Читать онлайн «Демократизация». Страница 71

10.3. Ключевые положения

• Борьба женщин за избирательные права была длительной, сложной и иногда кровавой.

• В ряде стран женщины добились избирательных прав лишь недавно, а в некоторых странах у женщин до сих пор нет полноценного права голоса.

После того как в борьбе за формальное представительство была фактически одержана победа, женщинам необходимо было бороться за дескриптивное представительство. На протяжении XX в. женщины начали медленно проникать в те сферы власти, которые обычно удерживали мужчины: они начали занимать политические посты, некоторые женщины взяли на себя ведущие роли президентов и премьер-министров, некоторые получили министерские портфели и стали консультировать лидеров по вопросам публичной политики. Но, несмотря на значительные успехи, женщины до сих пор недостаточно представлены в политике. Средняя доля женщин в парламентах – только 16 %. Только в восьми из более чем 190 государств мира женщины стоят во главе исполнительной власти (т. е. занимают пост президента или премьер-министра).

Существуют, однако, значительные различия в политическом представительстве женщин по странам мира. В некоторых государствах членство женщин в парламенте является общепринятым, достигая 20, 30 и даже 40 % мест в легислатурах. Во многих других государствах процесс борьбы за дескриптивное представительство движется медленно, и присутствие женщин в политической жизни остается едва заметным. Темп получения женщинами доступа к властным постам также сильно отличался от государства к государству. В одних государствах значительное число женщин появилось в политике к 1970‑м годам, в то время как в других добиться присутствия в политике им удалось только к 1990‑м годам.

Рисунок 10.1 дает возможность понять процесс роста дескриптивного представительства женщин с течением времени. График показывает, что хотя женщины и достигли важных вех в представительстве, таких как получение 20 % мест в национальных парламентах во все большем числе стран, представительство женщин в целом остается низким. Хотя более чем в 60 % государств женщины получили не менее 10 % мест в национальных парламентах, в меньшем числе стран представительство пересекло уровень в 20 %.

Рис. 10.1. Государства, достигшие политических вех в представительстве женщин, 1893–2006 гг.

Значительные отличия существуют между регионами мира: многие высокоразвитые страны Запада значительно отстают от развивающихся стран в вопросе представительства женщин в качестве политических лидеров. Например, в табл. 10.2 приведены примеры первой и последней двадцатки государств, ранжированных по доле женщин в национальных парламентах. По состоянию на апрель 2008 г. США занимали 85‑е место из 185, уступая Вьетнаму, Эквадору и Эфиопии. Великобритания занимает 69‑е место, уступая Мексике, Намибии и Сингапуру. Во Франции, Италии и США женщины никогда не становились президентами, в отличие от Шри-Ланки, Филиппин и Индонезии. Также необходимо отметить, что опыт первых 20 государств нетипичен. Как правило, женщины занимают менее 20 % мест в законодательных органах в 66 % государств. Рассматривая последние 20 государств, следует отметить, что в семи государствах женщины вообще не имеют представительства в парламентах (дополнительно см.:[518]).

10.4. Ключевые положения

• Женщины добились существенного роста своего представительства в ряде государств, получив 30 или 40 % мест в легислатурах.

• Во многих государствах мира женщины по сей день составляют лишь меньшинство в общем числе парламентариев.

• В вопросе представительства женщин страны Запада не обязательно являются мировыми лидерами.

Таблица 10.2. Доля женщин в национальных парламентах: 20 стран с наибольшей долей женского представительства и 20 стран с наименьшей долей женского представительства

Есть ли гендерные аспекты в движениях за демократизацию? В этом разделе будет показано, как женщины и женские организации мобилизовывались на борьбу с авторитарными государствами. Примером может служить то, как они, выступая в роли матерей, протестовали против нарушений прав человека. Важной особенностью данного раздела будет анализ использования женщинами социальных движений для проведения в жизнь изменений. Поскольку женщины традиционно исключались из основной политической деятельности, они могут быть чрезвычайно эффективны в «продавливании» демократии в ситуациях, когда традиционная политическая активность сдерживается государством. В конце раздела показано, что даже когда женщины помогают добиться демократии, для них может оказаться затруднительным трансформировать свое участие в движениях за демократизацию в осязаемые выгоды обладания реальной политической силой в новом демократическом режиме.

Женщины и их организации мобилизовывались на борьбу с нарушениями прав человека со стороны авторитарных режимов. Пожалуй, наиболее известным примером борьбы женщин за демократизацию является группа «Матери Пласа-де-Майо» – группа матерей, протестовавших против «исчезновений» своих детей, к которым были причастны аргентинские военные. Начиная с 1977 г. матери, надев броские белые головные платки и держа в руках портреты своих похищенных детей, собирались каждый четверг на Пласа-де-Майо, устраивая процессию перед президентским дворцом. Они также печатали в газетах требования предоставить информацию о местонахождении своих детей и сотрудничали с международными организациями для выявления случаев нарушения прав человека. С течением времени число участниц еженедельных демонстраций возросло, что привлекло внимание к нарушениям прав человека в Аргентине. Другие группы женщин, борющиеся против авторитарных режимов Латинской Америки, следуя примеру «Матерей», выражали протест от лица матерей, дочерей, сестер и бабушек, а не индивидов[519].

Пример «Матерей Пласа-де-Майо» отражает в более общем смысле два важных аспекта женского активизма в движениях за демократизацию. Во-первых, поскольку они традиционно исключались из таких форм политической активности, как участие в политических партиях или профсоюзах, женщины проявили уникальные возможности мобилизоваться именно в тот момент, когда основная политическая активность подавляется[520]. Например, когда политические партии запрещены, женские и другие социальные движения становятся важным источником политической активности[521]. Женщины обладают такой возможностью, потому что, в отличие от мужчин, их источники власти часто неформальные и нетрадиционные[522]. Если женщины «невидимы» в социальной сфере, то в моменты, когда традиционные политические действия небезопасны, они могут быть политическими акторами[523]. Например, когда чилийское правительство разгоняло уличные демонстрации профсоюзов, женские объединения за права человека продолжали протестовать[524].

Второй уникальной особенностью женского активизма, примером которого служат «Матери Пласа-де-Майо», является использование гендера в борьбе за демократические принципы. Матери ощущали себя вправе протестовать как матери, беспокоящиеся за своих детей, беспокоящиеся по поводу того, как глубоко повлияли исчезновения на их семьи[525]. Сходным образом организации домохозяек в Латинской Америке выходили на демонстрации и проводили забастовки в форме отказа от покупок, выступая против высокой стоимости жизни, доказывая, что их дети голодают из-за экономического кризиса и экономической политики режима. Эти объединения домохозяек содействовали организации крупных протестов в городах против ухудшения стандартов жизни[526].

Использование гендерных моделей поведения может быть чрезвычайно эффективной стратегией в борьбе против режимов, которые используют гендерные образы для консолидации власти. Например, поскольку режимы военных претендовали на моральный авторитет как защитники семейных ценностей, им было тяжело иметь дело с «Матерями» в Аргентине, Чили и других странах[527]. В странах Латинской Америки режимы укрепляли традиционные взгляды на место женщины в обществе, кооптировали традиционные символы женской нравственности, духовности и материнства, сделав лозунг «Семья, Бог и Свобода» краеугольным камнем милитаристского авторитарного режима[528]. Когда женщины, в свою очередь, использовали эти образы для протеста, режимам нечем было ответить. Джо Фишер объясняет это тем, что присутствие «молчаливых и обвиняющих» матерей на Пласа-де-Майо представляло собой воплощение тех самых идеалов, о защите которых заявлял режим. Коротко говоря, женщины могут бросить стратегический вызов государственной власти, когда кажется, что они действуют в рамках традиционных гендерных ролей.