Читать онлайн «Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»». Страница 138

2.      Потребности виртуальные. К ним относятся потребности повышения престижа (имиджа). Это потребности во все тех же предметах комфорта, но при этом вожделеемые вещи должны быть с «брендом» (фирменным знаком), который повышает в глазах окружающих «рейтинг» («капитализацию») человека, обладающего таким предметом, а заодно повышает и самооценку человека. Многие люди покупают даже не предмет комфорта, а «бренд». Предмет как таковой человеку не нужен или почти не нужен. «Бренд» нередко стоит дороже, чем сам предмет; последний выступает лишь в качестве материального носителя «бренда». То есть затраты на рекламу (основное средство создания «бренда») могут многократно превышать затраты на производство. «Существует целая группа товаров, цена которых состоит более чем на 99% из затрат на продвижение, главным образом, на рекламу»[896].

3.      Потребности противоестественные. Они не были предусмотрены Творцом. Более того, в отношении таких потребностей в большинстве традиционных религий (не сатанинских сект!) существуют жесткие запреты. Это потребности в наркотиках, сигаретах, «секс-услугах», порнографии, садизме, жестоких зрелищах, азартных играх и т.п. Эти потребности формируются (а отчасти и удовлетворяются) через Интернет, телевидение, другие средства массовой информации, кинотеатры, книги.

За счет резкого расширения круга «ложных» потребностей капиталисты добиваются усиления зависимости потребителя. Многие «новые» потребности действуют подобно наркотикам, человек вынужден не просто регулярно приобретать товары и услуги, необходимые для удовлетворения «новых» потребностей, но также наращивать «дозы» потребления таких товаров и услуг. Через некоторое время после приобщения к таким «новым» товарам и услугам человек готов даже отказаться ради них от каких-то «базовых» товаров и услуг. Например, не пообедать ради того, чтобы сыграть в «рулетку». У социологов это называется изменением «структуры потребностей». Многие маркетологи (специалисты компаний, которые изучают структуру потребностей покупателей, их предпочтения, разрабатывают сбытовую политику компаний и т.п.) сделали для себя простые «открытия»:

а) наибольшим спросом у современного человека пользуются те товары и услуги, которые удовлетворяют наиболее «низменные» его потребности;

б) для дальнейшего роста «низменных» потребностей необходимо их стимулировать, для чего используются специальные методы.

На самом деле об этом уже многие века назад говорили Святые отцы: чем ниже духовный (религиозный) уровень человека, тем более он склонен к греху и страсти; чем ниже духовные потребности, тем выше потребности «низменные»; при сильной духовной деградации человека «низменные» потребности оказываются более важными, чем даже жизненно необходимые материальные[897].

Дух потребительства оказывает решающее влияние на поведение человека, который смысл своей жизни все больше сводит к потреблению. Средство превращается в цель. Это, пожалуй, самая страшная «мутация», которая произошла в человеке: от поклонения Богу как Творцу и Промыслителю он перешел к поклонению вещи. Это разновидность язычества, которую можно назвать потребительским язычеством. Раньше, во времена христианства, человек был рабом Божьим. Ныне он стал рабом вещей, а фактически, как единодушно говорят Святые отцы, - рабом того, кто враждует с Богом, т.е. дьявола. Внутренняя духовная мутация человека находит свое отражение в его мыслях, словах, поведении, образе жизни. Вот как описывают эти внешние проявления человеческой мутации американские социологи: «В 1986 году Америка еще насчитывала больше высших учебных заведений, чем торговых центров. Не прошло и пятнадцати лет, как число торговых центров стало вдвое превышать число высших учебных заведений. В век синдрома потреблятства (как, по нашему мнению, в конце концов будут называться десятилетия, примыкающие к границе между вторым и третьим тысячелетиями) торговые центры заменили собой церкви как символ культурных ценностей. Действительно, 70% граждан США еженедельно посещает торговые центры, а это больше, чем число людей, регулярно бывающих в церкви»[898].

Потребительское язычество превращает процесс покупок (шопинг) в своего рода «наркотик», без которого современный человек с сильно атрофированными духовными потребностями обходиться уже не может. В большинстве случаев приобретаемые товары не очень нужны такому одержимому человеку[899]. Как всякая страсть, т.е. устойчивая зависимость от каких-то вредных привычек, потребительство превращается в болезнь. Многие врачи считают страсть к постоянным покупкам тяжелым неврозом. От него особенно страдают женщины (около 25% женщин в странах Запада). Более 800 тысяч немцев страдают от «шоппинговой» зависимости, признаваемой психиатрами такой же болезнью, как алкоголизм и наркомания. Об этом говорится в обнародованном исследовании Технической больничной кассы (ТКК) Нижней Саксонии. Цифра в 800 тысяч - это практически «так или иначе зарегистрированные случаи», но число «скрытых шоппингоманов» явно гораздо выше[900]. Немецкие ученые назвали эту болезненную страсть специальным термином - «ониомания» (греч. onios - для продажи; mania - безумие). В русском языке схожими терминами являются «шопоголизм», «шоппинголизм», «шоппингомания».

Такую зависимость можно назвать «потребительским рабством». Добиваясь установления устойчивой зависимости человека от мира вещей, капиталисты тем самым повышают эффективность других видов рабства - прежде всего наемного и долгового.

В заключение приведем отрывок из интересной статьи, в которой раскрывается духовная сущность «потребительского рабства» как неотъемлемой черты современной денежной цивилизации: «Вторым по мощности и масштабности процессом жизнедеятельности социумов цивилизации денег является индустрия удовольствий: еды, развлечений, секса, алкогольных полок и т.п. (на первое место в денежной цивилизации автор ставит банковско-административную деятельность. - В. К?). В индустрии утех, развлечений и прочих удовольствий занято больше, чем во всех иных секторах жизнедеятельности. Так называемая сфера обслуживания всевозможных потребительских интересов, сопровождаемых физиологическими удовольствиями, - краса и гордость западной цивилизации и ее же тест на нравственное уродство, которое густо закамуфлировано модными одеждами, красочными упаковками потребительских товаров, сигарет, пива, крепких алкогольных напитков, роскошными интерьерами ресторанов, баров, казино. Вся эта “цивилизованная” преуспевающая публика, неодолимо предрасположенная к алкоголизации, блуду, педофилии, гомосексуализму, казнокрадству, воровству, предумышленным убийствам и всем прочим смертным грехам, неколебимо мнит себя лучшей частью человечества, блистая роскошью, знаками отличий, званиями и т.п. и превращая в сплошные развлечения не только досуг, но зачастую и время своих профессиональных занятий, имея под рукой для этого обслугу на все.

Люди культуры массового потребления доступных удовольствий лгут так же легко и естественно, как дышат. Воруют столь же привычно и обыденно, как чистят зубы. Практически всю свою взрослую жизнь сохраняют детские привычки к удовольствиям, сладкому и игрушкам, которые меняют только модификацию, конфигурацию. Воздушные шары, мороженое и плюшевых медвежат сменяют модные костюмы, драгоценности, “мерседесы”, яхты, марки телевизоров, коллекционных ружей и т.п. цивилизованная мишура, виды и модификации которой беспрерывно множатся, забавляя и услаждая все новые поколения взрослых детей с укладом пещерной психики. Процесс реставрации и строительства все новых величественных храмов никоим образом ничего не меняет в главном жизненном устремлении людей цивилизации денег - получении удовольствий от жизни любыми способами и средствами, прежде всего с помощью приверженности к алкоголю, курению, сексуальным непотребствам, что уже само по себе даже в минимальном и самом дешевом наборе занимает все свободное время жизни, не оставляя практически ничего для человеческой духовности. Сами эти множества людей, подвизающихся на разнообразных ролях “сферы услуг”, специализируются и “совершенствуются” только в умении провоцировать и поощрять физиологические инстинкты “широких народных масс” потребителей в весьма узком и однообразном до бедности спектре: от обжорства до необузданного секса, обильно приправленных табаком, алкоголем, наркотиками, разнообразными эстрадными шутками-прибаутками на эти темы. Вся эта индустрия шоу-досугов не только “занимает” низкопробно-пищеварительной масскультурой практически все свободное время жизни “народных масс”, но и изымает не менее 2/3 их семейного бюджета, их заработков, обогащая разнообразных видео-, аудиомагнатов, всяких там хитроумных пришельцев из космоса, управляющих незрелыми головами и душами аборигенов через их желудки и крайнюю плоть»[901].