Читать онлайн «Достаточно общая теория управления». Страница 71

На определённом этапе исторического развития эти зомбирующие программы формируются адресно и целенаправленно (примером тому глобальный Библейский проект) теми, кто осознанно или бессознательно принимает на себя функцию управления обществом в целом. Те, кто этим занимается, сами в большей или меньшей степени свободны по отношению к изменяемому их деятельностью набору принадлежащих культуре общества зомбирующих программ, часть из которых образуют разнообразные оболочки для продолжений инстинктов в культуру, или назначение которых — блокировать инстинктивные проявления в каких-то определённых ситуациях. Содержание и цели, которым подчинены вновь появляющиеся программы, определяются тем, что более свойственно психике социальных программистов: демонизм либо устремленность к человечности, и это только и определяет различие в прививаемых и насаждаемых ими нормах «культурного поведения».

Так или иначе зомбирующие программы обозначения и выявления иерархического статуса индивида в сокращают общественные издержки в коллективной деятельности в сопоставлении с вариантом коллективной деятельности (практически невозможным), в котором все непрестанно занимались бы переоценкой своего и других иерархического статуса, как то имеет место в “стае павианов”, что сделало бы невозможным какую-либо иную деятельность, кроме обусловленной набором инстинктивных программ поведения.

При рассмотрении участия животного строя психики и строя психики зомби-биоавтомата в коллективной психике общества, выявляется отмеченное ранее мимоходом: строй психики биоробота-зомби, это — тот же животный строй психики, только закованный в кандалы или панцирь (кому какая аналогия больше нравится) программ поведения, ограничивающих инстинктивные проявления в каких-то обстоятельствах, и направляющих инстинктивные проявления в культурно оформленные оболочки, порожденные цивилизацией.

Общество слагается из разных индивидов, каждый из которых несёт свойственные ему специфические знания и навыки, а также и информационные модули, посредством которых он участвует в коллективной психике и коллективной деятельности, результаты которой неосуществимы в одиночку. Часть этих информационных модулей тоже представляют собой зомбирующие программы. И если в том наборе программ, которые несёт в себе общество, все частные программы взаимно согласованы друг с другом, вследствие чего нет конфликтов управления между ними, то общество способно к коллективной, внутренне бесконфликтной деятельности, при господстве в нём строя психики идеального зомби— не обладающего способностью к какому бы то ни было творчеству, безошибочно отрабатывающему в ситуациях-раздражителях соответствующие программы, безоговорочно и безошибочно исполняющему прямые приказы иерархически более высоких зомби и программистов.

Но поскольку человек не предназначен для того, чтобы быть идеальным зомби, то такая система в попытке её осуществить даёт неустранимые сбои по всем перечисленным показателям общества «идеальных зомби»:

· сами зомбирующие программы в их совокупности содержат несогласованности между собой и не всегда соответствуют ситуациям-раздражителям, вследствие чего безошибочная коллективная деятельность на их основе в принципе невозможна;

· реальные носители строя психики зомби отрабатывают программы с ошибками, по отношению к варианту их идеального осуществления;

· прямые приказы иерархически высших зомби и программистов также выполняются реальными носителями строя психики зомби с небрежением и несогласием как скрытыми, так и явно выражаемыми, проистекающими из разного рода внутренней конфликтности психики каждого из них (а внутренняя конфликтность психики принципиально неустранима вне человечного её строя, так как только в нём мировоззрение триединства материи-информации-меры, обеспечивает неизменность корня мысленного древа и устранение конфликтов информационных модулей в психике индивида естественным, предопределённым Свыше путём).

· кроме того, человеку, даже при животном строе психики и задавленному зомбирующими программами, свойственна способность к творческой единоличной деятельности, и его творчество разрушительно даже для идеального , поскольку никто из самих не идеальных зомби не осознаёт всей информации такого комплекса во взаимной обусловленности его различных информационных модулей. Но своим творчеством всякий модифицирует его, внося в него разного рода новшества, предопределённо не согласованные со всеми прежними фрагментами и с новшествами, вносимыми другими. И это неизбежно при калейдоскопичном и при мозаичном «Я-центричном» мировоззрении индивидов.

Вследствие этого общество зомби и его программисты не могут обходиться без репрессивного аппарата, который бы поддерживал устойчивость этой системы как при жизни одного поколения, так и в преемственности поколений. Тем не менее, идеал правового государства, в котором вся жизнь должна быть подчинена закону и нарушение закона преследуется по закону (а практически и беззаконно, когда законная деятельность проигрывает по эффективности незаконной), — культивируется по всему миру и в России, вопреки его очевидной неработоспособности в условиях, когда надзаконная концепция управления делами всего общества в преемственности поколений, под которую пишутся программы-законы, не оглашена в этом обществе явно, — в качестве идеологии.

Если Запад и живёт без явного оглашения идеологии, то это так видится только на первый поверхностный взгляд: Запад — библейская цивилизации. А Библия содержит в себе кроме всего прочего и идеологию общественной жизни, однако не называя её прямо идеологией. При этом Запад — до появления саентологии и возникновения относительно массового интереса к восточной мистике — был идеологически однородным обществом, в котором ни что, чуждое Библии, не проявлялось так, чтобы оказать влияние на дальнейшую судьбу общества в этой цивилизации. Запад привык жить без альтернативы Библии, не понимая её существа и бессознательно принимая библейские нормы в качестве автоматизмов поведения зомби-биоавтоматов и “само собой” разумеющихся истин, одинаково пригодных для всех жизненных обстоятельств, для всех народов, для всех регионов планеты, для всех исторических эпох, вопреки тому, что это — объективно и субъективно не так.

Россия же, хотя бы вследствие того, что разные её народы исповедуют вероучения, провозглашающие не всегда совместимые между собой цели и способы их осуществления, в совокупности представляющие собой их жизненные идеалы; вследствие того, что в её истории были 70 лет строительства коммунизма, по своим идеалам отличного от повседневных норм общественной жизни Запада на основе Библии, не имеет возможности построить «правовое государство» без оглашения идеологии, что и подтверждается опытом реформ после 1991 г.

Но после 70 лет коммунистического строительства (пусть и не завершённого потому, что оно протекало со многими ошибками и под воздействием целенаправленного вредительства) в России невозможно установить в качестве государственной идеологии (“национальной идеи”) какую бы то ни было модификацию системы стадно-павианьих отношений «кто на кого член положил, и кто обязан с этим безропотно согласиться, чтобы не быть изгнанным из стаи либо растерзанным», под которую, — выслуживаясь перед олигархами и их оккультными хозяевами, — Думы всех созывов кропают законы.

Оглашение концепции в форме идеологии, способно повысить эффективность системы, именуемой «правовое государство», придав ей качество осмысленности жизни, но ограниченно: до тех пор, пока система не столкнется с плодами ошибок, допущенных в построении идеологии. Когда это произойдет, необходимо, чтобы мировоззрение,которое выражает себя в концепции управления делами всего общества в преемственности поколений, также было оглашено явно, чтобы сама идеология стала объектом осмысленного творческого воздействия со стороны широких слоёв общества.

Это — тот рубеж, к которому общество в СССР подошло к 1953 г., и от которого оно откатилось к 1985 г. далеко назад потому, что его правящая “элита” была и есть нравственно порочна и не готова к тому, чтобы извлечь именно этот нравственно неприемлемый для неё смысл из последней работы И.В.Сталина “Экономические проблемы социализма в СССР”, ставшей его завещанием. На тех нравственных принципах формирования “элит”, в том числе и политической “элиты”, которые мы ранее цитировали в изложении академика Н.Н.Моисеева, этот преодолеть невозможно. Но и жить, не преодолев его, общество тоже — уже не сможет.