Читать онлайн «Мировая элита. Кого пустят в клуб для избранных». Страница 41

Сегодня эта психологическая реальность древнего лабиринта живет в реалиях современного общества с его новейшими технологиями и научными достижениями. «Если в древности говорили об инициатическом лабиринте как пути, проходя который человек мог реализовать себя, сегодня мы должны говорить о лабиринте материальном и психологическом. Увидеть материальный лабиринт нетрудно: окружающий нас мир, то, как мы живем и как себя проявляем, – все это часть одного лабиринта. Сложность в другом: тот, кто попадал в критские парки и дворцы, даже не подозревал, что вошел в лабиринт; так и мы в нашей повседневной жизни не осознаем, что находимся в лабиринте, который затягивает в себя человека. С психологической точки зрения смятение Тесея, жаждавшего убить Минотавра, имеет ту же природу, что и смятение человека, который растерян и испуган… Растерянность – еще одна болезнь, которая преследует нас в современном лабиринте на психологическом плане. Эта растерянность возникает оттого, что нам самим очень сложно решить, кто мы, откуда пришли и куда идем»[303]. Именно с точки зрения психологии современный человек блуждает в лабиринте жизни, и, хотя в нем не существует чудовищ и узких коридоров, его постоянно подстерегают различные ловушки.

Современный человек должен уметь на основе воли, разума и памяти противостоять страху, предрассудкам, неуверенности, которые обладают таким же могуществом и влиянием, как и Минотавр в критском лабиринте. «Древние говорят, что невозможно просто пройти лабиринт, и лучший способ передвижения по нему – это танец или шаги, которые описывают определенные фигуры: фигуры на поверхности, фигуры в пространстве, фигуры ритуальные и магические. В каком-то смысле по дороге жизни мы тоже должны продвигаться танцуя, определяя таким образом процесс эволюции»[304].

Следует иметь в виду то обстоятельство, согласно которому человек обладает врожденной способностью танцевать, причем танец присущ всем культурам мира, его ритмические движения связаны с музыкой.

В общем плане необходимо принимать во внимание то, что танец имеет нейрофизиологические основания[305], которые коренятся в окружающем человека физическом мире, что биоритмы человека и других биологических структур обусловлены динамикой «вихрей короны Солнца и созвездий Галактики», управляемых полями гравитации и потоками солнечной намагниченной плазмы, радиацией и космическими частицами[306]. Динамика упорядоченного космоса подчиняется гармонии ритмов (как цветомузыка света и звуков, зашифрованная в оккультной символике магов, пифагорейцев и гностиков), что проявляется в спектрах частот излучений, поглощения и изменения свойств нашей планеты, системы Солнца и Галактики. Существенным является то, что гармоники этих ритмов развиваются по спирали благодаря режиму резонанса, принципу золотого сечения и пропорциям музыкальной гаммы[307]. Это достигается автоподстройкой всех частей космического целого, состоящего из множества вихревых движений Вселенной.

Все это связано с лабиринтом, который присущ нашему существованию, историческим процессам, развитию цивилизаций и функционированию культур нашего мира. «Во многих традициях лабиринт также олицетворял мир, Вселенную, непостижимость, многообразие предлагаемых жизнью проблем и трудность выбора правильного решения, идею движения человека к истине, круговорот жизни, смерти и воскрешения»[308]. Согласно некоторым легендам, на спиралях каменных лабиринтов танцуют феи и эльфы при лунном свете, выражая этим символическую связь между различными реальностями.

Лабиринт – это комбинация слепых тупиков, не дающих никакого выхода, и развилок, где путешественник (человек, общество, цивилизация) должен совершить выбор своего пути среди многочисленных открывающихся перед ним возможностей. Иными словами, с одной стороны, имеются пути, не дающие возможности выбора, когда в конце пути путешественник натыкается на стену, а, с другой стороны, – перекрестки, дающие ему свободу и незавершенность, трудную свободу и опасную независимость, так как препятствия будут создавать ему собственный выбор, а не навязанный судьбой. «Путешествие в лабиринте – необходимый процесс метаморфоз, благодаря которому появляется новый человек»[309], т. е. путешествие в лабиринте и человека ведет к его обновлению или к смерти.

В плане нашей темы это означает, что цивилизация (или общество) фактически существует и развивается во время своего «путешествия» по лабиринту истории. Так как в лабиринте истории есть вход и выход, и есть также многочисленные тупики, то в нем любую цивилизацию ждет либо смерть в случае невозможности дать адекватный ответ на вызов эпохи, либо обновление, если такой ответ будет найден. Иными словами, если цивилизация не способна выжить и выйти из лабиринта истории, то она погибает, как это случилось с цивилизацией шумеров, древних египтян, этрусков, финикиян, майя, инков и др. В случае способности дать адекватный ответ на вызовы времени, что позволяет выжить, цивилизация выходит из лабиринта истории обновленной, примером чего служат китайская, индийская, японская, вьетнамская, еврейская, западная цивилизация.

Выживет цивилизация (общество) или она распадется, погибнет в лабиринте истории – это зависит от деятельности элиты: именно она либо осуществляет креативную, творческую деятельность, направленную на то, чтобы дать адекватный ответ на вызовы времени, способствуя обновлению цивилизации; либо как правящее меньшинство занимается собственным обогащением, сохранением своих привилегий и уже неспособна дать адекватный ответ на вызовы времени, что ведет к гибели цивилизации.

Эта проблема значимости элиты в существовании и развитии цивилизации (общества) четко показана А. Тойнби в его теории исторического развития.

В своем сборнике «Постижение истории» А. Тойнби на примере Римской империи описывает причины ее распада, дает критерии этого процесса, когда общество начинает пожирать само себя. В самом начале он анализирует историю взаимоотношений христианской церкви с варварами на северных окраинах Римской империи, в результате чего приходит к выводу о том, что христианская церковь является «внутренним пролетариатом», а варварские отряды – «внешним пролетариатом» эллинистического общества.

В итоге он приходит к следующему выводу: «На следующей ступени нашего исследования, анализируя три института – Римскую империю, отряды варваров и церковь – как связующие звенья между эллинистическим и западным обществами, мы обнаружили, что внутренний пролетариат эллинистического общества, создавший христианскую церковь, и внешний пролетариат, давший варварские военные отряды, возникли в результате распада эллинистической социальной системы в ходе смутного времени, когда само эллинистическое общество уже утратило творческую силу. Процесс этот в значительной мере определялся изменением положений правящего меньшинства. Творческое меньшинство, заключив некогда добровольный союз с нетворческими массами, пользовалось какое-то время их доверием ввиду очевидности выгод, дарованных обществу творческими усилиями избранных. Однако с течением времени правящее меньшинство утратило способность и право быть лидером, так как оно растратило творческую энергию и созидательный порыв. Это меньшинство, лишенное вдохновения, но продолжающее удерживать власть, оказалось неспособным управлять через доверие и пошло на нарушение общественного договора. Вместо того чтобы уступить власть, оно прибегло к силе. Эта политика привела к еще большему отчуждению большинства от правящего меньшинства… Неспособность лидеров продолжать игру с толпой, используя свойство мимесиса, тесно связана с неспособностью творчески ответить на специфический вызов»[310].

Правящая элита Римской империи погрязла в коррупции, в безжалостном ограблении провинций, в роскоши и наслаждениях, когда доминирующее место занимают деньги, что привело к ослаблению этических норм. Все эти явления, присущие неспособной к креативной деятельности правящей элите Римской державы привели к социальной импотенции и к гибели этой эллинистической цивилизации[311]. Данный вывод относится и к любым другим обществам (цивилизация), находящимся в стадии надлома, что и показывает всемирная история.

Другим критерием гибели цивилизации, чья элита оказалась неспособна найти творческий ответ на вызовы времени, чтобы обновить цивилизацию, являются осуществление великих проектов. На это обращает внимание А. Тойнби, когда показывает, что надломленные цивилизации, находясь на пути к распаду, демонстрируют привязанность к самым различным областям деятельности – от ярко выраженного интереса к искусству до увлечения различного рода механизмами[312].