Читать онлайн «Демократизация». Страница 69

Несмотря на то что большинство современных дискуссий о политическом равенстве сконцентрированы на экономической власти, благосостоянии или социально-экономическом неравенстве, их аргументы легко применимы к вопросам гендерного неравенства. Подумайте о мужчинах как о доминантной группе в гендерной стратификации и прочитайте предыдущую цитату снова. Чтобы увидеть, как гендерная стратификация может влиять на взгляды зависимой группы, рассмотрим недавнее исследование Ричарда Фокса и Дженнифер Лоулесс[503]. Эти исследователи обнаружили, что в выборке из мужчин и женщин с равной квалификацией мужчины с гораздо большей вероятностью выражали стремление к политической деятельности. Когда у женщин спрашивали, почему они не стремились в политику, они объясняли это тем, что ощущали себя неквалифицированными. Согласно этому исследованию, женщины социализируются таким образом, что верят, что недостаточно квалифицированы для участия в политике (см. также:[504]).

При оценке качества демократии возникает вопрос: если правительство хронически не обеспечивает достаточного представительства женщин, уверены ли мы в том, что «правила игры» честные? Конечно, такой вопрос может быть задан относительно любой исторически маргинализированной или угнетенной группы, например, расовой, этнической или экономической. Понимание качества демократии требует выхода за пределы простого понимания участия, оно требует понимания фактического представительства этих традиционно маргинализированных групп. Из этого следует, что для понимания того, каким способом гендер может быть инкорпорирован в понимание демократии, мы должны лучше понять концепцию представительства.

10.1. Ключевые положения

• Женщины могут показаться включенными в определения демократии, но на практике они часто исключены из них.

• Фокус на качестве демократии дает возможность открытого включения женщин.

Если представительство женщин и других маргинализированных социальных групп является ключевым для демократии, что означает термин «равное представительство»? При рассмотрении роли женщин в демократии теоретики обычно различают формальное, дескриптивное и содержательное представительства. Наиболее простым выражением равного представительства является формальное представительство, при котором у женщин есть законное право участвовать в политике наравне с мужчинами. Достижение формального представительства требует ликвидации любых препятствий для участия женщин в политике. Женщины должны иметь право выбирать и быть избранными. Цель формального представительства – отсутствие прямой и неприкрытой дискриминации женщин в политике.

Идея о том, что женщины должны иметь право голоса, была принята почти повсеместно за последние 100 лет. Права женщины сегодня рассматриваются как права человека, а положения о политическом участии женщин закреплены в резолюциях, кодексах, официальных конвенциях большинства международных учреждений, так же как и в правовых системах многих государств. Например, на четвертой Всемирной конференции по положению женщин Организации Объединенных Наций, прошедшей в Пекине в 1995 г., 189 стран одобрили Пекинскую платформу действий (Platform for Action), в которой утверждалось, что «ни одно правительство не может утверждать о своей демократичности до тех пор, пока женщинам не будет гарантировано право равного представительства». Это тот самый тип представительства, который как минимум находит прямое выражение в большинстве определений демократии: демократии должны предоставлять взрослым гражданам формальное право политического участия.

Но формальное представительство не обязательно приводит к появлению значительного числа женщин на политических постах. Хотя в большинстве стран мира у женщин есть равные возможности выбирать и участвовать в политике, они в значительной степени остаются непредставленными на должностях, связанных с принятием политических решений. Более 98 % государств мира предоставили женщинам формальное право выбирать и формальное право выставлять свою кандидатуру на выборах. Но немногие страны имеют более 20 % женщин в своих законодательных органах. Равные возможности, по-видимому, автоматически не подразумевают равного числа мужчин и женщин, участвующих в политике.

По этой причине политические теоретики феминизма утверждают, что мы нуждаемся в иной концепции равного представительства. Равное представительство может требовать дескриптивного представительства – наглядного соответствия представителей и электората. Если женщины составляют половину населения, они также должны составлять приблизительно половину в законодательных и исполнительных органах.

Доводы в пользу дескриптивного представительства подразумевают, что формального политического равенства недостаточно. Права сами по себе не являются средством решения проблемы социального и экономического неравенства, препятствующих женщинам использовать свои политические возможности. Напротив, существовавшее в прошлом и продолжающееся исключение женщин из политических элит укрепляет идею о неполноценности женщин[505].

Занимаясь решением этой проблемы, политические теоретики феминизма утверждают, что нужно что-то большее: «Те, кто находился в подчинении, был маргинализирован, кого заставляли молчать, нуждаются в защите гарантированного им голоса, и …демократии должны добиваться компенсации дисбаланса, созданного веками угнетений»[506]. Другими словами, должны быть предприняты конкретные действия, например, изменены избирательные законы или введены гендерные квоты для обеспечения представительства женщин в политике пропорционально их доле в общей численности населения.

Дескриптивное представительство зиждется на понятии о том, что расовые, этнические и гендерные группы обладают уникальными возможностями для представления самих себя в демократиях. В принципе демократические идеалы предполагают, что избранные представители будут служить интересам всего сообщества и будут способны выходить за пределы любых частных интересов, основанных на их собственных характеристиках, как то пол, раса или возраст. Но на практике, «несмотря на то что все мы способны совершить этот воображаемый скачок, выводящий нас за пределы нашего собственного положения, история свидетельствует о том, что мы делаем это очень ограниченно, если делаем вообще»[507]. По причине того, что у социальных (гендерных, этнических) групп существуют различные интересы вследствие различных экономических обстоятельств или истории угнетения, представительство их другими группами не гарантировано.

Если группы не могут быть эффективно представлены другими группами, каждая из них нуждается в том, чтобы быть представленной среди политических элит. Применительно к женщинам теоретики утверждают, что в силу различной социализации и жизненного опыта «женщины привносят в политику другой набор ценностей, опыта и профессиональных компетенций»[508]. По причине исторически маргинализированного положения женщин, отведения им особой роли в экономике и их первичной ответственности по уходу за детьми и престарелыми они обладают общим опытом и, следовательно, общими интересами. Интересы женщин отличны от интересов мужчин, их интересы не могут быть представлены мужчинами и вследствие этого женщины должны сами присутствовать на политической арене.

Даже если мы соглашаемся с тем, что женщины наилучшим образом могут представлять самих себя и должны быть численно представлены в политике, остается вопрос: могут ли женщины представлять женщин? Этот вопрос выводит нас к третьему типу равного представительства: содержательному представительству (substantive representation), согласно которому интересы женщин должны отстаиваться на политической арене. Содержательное представительство требует, чтобы политики выступали от имени женщин и принимали меры по вопросам, касающимся женщин.

Двигаясь еще дальше, чем количественное представительство женщин, изложенное в доводах о дескриптивном представительстве, сторонники содержательного представительства отмечают, что «выступление в поддержку» не то же самое, что «действие в поддержку»[509]. Добиться большего количества женщин, вовлеченных в политику, – необходимое, но недостаточное условие служения интересам женщин. Теоретики утверждают, что для представительства интересов женщин женщины-политики должны иметь желание и возможность их представлять. Некоторые сторонники содержательного представительства доказывают, что, вместо того чтобы просто избрать женщин на политические должности, нам следует выбирать феминистов, как женщин, так и мужчин, которые скорее будут непосредственно поддерживать интересы женщин[510]. Другие исследователи отстаивают такие механизмы, как женские кокусы (собрания), направленные на поддержку женщин, выступающих по ранее не поднимавшимся вопросам.