Читать онлайн «Заговор Холокоста: Международная политика геноцида». Страница 35

Словакия сохраняла формальную независимость, но де-факто ее правитель назначался немцами, он же руководил и Гвардией Глинки. В Словакии был священник по имени Йозеф Тисо. Ни он, ни его Гвардия Глинки, ни хорватские усташи, ни венгерская партия «Скрещенные стрелы», ни нацистские лидеры в Германии – никто из них не только не был отлучен от церкви, но даже не получил устного предупреждения. Между тем отлучение от церкви соучастников убийств, особенно главарей, напомнило бы населению об общечеловеческих ценностях и учениях христианства. Да и сам Гитлер вырос в католической семье, прошел крещение, ходил в католическую школу и два года прожил в монастыре в Ламбахе (Австрия). Католиками были и Геббельс, и творец Окончательного решения Эйхман, и многие другие высшие военные преступники Третьего Рейха. Если бы их отлучили от церкви, рядовые нарушители христианских заповедей смогли бы опомниться и пересмотреть свой образ действий, а руководители свободных стран смогли бы лучше осознать, что они делают, помогая нацистам.

Как и сегодня, в то время Католическая церковь строго запрещала своей пастве состоять в масонских ложах, но ничего не имела против, если добрые католики состояли в СС, Гвардии Глинки, армии усташей или «Скрещенных стрелах».

Церковь как институт предоставляет своим членам нравственное руководство. Когда церковь никак не реагирует на ужасные злодеяния, это воспринимается как их одобрение. В годы Холокоста не только массы простых верующих, но и множество священников были лишены того нравственного руководства, на которое они рассчитывали. У церкви никогда не было четкой оценки Холокоста. Если говорить о немецких католиках, у них просто не было повода сомневаться, что церковь одобряет антисемитизм. Причем Католическая церковь не просто пассивно наблюдала расправы над евреями; во многих случаях она активно подстрекала против них, вторя в унисон антисемитской пропаганде немцев.

Приведем несколько характерных примеров, когда церковь подливала масла в огонь ненависти к евреям. Мы увидим, что приходу нацистов к власти в январе 1933 года во многом поспособствовали видные деятели церкви, создавшие для нацистской партии базу моральной поддержки.

В 1932 году вышла книга францисканского монаха Эрхарда Шлунда, в которой он оправдывал антисемитизм. Содержание этой книги полностью совпадало с нацистской программой по борьбе с «деструктивным влиянием евреев в религии, морали, литературе, искусстве и политической и общественной жизни». Вторя нацистам, отец Шлунд призывал бороться с «финансовой гегемонией» евреев[164]. Это было время, когда многие немецкие католики искали у церкви ответа, как относиться к неистовому антисемитизму нацистов, и эта книга стала для них этим ответом. Были и другие подобные книги, например справочник под редакцией Михаэля Бухбергера, епископа Регенсбурга. В ней была статья иезуита Густава Гундлаха, в которой речь шла о «непомерном и вредном влиянии евреев»[165].

В 1923 году викарий Йозеф Рот назвал евреев нравственно ущербной нацией, которую нужно удалить из общественной жизни. Конечно, растущая нацистская партия только вдохновлялась подобными заявлениями. Рот добавляет, что если при этом «пострадают некоторые добрые и безвредные евреи, в которых национально обусловленная безнравственность не проявляется[166], это не будет нарушением христианской любви к ближнему…»[167] А викарий Майнца доктор Майер утверждал, что в своем труде Майн кампф Гитлер «верно описал» вредное влияние евреев на интеллектуальную жизнь Германии[168]. Вот в каких книгах находили руководство искренние католики.

В том же ключе высказывался отец Филипп Хаузер из Аугсбурга. Он соглашался с утверждением нацистов, что немцы проиграли войну из-за евреев. Евреи для него были проклятым народом, отвергнутым Богом, он называл их «крестом Германии»[169].

Конечно, антисемитизм немецкой католической церкви не был столь же неистовым и непреклонным, как у нацистов, у которых уже тогда была песня со словами: «Когда с ножа льется кровь евреев, все идет гораздо лучше». В большинстве случаев антисемитизм католиков был смягчен призывами к христианской любви даже к евреям. Церковные деятели не призывали к конкретным действиям против евреев, но они создавали общую атмосферу, все больше и больше нагнетая антиеврейские настроения. Эти настроения подогревали популярность национал-социалистической партии, и когда к власти пришел Гитлер, католическая церковь в Германии уже была активным проводником антисемитских идей.

Пожалуй, главными сторонниками нацизма были австрийские епископы, в первую очередь венский кардинал Инницер. Население Австрии состояло из католиков на 94,4 процента. По традиции церковь активно участвовала в делах государства, и уже много лет главным политиком Австрии был священнослужитель – монсиньор Игнац Зейпель. Он был одновременно и священником, и канцлером (премьер-министром), причем вторую должность он занимал дважды. Серьезной политической фигурой был и австрийский кардинал Инницер, от которого многие ждали руководства, как относиться к постоянно набирающему популярность национал-социализму.

И кардинал не заставил себя долго ждать. 19 марта 1938 года, после недели арестов, убийств и зверств, на улицах Вены появились большие плакаты, в которых от лица церкви выражалось одобрение действий нацистов. Австрийские епископы призывали всех добропорядочных граждан поддержать нацизм и тем исполнить свой долг перед народом. Под текстом стояла личная подпись кардинала Инницера, а рядом нацистское приветствие – «хайль Гитлер». Помимо прочего, текст содержал раболепные славословия в адрес недавно назначенного губернатора Австрии. Венский кардинал адресовал ему свое «самое глубочайшее уважение». Для пущей убедительности кардинал лично приписал слова «хайль Гитлер» большими буквами.

Из двух следующих примеров предельно ясно видно, как тесно сотрудничали друг с другом новое нацистское правительство и католическая церковь.

Практически сразу после прихода Гитлера к власти архиепископ Фрейбургский Конрад Грёбер, один из ведущих клириков немецкой католической церкви, вступил в ряды СС в качестве «пропагандиста» (foerderndes Mitglied)[170]. Епископ Оснабрюка Вильгельм Бернинг, который незадолго до того председательствовал на конференции немецкой церкви, вошел в состав Государственного совета Пруссии. Как и полагается при диктаторском режиме, этот орган не имел широких полномочий. Все важные решения принимал лично Гитлер и его соратники. Однако с точки зрения церкви это было очень важное назначение, потому что оно символизировало единство церкви и нацистского руководства. Его поддержал лично папа Пий XI[171] .

Епископу Бернингу доверяли настолько, что даже разрешили посетить несколько концлагерей. Пресса сообщала, что он пообщался с заключенными и призвал их исполнить христианский долг верности германскому народу и правительству. Также сообщалось, что в разговоре с охранниками лагеря Ашендорфер-Мор он похвалил их за работу и три раза воскликнул «зиг хайль» в честь фюрера и немецкого отечества. Газета Koelnische Volkszeitung написала, что епископ высоко оценил убранство концлагерей. Иезуитский священник Фридрих Мукерман в своей еженедельной газете, которая издавалась в Голландии и часто критиковала немецкую церковь, подтвердил, что епископ Бернинга действительно посещал концлагеря[172].

Те католики, которые испытывали угрызения совести от убийства евреев, теперь могли делать это со спокойным сердцем: сама церковь официально одобрила «убийственную» ненависть по отношению к евреям. В пастырском послании к архдиоцезу Фрейберг от 30 января 1939 года архиепископ Грёбер написал, что евреи не просто ненавидели Христа, а ненавидели его «убийственно», причем их «убийственная ненависть» продолжалась «веками»[173]. Это заявление было сделано уже после Хрустальной ночи, когда по всей Европы бушевали еврейские погромы. Сложно не увидеть связи между заявлениями архиепископа Грёбера и его работой в СС.

Грёбер был не единственным служителем католической церкви, кто подливал масло в огонь антисемитизма. Многие богословы изобретали различные теории для оправдания ненависти к евреям. Так, богослов Теодор Боглер написал, что евреи не просто убили Иисуса, но до сих пор ненавидят христианство и пытаются уничтожить Церковь[174]. Один из ведущих теоретиков католицизма епископ Алоис Худаль утешил всех тех, кто задавался вопросом: как чинить еврейские погромы в обществе, в котором верховенствует закон и правосудие? Не проблема, пишет уважаемый богослов. Евреи находятся вне правовой системы, она на них не распространяется[175].