Читать онлайн «Запад. Феномен западнизма». Страница 98

Внутри коммунистических клеточек имеет место своеобразная демократия в виде всякого рода собраний, совещаний, советов, комиссий и т. п. рядовых сотрудников. И она оказывает влияние на состояние дел и на положение сотрудников. Внутри западнистских клеточек действует жестокая дисциплина и отсутствует какая бы то ни было демократия.

Такая предельная деловая рационализация западнистских клеточек не означает, что все неделовое, изъятое из нее, вообще изъято из общества в целом. Все то, что имеет какую-то ценность для общества и может стать источником дохода или предметом социальной жизнедеятельности, тут становится либо делом особого рода клеточек, либо функцией особого рода общественных организаций (партий, профсоюзов и т. п.). В обществе в целом происходит максимально возможное разделение дел, способностей, функций людей. Отдельные свойства людей и их объединений обособляются от них в виде дел особых клеточек.

Анализ микроструктуры западнистского и коммунистического общества показывает, что они несовместимы в самой своей основе. Естественное (то есть путем эволюции в силу внутренних социальных законов) превращение одного в другое исключено. Теория конвергенции коммунизма и капитализма, опиравшаяся на поверхностные факты уподобления советского и западного общества по ряду признаков, не случайно оказалась забытой. Уподобление двух различных социальных систем не есть превра щение одной в другую. Млекопитающие, живущие в воде, во многом уподобились рыбам, но не превратились в рыб.

Чтобы превратить основные клеточки общества в коммунистические, надо начинать не с них, не снизу, а сверху, то есть с идеологической подготовки масс и с захвата власти организацией революционеров, как это сделали русские коммунисты во главе с Лениным. И лишь на этой основе постепенно создавать коммунистические клеточки, как это сделала коммунистическая власть во главе со Сталиным в России, Это в случае имманентного возникновения коммунизма. Другой путь — навязывание коммунистической системы внешней силой, захватившей данную страну, как это имело место в странах Восточной Европы после Второй мировой войны. Для западных стран исключен как первый, так и второй путь. Первый путь исключен постольку, поскольку в западных странах нет никаких условий и никаких сил для такой трансформации. А второй путь исключен, поскольку Запад сейчас сам стремится к миро-вому господству и имеет для этого силы.

Чтобы превратить советское коммунистическое общество в общество западнистское, советские реформаторы должны были бы прежде всего превратить коммунистические клеточки в западнистские, то есть начинать снизу, как это соответствует природе западного общества, а не с высот власти. Но это было априори невозможно. Для этого нужен человеческий материал, какого в России нет и не предвидится. Нужен опыт в организации трудового процесса в соответствии с принципами Западнизма, а на это нужно историческое время. Нужны тысячи и тысячи всякого рода условий, каждое из которых по отдельности кажется выполнимым, а все вместе не будут в России выполнены никогда и ни при каких обстоятельствах. А без перерождения общества на уровне микроструктуры Россия никогда не станет страной западнизма. Она может стать лишь сферой колонизации для Запада, как это и происходит на самом деле в результате разрушения коммунистической системы сверху (усилиями власти) и извне (усилиями Запада),

Два аспекта (деловой и коммунальный) в макроструктуре общества представлены прежде всего и главным образом экономикой и системой государственно сти. В западнистском обществе первая доминирует. Но это не означает, что вторая является слабой. Сфера государственности Запада нисколько не уступает государственности бывшего Советского Союза, хотя в последнем она доминировала над экономикой. В коммунистическом обществе государственность доминирует над экономикой. Однако в деятельности государства именно проблемы экономики играют, как правило, важнейшую роль. Подчеркиваю: в деятельности именно государства, как исполнение государством его функций.

Западное общество с экономической точки зрения считается капиталистическим. Так это или нет? Ответ на вопрос зависит от определения понятий. Можно принять такие определения. Капитал есть сумма денег, используемая с целью приобретения дополнительных денег (прибыли). Капиталистические отношения между людьми суть отношения между ними в процессе функционирования денег как капитала. Общество является капиталистическим, если в нем достаточно сильно развиты и даже доминируют капиталистические отношения. Но можно принять и другие определения. Капиталист есть человек (или группа людей), который приобретает за деньги средства труда, нанимает работников для их использования, организует производство вещей или услуг, сбывает их за деньги. Он это делает с таким расчетом, чтобы покрыть все свои затраты, выплатить налоги и оставить себе на жизнь. Причем он должен это делать в течение длительного времени и регулярно — это должно стать его постоянной работой. Короче говоря, капиталист есть человек (объединение людей), который живет за счет прибыли от организации какого-то дела путем покупки средств труда и найма рабочей силы. Источником его дохода является эксплуатация наемного труда. И делает он это на свой страх и риск. Общество является капиталистическим, если в нем доминирующую роль в экономике играют капиталисты.

Приведенные группы определений сами по себе не противоречат друг другу. Но они отражают один и тот же объект с различных точек зрения. Потому возможно такое, что подход с ними к какому-то объекту даст противоречивые результаты. Именно так обстоит дело с современным западным обществом. Оно будет оцениваться как капиталистическое с точки зрения одних определений и как некапиталистическое с точки зрения других. А так как существуют многие десятки различных определений капитализма, то чисто терминологический аспект способен вообще безнадежно запутать довольно простые проблемы.

Современное западное (западнистское) общество с экономической точки зрения есть общество денежного тоталитаризма. На эту тему я выше писал достаточно много. Добавлю к этому еще следующее. В обществе денежного тоталитаризма сложился грандиозный механизм, осуществляющий и охраняющий этот тоталитаризм. Он стал одной из важнейших опор западного общества. Его образует гигантская финансовая система, которая теперь обусловлена прежде всего необъятным числом денежных операций, охватывающих все стороны жизни людей и общества в целом. Это механизм особого подразделения делового аспекта общества — денежного дела. Но в силу особой роли этого дела он превратился в механизм функционирования общества как целого и во всех его элементах. Он стал явлением надэкономическим и надполитическим, а не просто явлением в рамках экономики как таковой.

Денежный механизм западнизма есть гигантский капитал, овладевший всем обществом. Но он почти полностью укомплектован наемными работниками, каждый из которых по отдельности есть лишь его слуга. Внутри его господствуют отношения командования, сговоры, согласования и прочие явления, не имеющие ничего общего с отношениями чисто экономическими. Он антидемократичен. В каждом его подразделении господствует беспощадная, роботообразная дисциплина. Он деспотичен по отношению к прочему обществу. Никакая диктаторская власть в мире не может сравниться с ним в этом качестве.

Чтобы такой денежный механизм сложился, нужна богатая и всесторонне развитая экономическая система с отработанным механизмом самоорганизации, сильное государство, педантично выполняющее финансовые функции, то есть являющееся участником самого этого механизма, устойчивая валюта и многое другое, чего не было, нет и не предвидится в России. Самое большее, что тут возможно, — это ублюдочные, воровские и гра бительские подобия банков, полностью подчиненные денежному механизму Запада.

Что касается роли и состояния денежного механизма в коммунистическом обществе вообще, то тут в принципе невозможно нечто подобное денежному механизму западнизма в силу самих основ и законов коммунистической организации общества. Такой механизм есть гигантская деловая машина, целиком и полностью подчиняющая себе коммунальный аспект общества, а значит, убивающая всякие значительные явления коммунизма.

Капитализм не есть нечто раз и навсегда данное. В его истории различают два периода — периоды «старого» и «нового» капитализма. Я их различие вижу в следующем.

"Старый" капитализм был по преимуществу множеством индивидуальных капиталов, вкрапленных в общество некапиталистическое по общему типу. Хотя капиталисты хозяйничали в обществе, последнее еще не было тотально капиталистическим, поскольку степень вовлеченности населения в денежные отношения по законам капитала еще не была всеобъемлющей. Лишь в XX веке западное общество стало превращаться в тотально капиталистическое, то есть в западнистское. После Второй мировой войны отчетливо обнаружилась тенденция к превращению больших территорий и целых стран в объединения, функционирующие как огромные денежные системы и капиталы. Дело тут не в концентрации капиталов, хотя и это имело место, а в организации жизни большинства населения этих объединений таким образом, будто оно стало средством функционирования одного капитала. Новое качество в эволюции капитализма возникло по линии вовлечения масс населения в денежные операции по законам капитала, увеличения множества таких операций и усиления их роли в жизни людей. Этот процесс был связан с усилением роли государства в денежных операциях, с разрастанием денежного законодательства, с упорядочиванием и регламентированием отношений между работодателями и наемными лицами; со структурированием предпринимательства, с ограничением конкуренции и свободы ценообразования, короче говоря — с социальной организацией и регулированием всей системы жизни общества по законам функционирования денег в качестве капитала.