Читать онлайн «Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»». Страница 139

Из приведенного отрывка следует, что «индустрия удовольствий»:

1)     занимает первое место в экономике «зрелой» «денежной цивилизации» по величине занятых в ней работников (а также по доле в официальном ВВП);

2)     отнимает у человека большую часть (не менее 2/3) его денежных доходов[902];

3)     создает не только и не столько товары и услуги, сколько «нового человека» («живую машину»), лишенного всякого духовного начала и в полной мере отвечающего требованиям «денежной цивилизации».

Еще раз повторим: в Древнем Риме существовал «потребительский капитализм». Его отличительной чертой было то, что деньги все-таки оставались средством, а конечной целью жизни было «избыточное» потребление и получение максимального «удовольствия». И современное западное общество также является «обществом потребления». Но «избыточное» потребление - это лишь одна ипостась этого общества. Другой ипостасью этого общества является накопление капитала, причем прежде всего в денежной форме.

Страсть к накоплению капитала занимает в современном капитализме главенствующее место по отношению к страсти потребления, поэтому такой капитализм можно назвать «накопительным». Страсть эта еще более иррациональна, чем страсть «избыточного» потребления: человек получает удовлетворение от цифр и чисел, обозначающих суммы на банковских счетах; свои успехи и неудачи, свои цели и планы он измеряет цифрами и числами, которые часто не имеют никакого материального обеспечения и наполнения; стремление к наращиванию числовых показателей не имеет никаких пределов.

Люди, которые обуяны страстью потребления, как мы выше сказали, отходят от Бога, они язычники и становятся рабами вещей. А те, кем завладевает страсть накопления, еще дальше отстоят от Бога, они тем более язычники и становятся рабами денег. Еще Ф. Бэкон сказал: «Деньги - хорошие слуги, но плохие хозяева». Бэкон, как известно, был протестантом. Понимал ли он сам до конца смысл слов «плохие хозяева»? Да, деньги человека закабаляют, делают его рабом, истощают физически и нервно. Но Святые отцы православия видели дальше и глубже, чем протестанты. Они понимали, что сами по себе деньги - не более чем условные знаки, в духовно-нравственном плане они нейтральны, не могут быть источником зла или добра. Но за деньгами прячется тот, кого евангелист Иоанн Богослов называл «лжецом» и «убийцей». Денежные знаки - это лишь червяк, а дьявол - крючок, которого не видят те, кто охотится за этими знаками. А попадая на этот крючок, человек лишается не только душевного спокойствия, здоровья и жизни, но чаще всего и спасения своей души, которая, как известно, бессмертна. Т.е. за деньгами прячется не просто «плохой хозяин», а жестокий и беспощадный хозяин, который сначала мучает своего раба, а потом убивает. Такое денежное рабство - самое страшное из всех видов рабства.

Кстати, в публицистической и философской литературе термин «денежное рабство» стал использоваться с XIX века, когда капитализм уже проявил в полной мере свою сущность. Особенно последовательно критику финансового капитала и «денежного рабства» проводили немецкие философы, писатели, политики (преимущественно с социалистических позиций)[903]. В России этот термин вошел в оборот после того, как его использовал Л. Н. Толстой в своей известной работе «Рабство нашего времени» (кстати, первоначально автор планировал дать работе название «Денежное рабство»)[904].

Как соотносится «денежное рабство» с другими формами рабства? Оно очень схоже по своему содержанию с «долговым рабством», т.е. рабством, порождаемым ссудным (денежным) капиталом. Но все-таки «денежное рабство» понятие более широкое. Оно подразумевает не только юридическую зависимость одного человека от другого, которая возникает на почве кредитных отношений и долга. Это зависимость духовного порядка, когда человек сам, добровольно определяет для себя цель своей жизни - деньги. Деньги становятся хозяином такого человека. Долговое рабство возникает для должников, а их хозяином является денежный капиталист, который выдает кредиты. Наемное рабство возникает для лишенных средств производства работников, а их хозяином является промышленный капиталист, который нанимает их на работу. А вот в узах денежного рабства могут находиться (и находятся) все люди независимо от социального положения: как должники, так и кредиторы (денежные капиталисты); как наемные работники, так и работодатели (промышленные капиталисты). Одним словом, в условиях современного капитализма в состоянии «денежного рабства» оказывается большинство членов общества. Все надеются на деньги больше, чем на Бога. Все наивно полагают, что деньги смогут дать здоровье, любовь, счастье. А некоторые безумцы дошли даже до того, что с помощью денег надеются продлить себе жизнь или даже обрести бессмертие. Например, покупая за громадные деньги различные органы тела в качестве «запасных частей» или заключая с медицинскими центрами договоры на глубокое замораживание своего тела после смерти, рассчитывая, что в дальнейшем «продвинутая» наука сумеет их воскресить. Такие безумцы забывают слова Спасителя: «Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хоть на один аршин?»[905] Такое безумие сравнимо с психическим заболеванием, которое можно назвать «деньгоманией».

Выше мы уже много раз говорили о том, что в кошелек наемного работника норовят залезть многие социальные паразиты. Это с одной стороны. Но с другой, у него самого появляется желание залезть в чужой кошелек. Часто эти мыслишки облекаются в очень красивые и благородные формы. Тем более что власти призывают всех граждан быть «сознательными патриотами» и добровольно участвовать в построении «финансового капитализма». И вот наш наемный раб начинает участвовать в разных «финансовых проектах». Например, в построении «пирамиды Мавроди». Заметьте, в ее строительстве в конце 1990-х гг. участвовали не какие-то неграмотные люди, многие «строители» «пирамиды» имели высшее образование и даже ученые степени. Они не могли не понимать, что любая «финансовая пирамида» строится для того, чтобы меньшинство обобрало большинство. Но эти «строители» мечтают попасть в группу «избранного меньшинства». Т.е. украсть деньги из кошельков «неизбранных» и выйти из «пирамиды» прежде, чем она обрушится.

Заметим, что в Америке «сознательность» граждан намного выше, чем в России. Там в строительстве подобных «пирамид» активно участвует большая часть населения - за исключением младенцев, детей, пациентов психиатрических изоляторов, обитателей тюрем (строгого режима), бомжей, а также очень небольшой группы «маргиналов» (их там называют «отсталыми», «подозрительными», «финансово безграмотными», «людьми с отклонениями от норм социального поведения», «врагами социального прогресса» и т.п.). В Америке это массовое движение строителей финансовых «пирамид» именуется «народным капитализмом»[906]. Там все взрослые люди (за исключением заключенных, бомжей и «маргиналов») покупают и продают ценные бумаги, размещают деньги на банковских депозитах, играют в казино, берут кредиты и кредитные карточки, закладывают свое имущество и т.п. Если в 1989 году 27,8% американских семей вкладывали средства в акции, то в 1998 году этот показатель увеличился почти вдвое - до 53,9%. В 2008 году на домохозяйства приходилось примерно 40% активов фондового рынка. То есть американские домохозяйства оказались очень важной категорией участников фондового рынка США наряду с пенсионными фондами и другими американскими институциональными инвесторами[907].

Таким образом, складывается странная ситуация: все или почти все находятся в состоянии «денежного рабства», все так или иначе страдают от этого рабства (не только бедные, но даже самые богатые), однако при этом вера в деньги не ослабевает, а только крепнет. В отличие от долгового, наемного и иных видов рабства «денежное рабство» является добровольным. Это лишний раз доказывает духовное происхождение этого вида рабства - ведь поклоняться божеству можно тогда, когда истинно веришь в существование этого божества и в его всемогущество. Поэтому общество, базирующееся на такой вере, лучше называть не «капитализмом» (в этом понятии акцент делается на социально-экономической стороне общества), а «денежной цивилизацией». В последнем термине мы делаем акцент на деньгах как духовном ядре общества, на деньгах как объекте духовного поклонения людей, на деньгах как высшей цели земного существования.