Читать онлайн «Российское общество: потребление, коммуникация и принятие решений. 1967-2004 годы». Страница 80

А. С. Гречин, Б. А. Грушин, С. М. Клигер, Н. С. Мансуров, М. С. Мацковский, Г. А. Слесарев провели исследования с такими существенными параметрами предметного мира, обработка которых позволяет утверждать, что на текущий момент, по крайней мере несколько форм информированности имеют практически всеобщее значение. Думаю, что именно инвариантность значений энтропии на связи фундаментальных параметров активности и информированности позволяет проявить эти формы. В главе 3 мы говорили о правовом сознании и выделили соответствующие группы правового сознания и поведения. А они связаны с правовой информированностью, под которой мы имеем в виду только знание норм государственного устройства, трудового и уголовно-процессуального кодексов (максимальное эмпирически обнаруженное знаемое число норм в 1976 г. = 43)! Под установочно-поведенческими типами подразумевалось не только знание норм права, но и проекция собственного поведения в создавшейся правовой ситуации, отношение к ней и планируемые действия в случае, если опрашиваемый оказывается в ситуации нарушения правовой нормы лицами из его ближайшего окружения или бытовой микросреды. Вскользь отмечу здесь принципиальную разницу смыслов передач «Человек и Закон» в советское время и теперь и «ЧП» в нынешнее. Первые сообщали о нормах, вторые – о правовом беспределе, сдвигая норму к общепринятому, всеобщему поведению, наказуемому уголовно.

Добавим, что отклонение в знании норм уголовного кодекса в группе по средней степени правовой информированности максимально высокое (на «+++»), т. е. с 95 % вероятностью кодекс группа знала лучше, чем все. Значение энтропии в «поле»: «информированность Х установочно-поведенческие типы правосознания» – 0,763. Это значение близко к полученным в таблице сопряженности форм информированности и активности, органично свойственных производственным коллективам, территориальной общности и стране в целом. Можно сделать вывод, что и правовое поле информированности фундаментально системно – сбалансировано относительно царящего обмена так же, как поле общественно-политической информированности.

Перепады в 2, 5, 10 раз по долям различных форм правосознания и мотивам, а также по средним величинам производственной активности, фиксируемые в высоком доверительном интервале, говорят, что для информированных людей (15,1 % массива) общественные формы выступали как их социальные силы, используя которые они добивались успеха. Полярная группа (17,7 % массива) отчуждается от этих общественных форм. Средняя по правовой информированности группа колеблется. Хотя готовый всегда переступить закон тип правосознания составляет в группе высокой информированности всего лишь 1 % (и программа оценки не дает ему репрезентативности в полученной картине), надо помнить, что это информированные на практике нарушений закона люди и в сочетании с 20,9 % сильно колеблющимся в правовом отношении типом они при соответствующих созданных им благоприятных экономическо-социальных условиях поведут за собой производственные коллективы в демократическое будущее. Это видно уже в 1976 г. Нужно только срезонировать ситуацию соответствующими подзаконными актами и «политической волей», устремленной к «общечеловеческим» ценностям (стяжательство, обладание, насилие и т. п., и т. д.).

Характерно – напомню это еще раз! – что спустя 13 лет мы начали публиковать в период перестройки статьи из серьезных американских изданий о внедрении в США форм бригадного подряда, наставничества, рационализации с соответствующей оплатой за трудовую активность американского рабочего. Рассматривались проблемы более эффективной работы ассоциативных форм собственности в противовес частной. Все это впоследствии полностью ушло из масс-медийного поля нашей страны. Платят за показы жизни людоедов. Еще в 1936 г. гениальный Сесар Вальехо перед смертью успел написать: «И после стольких веков зловещих / пытают страхом! / И в роли пугал уже не вечность – простые вещи: / отдаться мыслям, прийти в свой угол…» Клин клином вышибают, пугай сильнее – по этому принципу и действует масс-медийное поле нашего отечественного ТВ, рассказывая нам популярно о «человеческой» природе[204].

Трудовая жизнь, жизнь сельской и городской общин, этнической и государственной общности имеют свои от века железные законы соответствия полей смыслов и деятельности, направленной на совместное воспроизводство жизни. Они-то и создают смысловую общность. И их нарушение, дисбаланс, ведет к гибели социальной системы, превращению ее в клоаку, общества – в «общак», живущий «по понятию», а правительственные учреждения – в клики.

Аналогичные результаты связи информированности и активности были получены в исследовании присвоения рекламы и покупки мясомолочных продуктов в 2000 – 2004 гг. Обнаружилась помощь рекламы одних заводов покупке товаров других предприятий. Это свидетельствовало, что рекламу «видят» лишь те, кто уже активно покупает этот вид товара, кто включен в этот предметный обмен. Тот, кто не может выйти на определенный уровень покупательского спроса или находится в смысловых полях, не совпадающих с типами определенного поведения, просто не видит предлагаемой информации[205].

Покончим с сопряженностью информированности и активности на примере актуальных проблем городской жизни из проекта «Общественное мнение»[206].

Таким образом, и на бытовом уровне видны связи «широты» поля знания (высокой или низкой информированности) и активности в бытовой и культурной среде городской жизни. Ясно, однако, что никакое информационное воздействие не заставит людей с низким уровнем знания стать активными при отсутствии денег или потребностей в услугах банно-прачечных или увеселительных заведений. Что и когда заставит этих людей перейти в иную группу смыслового и деятельностного соответствия, пока неясно. Это дело будущих лонгитюдных исследований, в которых «информированность» будет таким же обязательным параметром, как пол, возраст, образование, социально-профессиональная принадлежность, детность, «активность» и т. д., и т. п. Но независимо от этого мы уже теперь видим важность данного параметра для существенных оценок поведения социальной системы. Поэтому рассмотрим взаимосвязи информированности уже не с активностью в близких предметных полях обмена, а с социальными признаками, признаками активности в разных сферах жизни, а затем перейдем к рассмотрению связей информированности с отношением и к социальным проблемам, и к их решению органами власти.

Заметим, что проблемы социальной жизни мы будем затем обсуждать в оценках дел населением с одновременной постановкой населением отметок органам власти за решение этих проблем. В точке перелома 1990/91 гг. фаворитами были торговля, жилье и борьба с преступностью (волновали от 70 % до 75 % населения страны), вторую группу представляли сферы здравоохранения и создания благоприятной среды обитания (54 % и 57 % соответственно), третью – представляли проблемы воспитанием подростков (49 %), преодоления национальной розни (43 %), социального обеспечения (43 %), борьбы с пьянством и наркоманией (42 %). В Питере 1999 г. перед самыми выборами вопросы благоустройства дворов и подъездов, дорог, автостоянок, работа транспорта, коммунальное обслуживание заняли 43 % ответов у 83 % ответивших (17 % затруднились ответить). Нищета и безработица дали 13 % всех ответов у ответивших. Состояние среды обитания вызвало беспокойство у 12 %. 11 % считают остро необходимой борьбу с преступностью. Как же это состояние проблем проецируется населением на власть предержащих?

Рассмотрим взаимосвязь информированности и некоторых социальных признаков (табл. 8.9).

Данные таблицы и диаграмм не только подтверждают в связях информированности и поколенческих, образовательных признаков и признаков занятости те структурные переломы в фундаменте общества, что мы зафиксировали при обсуждении фигур обмена активностью индивидуумов, – они указывают на три новых обстоятельства.

1. Беспрецедентный процесс слома активности социально-демографических групп в 1990/91 гг. сопровождается аналогичным сломом поля информированности, полей знания и смыслов.

2. Связь «поля знаний», информированности и активности – общей, трудовой, досуговой, присвоения свойств вещей, выраженное в уровне достатка, интенсивности межличностной коммуникации – выше, чем связь с традиционными социально-демографическими признаками. При этом наиболее высока плотность распределения степеней информированности и активности в межличностной коммуникации. Как мы помним, волна, построенная по изменению скоростей роста и падения числа ценностей на возрастной шкале коррелировала наиболее сильно с межличностной коммуникацией. Становится очевидным следующее. Развитие общественных норм, установок, смысловых клише и стереотипов наиболее сильно связано с открытым обсуждением людьми своих общественных проблем. Взрыв обсуждения проблем в 1990/91 гг. был великим прорывом из «сталинской» атомизации общества. Это вызывало чуть ли не в первую очередь сначала «священную» ненависть чиновничества и обывателя, требовавшего сильной руки ради свободы от совести, а затем уничтожение на базе слияния интересов элиты и охлоса возможности широкого обсуждения проблем. Но никакая информация, не будучи подкрепленной синтезом в межличностном общении широких слоев населения, не получит развития в виде дальнейшей ее интеграции в социальные действия. Напротив, она будет дробиться и распадаться на аморфные явления в кратких циклах их жизни.