Читать онлайн «Третья мировая информационно-психологическая война.». Страница 41

В дополнение к карикатурному восхвалению и фактической дискредитации В. И. Ленина в конце 70-х годов появляется новый фактор. Это отсутствие реальной информации и часто даже отсутствие смысла в речах и выступлениях, откровенное суесловие. Пустые по содержанию "труды" выдающихся "ленинцев" (как они сами себя называли) Л. И. Брежнева, М. А. Суслова, Н. В. Подгорного, К. У. Черненко тиражировались миллионами экземпляров, изучались в сети партийного просвещения. К этому времени "процесс уже пошел", т. е. изменения в КПСС становятся явными. Появляются симптомы разложения партии, деградации ее верхов. Идеологи поддерживали геронтократов – старцев, которые становятся несменяемыми. Л. И. Брежнев к началу 80-х – персонаж удивительных историй. Во время своего визита в Баку по свидетельству очевидцев в докладе, который он зачитывал, забыли убрать второй экземпляр одной страницы и он ее прочел дважды. Притчей во языцах стала страсть Л. И. Брежнева к наградам ("Но всего лучше пять звездочек"). На всей территории Азербайджана были развешаны плакаты с цитатой из Брежнева: "Широко шагает советский Азербайджан! Л. И. Брежнев". Один из авторов при поездке из Баку в Астару видел около десятка таких плакатов. Полуживого серенького партаппаратчика Черненко превозносили как выдающегося ленинца.

В сети партийного просвещения, во всех вузах изучались "труды" генсеков, материалы съездов, состоящие из штампов, где была вытравлена всякая живая мысль. В это время в партию вступали, не скрывая, откровенно ради карьеры. Все назначения на руководящие должности секретарей парторганизаций производились сверху, существовал расхожий эвфемизм – "есть такое мнение". В научных учреждениях в начале восьмидесятых годов резко сократили прием интеллигенции в КПСС. Образовывались очереди на вступление в партию. Появились многочисленные жалобы на нарушения очередности, на задержки. Партию использовали как средство достижения личных целей. Так, в институтах Академии наук в некоторых Ученых советах сначала решения принимали на партгруппе, которая должна была голосовать как единое целое, т. е. 25% людей, приближенных к начальнику, могли утверждать на Ученом совете любое нужное постановление. Даже на обычных партийных собраниях тексты выступлений готовились заранее и зачитывались.

Видя всю картину происходящего в партии, значительное число убежденных сторонников социализма не шли в КПСС. По существу стерлась всякая разница во взглядах между членами КПСС и беспартийными. Шел направленный идеологами процесс разложения КПСС.

Вместе с тем даже в начале 80-х партия была еще мощной силой. Парткомы оставались местом, куда люди обращались в случае несправедливости. Существовал налаженный аппарат. Партия сохранила свою роль скрепы государства. И как довелось услышать в 90-е годы: "тогда еще платили зарплату и не было безработных".

Центральная задача по подрыву СССР решалась в идеологической сфере. В ее основе лежало массовое отторжение людей от коммунистических идей, превращение марксизма-ленинизма в средство оскопления общественных наук, в оружие, направленное против социализма.

Начиная с послевоенных лет, в стране существовала мощная система политпросвещения и политобразования разных уровней. В ВУЗах преподавали историю партии, политэкономию, диалектический и исторический материализм, научный коммунизм. Была создана целая серия идеологических институтов. Типичные представители: Академия общественных наук при ЦК КПСС, Институт Маркса – Энгельса – Ленина, Институт международного рабочего движения, университеты марксизма-ленинизма. Сформировался целый идеологический корпус, включающий кафедры истории КПСС и марксизма в каждом ВУЗе. Нужно было заставить идеологическую систему как целое работать против своей страны. В первой половине века марксизм занимал наступательные позиции, он объективно отражал особенности этого времени и достиг того, что треть мира встала под знамена социализма. Для нейтрализации и последовательного использования марксизма в своих целях идеологи предприняли следующие действия.

1. Марксизм-ленинизм законсервирован, оторван от реальности, от конкретной науки и постепенно превращался в вероучение.

2. Канонизированы классики марксизма, их труды издаются огромными тиражами, каждой фразе придается смысл непоколебимой истины.

3. Марксизм-ленинизм огражден от всякой свежей мысли, от любых новых положений, даже жестко диктуемых конкретной обстановкой. Постепенно он становится схоластикой. Если в древнее время происходили дискуссии, опирающиеся на классиков Христианства, на тему – сколько чертей разместится на кончике иглы, то теперь возникли дискуссии типа – что такое диалектическая логика (в дискуссии участвовали три школы, каждая из которых опиралась на три качественно различных высказывания Ленина в разных работах на эту тему).

4. Использование вырванных из контекста классиков положений, относящихся к другой обстановке, в качестве кувалды для борьбы с новым, для борьбы с наукой. Типичный пример – положение о несмешении различных форм движения, позволявшее препятствовать использованию новых методов в общественных науках.

5. Создание марксистского "новояза", состоящего из бессмысленных обтекаемых фраз. Средства массовой информации печатают выверенные стерильные сообщения.

В результате такого процесса сформировался второй облик марксизма-ленинизма, сконструированный идеологами КПСС. В качестве примера приведем типичный отрывок из редакционной программной статьи "Современная борьба идей и концепция идеологического разоружения", опубликованной в газете "Правда", 7.02.69 года /15/:

"Ленинская ясность, принципиальность и последовательность мысли, четкость социально-политических постановок вопроса представляется мелкобуржуазному сознанию "упрощенчеством", а царящая в писаниях ученых приказчиков буржуазии и горе – теоретиков правого и "левого" оппортунизма нарочитая усложненность, эклектическая неразбериха и путаница – "действительной глубиной". Мутная водица мелкобуржуазной идеологической сточной канавы порой не дает возможности увидеть того вязкого буржуазного дна, по которому она течет. Это создает иллюзию "глубины". Прозрачность же марксистско-ленинской мысли, позволяющая разглядеть на самой большой глубине весь рельеф скрывающейся за идеологическими течениями социально-политической основы, воспринимается мелкобуржуазным сознанием как "чрезмерная ясность", препятствующая возможности самых различных, "свободных", "оригинальных" интерпретаций, а посему якобы тождественная "догматизму" и "упрощению".

Реакция любого нормального человека на подобные идеологические статьи очевидна и в комментариях не нуждается.

В римской мифологии существовал Янус – божество дверей, входа и выхода. Он изображался с двумя лицами. Так и марксизм-ленинизм оказался подобно Янусу с двумя лицами. Одно из них несло информацию о работах классиков науки, их достижениях, многие из которых сохраняют актуальность до сегодняшнего дня, другое превратилось в средство дискредитации подлинных результатов Маркса, Энгельса, Ленина, в средство борьбы с советским государством.

В отличие от первого этапа информационно-психологической войны (ср. гл. 2), когда ожесточенной атаке идеологов подверглись естественные науки, на втором этапе центр тяжести их действий перемещается на общественные науки. Основой общественных наук считалась триада: диалектический и исторический материализм (марксистско-ленинская философия), политэкономия, научный коммунизм. Остановимся на первых двух. В соответствующих учебниках, изучавшихся во всех институтах, содержание которых было составной частью высшего образования, излагались результаты 50 – 100-летней давности. Многословно, в обтекаемых фразах излагались выводы, сделанные Марксом, Энгельсом, Лениным. В приподнятом тоне говорилось о решениях съездов КПСС. Критика буржуазных философов, экономистов, социологов проводилась способом надергивания цитат из неудачных выражений, не отражающих по сути взглядов авторов. Вся современность, все новое выпадало из рассмотрения. Мир как бы остановился в своем развитии.

Рассмотрим учебник "Исторический материализм" /16/. Его авторы определяют "основное краеугольное положение исторического материализма" следующим образом:

"Распространение положений диалектического материализма на познание общества дало возможность правильно решить основной вопрос общественной науки – вопрос об отношении общественного бытия (т. е. материальной жизни общества и прежде всего экономических отношений) и общественного сознания и позволило объяснить историю как строго закономерный процесс.