Читать онлайн «Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях». Страница 106

С некоторого времени проявляются признаки семейной вражды между двумя отраслями потомства Насиф-Нассара. Благодаря этому наследственному недугу всех сирийских аристократических домов правительство, вероятно, не замедлит подорвать совершенно их влияние и заменить шейхов муселимами на общем основании.

По общепринятому мнению, основание религии друзов относят к первым годам пятого века эгиры. В Египте царствовал двенадцатилетний Халиф Хакем-эль-Бамра из рода Фатимитов, известный в восточных летописях по своему безумию. Однажды сжег он пол-Каира, чтобы насладиться зрелищем пожара. Между прочим, он возмечтал быть богом. Нашелся пророк именем Мухамед-Ибн-Измаил-эль-Дорзи, который стал проповедовать новую религию во имя этого земного божества. Вскоре и пророк, и божество его сделались жертвами народного возмущения. Гонимые их последователи перешли в Сирию, в классический приют всякого раскола, и поселились в Гауране и на горах Ливанских и Антиливанских. Название друзов (единственная форма по-арабски — дорз, множественная — друз) приняли они от имени помянутого проповедника Мухаммеда Дорзи[297].

Впрочем, почтенные и достоверные шейхи сего племени относят начало своего отпадения от мусульманского закона к эпохе самого Мухаммеда. По их сказанию, один из учеников пророка, по имени Шейх-Сулейман-эль-Фарси, был послан на проповедь к курдам и другим горцам по берегу Тигра. Чистота горских нравов заставила проповедника сладострастной религии аравитян отменить закон о многоженстве, о наложницах, о разводе. Этим положено начало религиозного разрыва. Если верить сему сказанию, легко пояснить гонениями, претерпенными от владычествующей секты, вкравшиеся последовательно в раскол новые догматы или сохранение старых верований и преданий халдейских и других противных самой основной мысли Мухаммедова закона. Затем, по сказанию шейхов, сектаторы Сулеймана-эль-Фарси были принуждены бежать от гонений багдадских халифов, перешли в Сирию и дали впоследствии в своих горах убежище другим сектаторам, бежавшим из Египта с новою верою Мухамеда-эль-Дорзи. Тогда только мусульманские племена, в укоризну за союз с нечестивыми боготворителями Хакем-эль-Бамры, придали всем им без различия именование друзов.

Они верят в десятикратное сошествие божества на землю в виде человеческом, в разных странах, под разными именами. Десятое было в лице Хакем-эль-Бамры; а одиннадцатого и последнего его сошествия ждут к тому времени, когда христиане возвеличатся над мусульманами. В сей раз Хакем должен покорить своим мечом всю землю друзам и доставить им совершенное блаженство на земле; ибо в будущую жизнь они не верят. Кроме десяти олицетворений божества, друзы признают многих пророков, между которыми встречаются имена Адама, Ноя, Пифагора, Соломона и Мессии. Хамзу почитают они основателем их религии. Он есть, по всем вероятностям, лицо идеальное; ибо его же именуют Ангелом Гавриилом и причисляют к сонму пяти визирей, которые держат трон божества.

Друзы. Гравюра XIX в.

Основным догматом их веры можно почесть переселение душ и очищение их испытаниями на земле в телах бессловесных, более или менее благородных, от коня и льва до червя и до мухи, смотря по заслугам испытуемой души. Этим поясняется, может быть, довольно странная встреча с именем Пифагора в числе других пророков горского племени Сирии.

Жители здешние, как мусульмане, так и христиане, обвиняют друзов в идолопоклонстве. К этому обвинению подали повод неоднократно найденные в их молитвенных домах медные изображения тельца. Христиане назвали друзов потомками обоготворявших тельца самаритян. Иные путешественники, зная о египетском происхождении друзов, стали догадываться, что они сохраняют древнюю религию Аписа. Все это кажется совершенно неосновательным. Хотя есть еще в религии друзов тайна, исследованию недоступная, однако ни в одной из четырех или пяти духовных книг, которые до сего времени попались в руки христиан, ни в образе мыслей народа и духовного его сословия, ни в народном характере нет малейшего признака идолопоклонства. Гораздо вероятнее кажется, что эти небольшие медные тельцы суть какие-либо эмблемы или даже талисманы, охраняющие плодородие окрестных полей.

Разительная черта религии друзов есть совершенная беспечность массы народа о ее законе. Народ делится в отношении к вере на два разряда: на мудрых (окал) и невежд (джохал). Разряд окалов, весьма немногочисленный и доступный также женскому полу, составляет касту духовную, с правами и обязанностями почти наследственными. Масса народа всех сословий принимает название невежд, совершенно не заботится о религии, предоставляя и таинства ее, и исполнение ее обязанностей за весь народ классу окалов. Масса народа чужда даже молитве, сему всемирному утешению рода человеческого. Есть примеры, что эмиры и народоправители были посвящаемы в звание окалов. Джохал, утомленный действительною жизнью или проникнутый глубокою скорбию, предается изучению таинственной религии, проводит свое время в сообществе окалов, которые посвящают мало-помалу профана в свои таинства и принимают его в свое сословие. Другого обряда при сем не соблюдается, кроме пиршества, в котором старшие окалы разделяют с оглашенным некоторое блюдо, род пилафа. Подобно мусульманским улемам, окалы подразделяются на несколько классов. Высшие степени налагают обязанность безбрачной жизни, созерцательного уединения и воздержности от вина. Высшую иерархию составляют три лица, набираемые из среды окалов и носящие почетное титло шейх-эль-окал. Из них один пребывает в Шуфе, другой в Аркубе, округах Ливанских, третий в Хасбее, на Антиливане. Сей последний заведывает гауранскими друзами. По правилам религии — окал ни в каком случае не должен принять ни денег, ни подарка, ни даже угощения, ни одной ягоды от человека, живущего на казенном жалованье, и вообще от такого лица, которое не трудом рук своих снискивает себе пропитание; ибо, по верованиям друзов, все подати, платимые народом в казну ли или своим правителям, суть неправедное стяжание.

Кроме отчуждения массы народной от религии, которым объясняется, впрочем, сохранение ее в тайне, другой не менее любопытный закон друзов есть воспрещение принимать прозелитов и верование, что одному их потомству, не по праву догмата, но по праву племени, предоставлено чаемое на земле совершенное блаженство. Закон, освобождающий своих последователей от всяких религиозных обязанностей, простирает свою снисходительность еще далее: народу дозволено, смотря по обстоятельствам и по временным своим выгодам, принимать внешний вид другой религии. Под правлением египетским несколько сот семейств друзов, чтобы только избавиться от рекрутских наборов, приняли открыто крещение от греко-униатского Бейрутского епископа; затем ни один из них не остался христианином. В 1841 году друзы обнадеживали американских миссионеров и англичан готовностью своею принять протестантство; затем в 1842 году, с переменою обстоятельств, просили военного министра Мустафа-пашу нарядить к ним в горы имамов для мусульманской проповеди. Последствия удостоверили сераскира, что это была только хитрость, допускаемая законом друзов.

Описанные нами события последних годов и беспристрастный взгляд на дела ливанские достаточно опровергают существующий в Европе предрассудок о религиозной ненависти друзов против христиан. Может быть, в целом мире нет народа, менее склонного к фанатизму и к религиозным преследованиям. Друзы питают даже много уважения к христианству; особенно женщины, которые нередко идут в церковь слушать Евангелие вместе с христианами.

Каждый раз, когда друзы вооружаются против христиан, можно быть уверенным, что их подстрекают турки, на основании коренного их правила: казнить племена одно другим и видеть в распрях вернейший залог правительственного влияния.

Около 10 000 семейств друзов обитают по южным отраслям Ливана, между Бейрутом и Сайдою, в округах Метене, Джурде, Мнассефе, Аркубе, Аклиме, Шуффе, Джеззине. Почти везде есть посреди их христиане, и иногда даже в большинстве. За обращением в христианство старейшего в их аристократии дома эмиров Булема, ливанская аристократия друзов состоит в домах эмиров Реслан и шейхов Джумблат, Абу Накид, Амад, Абд эль-Малик и Тальхук.

В Антиливанских округах, под управлением младшей линии Шихабов, считается около 2000 семейств сего племени. Между ними известны шейхи Шамс и Кейс. Затем в Гауране число друзов может простираться до 4000 семейств; но значительных шейхов нет между ними, ни между остальными обществами друзов, поселенных в горах Акки и в Алеппском пашалыке. В Палестине вовсе нет друзов. Это племя повсюду занимается исключительно земледелием и скотоводством, и ни в одном сирийском городе не найдется жителя из друзов. Даже в собственных их селениях торговля и ремесла почти всегда предоставлены христианам.