Читать онлайн «Угреша. Страницы истории». Страница 52

Поскольку упор в трудкоммуне N№ 2 был сделан на трудовое воспитание в коллективе, необходимо было расширять производство. Как писал А.С. Макаренко, «логика хозяйства и логика труда вместе дают железную логику коммуны»9. Под руководством опытных вольнонаемных мастеров коммунары постепенно осваивали рабочие профессии, мастерские оснащались передовым по тому времени оборудованием. Уже в 1928 году было выпущено продукции на 221 000 рублей и даже получена небольшая прибыль. В 1929 году начал сказываться недостаток производственных помещений. Хозяйственное управление ОГПУ выделило значительные денежные средства на строительство заводов и фабрик. Возводились новые корпуса, закупалось современное импортное оборудование. Одновременно построили новую сушилку, парокотельную установку, электроподстанцию, провели шоссейную дорогу. Строительство железнодорожной ветки до станции Панки нашло отражение в знаменитом фильме «Путевка в жизнь», снимавшемся преимущественно в Болшевской коммуне.

Самым мощным предприятием трудкоммуны был инкубаторный завод «Спартак», часть продукции которого шла на экспорт. Помимо инкубаторов и брудеров завод выпускал промышленные вентиляторы и электроаппаратуру. К концу 1932 года в трудкоммуне действовало уже четыре завода: «Спартак», фибролитовый, электроремонтный и радиозавод. Работала музыкальная фабрика, где был еще бильярдный цех. Обувные мастерские вместе с 252 квалифицированными коммунарами перевели в Болшевскую трудкоммуну. По данным газеты «Дзержинец» от 13 апреля 1937 года, годовой объем производства предприятий составил около 72 млн. рублей в текущих ценах, а численность работающих была около 5000 человек, из которых 20 % – коммунары.

Большое внимание уделялось в трудкоммуне производственному обучению. Если поначалу коммунаров учили прямо в мастерских, то позднее при каждом заводе открылись фабрично – заводские училища, работала общеобразовательная средняя школа, вечерняя школа для взрослых. В 1932 году начал работу ВТУЗ, являвшийся филиалом вечернего отделения Московского энергетического института. Во ВТУЗе на разных курсах занималось примерно 120 человек, и еще 300 человек обучалось на рабфаке. Для проведения занятий приезжало 26 преподавателей МЭИ. Первыми получили дипломы инженеров 28 человек в 1938 году. Над ВТУЗом шефствовал Московский электрозавод. Некоторые коммунары ездили на учебу в Москву: в консерваторию, Литературный институт, художественные училища и другие учебные заведения.

Угрешское народное училище было закрыто в 1918 году, а в самом начале 1919 года, на Рождество, значительно пострадало от пожара. Удалось вынести кое – какое имущество и иконы из церкви Святого Духа. Достоверно неизвестно, было ли возгорание результатом намеренного поджога на великий православный праздник или произошло случайно от беспечности красноармейцев, для которых здесь были устроены курсы. Наиболее серьезно пострадавшие стены были постепенно разобраны окрестным населением на кирпичи для хозяйственных нужд, а в уцелевшей части училищного комплекса в 1930–1940–е годы находилась детская техническая станция (ДТС), объединявшая много разных кружков: авиамодельный, цветочный, где ребята постигали искусство изготовления цветов из ткани и бумаги, и другие. Участница цветочного кружка Т.Н. Рудко вспоминает: «Моя подружка Таня Слободчикова однажды сочинила экспромт:

Вот какая задорная, творческая атмосфера царила на нашей станции»10.

С ростом производства привлекалось все больше вольнонаемных работников, приезжавших с семьями, да и сами повзрослевшие коммунары становились семейными людьми. Поэтому одновременно стоились жилые дома из производимого в коммуне фибролита. В начале 1930–х годов появилась уже целая новая улица (ныне часть ул. Бондарева). Благоустраивались скверы, были разбиты цветники, устроены фонтаны. Коммуна все больше превращалась в рабочий поселок, где проживало около 10 000 человек.

Был возведен кирпичный клуб11 в стиле конструктивизма, являющийся памятником архитектуры той эпохи. В клубе работала библиотека, в различных кружках занималось около 700 человек. Особенными успехами выделялись студия живописи, народные театры, четыре оркестра и ансамбль песни и пляски, создателем которого был известный композитор и хоровой дирижер А.В. Александров. Руководил этим коллективом коммунар Александр Тихомиров. Часть участников ансамбля позднее перешла в знаменитый ансамбль песни и пляски Красной Армии. Особой любовью коммунаров и окрестных жителей пользовались спектакли театра – студии, где ставились и классические пьесы, и современные. В многотиражной газете «Дзержинец», издававшейся в 1937–1939 годах, работал ответственным секретарем известный поэт Ярослав Смеляков. Он был репрессирован, но отбывал несправедливое наказание не в тюрьме, а трудкоммуне. Смеляков писал не только производственные репортажи, но и рецензии на постановки театра, которым руководил режиссер Н.Н. Виноградов. Стихотворение «Машенька» Смеляков посвятил талантливой самодеятельной актрисе Марии Мамоновой (в замужестве Проворовой), к которой питал неразделенную сердечную склонность:

Театральные коллективы трудкоммуны показывали свои спектакли в Люберцах и Москве, а на сцене местного клуба выступали известные артисты, в числе которых Л. Собинов, И. Козловский, А. Нежданова, В. Качалов, И. Москвин. В середине 1930–х годов в трудкоммуне режиссером Н.В. Экком снималась кинокартина «Ангел», продолжение известного фильма «Путевка в жизнь». В съемках участвовало около сотни коммунаров.

Многие ребята занимались спортом. Построенный стадион был в то время самым большим в Ухтомском районе. При первичной организации ОСОАВИАХИМа работали баскетбольная, футбольная, легкоатлетическая, парашютная секции, лодочная станция, кружок планеристов, располагавший собственными планерами и учебными самолетами. Футбольная команда была наиболее известной. Она принимала на своем поле московские команды «Спартак» и «Динамо», а однажды даже сборную Уругвая. Спортсмены ежегодно участвовали в торжествах на Красной площади.

Совместно с Болшевской трудкоммуной издавалась газета «Коммунар» (1933–1936 годы), журнал «За коммуну». В 1936 году, когда отмечалось десятилетие со дня смерти Ф.Э. Дзержинского, трудкоммуне N№ 2 было присвоено его имя, которое унаследовал рабочий поселок, ставший самостоятельной административной единицей в 1938 году. Тогда же перед монастырем на средства коммунаров был установлен бетонный памятник Ф.Э. Дзержинскому, простоявший 65 лет и рухнувший во время бури осенью 2003 года. На территории поселка были установлены также бюсты В.И. Ленина, И.В. Сталина, М. Горького.

Издаваемая в те годы местная газета «Дзержинец» выходила тиражом 1500–2000 экземпляров дважды в неделю. К сотрудничеству в качестве рабкоров привлекались коммунары. Ее содержание отражало жизнь коммуны: производственные успехи и проблемы, социалистическое соревнование, культурные и спортивные мероприятия, работа партийной, комсомольской и профсоюзной организаций. Печатались всевозможные агитационные материалы. Не вдаваясь в подробности деятельности этих организаций, которая была вполне в духе того времени, отметим, что комсомольская ячейка насчитывала около 800 членов и являлась одной из самых крупных в районе. В профсоюзах, по данным газеты «Дзержинец» от 13 июля 1937 года, состояло 2640 человек, то есть больше половины работающих.

К сожалению, не только эту в целом весьма позитивную информацию можно почерпнуть из подшивок «Дзержинца». Помещались там и такие статьи, как «Вооружимся бдительностью», направленные против якобы действовавших «врагов народа». Волна сталинских репрессий прокатилась по трудкоммуне в 1937–1938 годах. Пострадали многие коммунары и вольнонаемные работники, прежде всего руководители высшего и среднего звена. Особенно много людей арестовали на фибролитовом заводе, где работал инженером «враг народа» Глебов, приемный сын репрессированного политического деятеля Л.Б. Каменева. Поводом для арестов могла послужить любая производственная неурядица, объявленная «вредительской»: поломка станков, очереди на автобус, якобы недостаточная рентабельность фибролита…

В конце 1937 года арестовали директора фибролитового завода Н.Е. Малахова, заведующего отделом М.И. Сафронова, механика А.Н. Разумова – Сергеева, помощника директора завода «Спартак» Я.Я. Маслова, калькуляторщика А.В. Емельянова, руководителя группы снабжения П.П. Эгле, заведующего сбытом трудкоммуны И.И. Бурцева и многих других12. Им предъявили абсурдные обвинения в принадлежности к террористическим контрреволюционным организациям. Все они были расстреляны в январе 1938 года по приговорам пресловутых «троек». Добрались и до Е.П. Смелянского, который тогда был управляющим коммуной. Его также репрессировали и расстреляли в начале 1938 года, семью выслали. В тот же период, как отмечалось выше, арестовали и М.С. Погребинского. Такова была «награда» властей за самоотверженную работу этих людей по ликвидации беспризорности. Все они посмертно реабилитированы после 1956 года, а настоящая благодарность к ним осталась в памяти их воспитанников, которым они действительно дали «путевку в жизнь».