже в 2000-ных годах. Сегодня западные люди – европейцы, американцы, австралийцы - проявляют достаточно серьезный интерес к буддизму. Среди них есть весьма образованные люди, а также ученые.