Читать онлайн «История Украинской ССР в десяти томах. Том третий». Страница 69

Проза. Беллетристика. После воссоединения Украины с Россией в украинской литературе продолжали развиваться черты и свойства, характерные для нового времени. Во второй половине XVII в. ослабляется зависимость литературы от церковно-религиозного мировоззрения, искусство слова постепенно выделяется как самостоятельная область творчества, становятся более выразительными его светские и эстетические функции, определяется художественная тематика, вырабатываются формы и способы художественного словесного изображения. Внимание писателей все больше сосредоточивается на человеке. Утверждаются роды и виды собственно художественной литературы. В произведениях писателей второй половины XVII в. находят отражение экономические, исторические, политические и культурно-просветительные процессы, а также классовые противоречия и художественные вкусы эпохи.

Вторая половина XVII в. — период расцвета в украинской литературе стиля барокко. Литературная практика согласовалась с теоретическими положениями школьных курсов поэтики и риторики. Преподаватели этих курсов использовали трактаты западноевропейских теоретиков, высказывая при этом собственные соображения с учетом своеобразия местных условий и достижений отечественной литературы. В них разрабатывались вопросы о происхождении художественного словесного творчества, его предмете и целях, об особенностях стихосложения, о литературных родах и видах, характере прозаического и, в частности, ораторского изложения. Расширялся круг создателей литературы: кроме представителей духовенства в качестве писателей выступают странствующие дьяки, студенты, выходцы из мелкой шляхты, казаков и даже крестьян.

Существенную роль продолжали играть полемические жанры — трактаты, диалоги, диспуты, памфлеты, послания. В ту пору полемические тенденции были свойственны и другим жанровым разновидностям литературы: проповедям, житиям, повестям и рассказам, стихам.

Православным полемистам приходилось дискутировать как с католиками и униатами, так и с последователями иудаизма и особенно ислама — идеологической основы турецкой и татарской агрессии. Активными полемистами были церковные деятели, писатели и ученые Лазарь Баранович, Иннокентий Гизель, Иоанникий Галятовский, Феодосий Сафонович, Варлаам Ясинский и др.

Полемисты обсуждали не только теологические, но и философские и социально-политические проблемы. Заметными явлениями литературной жизни того времени стали «Разговор белоцерковский» (1676) и «Фундаменты» (1683) Иоанникия Галятовского, анонимное публицистическое произведение «Наветы» (1667–1671), «Новая мера старой веры» (1676) Лазаря Барановича.

Достижением украинской литературы в области антикатолической и антиуниатской полемики был трактат Иоанникия Галятовского «Фундаменты». В этом произведении ярко описаны притеснения народа феодалами, ухищрения, посредством которых католическое духовенство и паны принуждали православных к унии. В нем содержится немало выразительных и колоритных бытовых зарисовок.

В конце XVII в. антикатолическая и антиуниатская полемика распространялась и в Закарпатье. Среди местных полемистов выделяется Михаил Андрелла (Оросвиговский), автор двух объемистых произведений — «Логос» (1691–1692) и «Оборона каждому правоверному человеку» (1697–1701).

Развивалась также ораторско-проповедническая проза — действенное средство разъяснения христианской догматики и морали, а также пропаганды актуальных социальных и политических идей. Выполняя публицистические и просветительские задачи, проповедь являлась одновременно формой словесного искусства. Видными проповедниками являлись Лазарь Баранович, Иоанникий Галятовский, Антоний Радивиловский, Стефан Яворский, Димитрий Туптало, Феофан Прокопович. Часть проповеднического наследия Стефана Яворского, Димитрия Туптало, Феофана Прокоповича принадлежит также русской литературе: свою деятельность они продолжали в Москве, Петербурге, Рязани, Новгороде, Ростове.

В проповедях отражались различные классово-политические позиции авторов. В религиозной форме одни проповедники выражали чаяния народных масс (Антоний Радивиловский, анонимный автор «Слова о бездождии»), другие — взгляды феодальной верхушки общества, с презрением и враждебностью относились к простому народу (Игнатий Старушич). Нередко идейные противоречия и непоследовательности переплетались в творчестве одного и того же автора (Лазарь Баранович, Стефан Яворский).

Титульная страница книги «Ключ розумѣнія» И. Галятовского (1659).

В ораторско-проповеднической прозе проявлялось стремление к познанию окружающего мира. Образцом для подражания Иоанникий Галятовский выдвигал человека, твердого в вере, борющегося за отчизну, освобождающего невольников. Антоний Радивиловский как добродетель рассматривал стремление людей к мирут покою и согласию. Проповедники вторгались и в реальную политику, призывая к борьбе против турецкой агрессии (Иоанникий Галятовский, Антоний Радивиловский), прославляя воссоединение Украины с Россией (Лазарь Баранович), поддерживая либо критикуя те или иные деяния Петра I (Стефан Яворский, Феофан Прокопович), а некоторые из них поднимались к осмыслению социальной несправедливости в обществе, проявляя способность болеть «обидами и слезами человеческими» (Димитрий Туптало в «Поучении на память святого Евстафия Планиды»),

Проповедники уделяли большое внимание литературной форме своих поучений. Чаще всего проповеди строились на сравнении, аналогии, метафоре, аллегории.

В литературе продолжали развиваться агиографические жанры. Писатели приспосабливали житийное наследие к новым идейным и стилевым потребностям, опираясь на достижения русской литературы, на опыт западноевропейских и польских агиографов, выделяя при этом светские мотивы. Чаще всего перерабатывались жития популярных святых. Эти переработки оказали заметное влияние на повести, стихотворения, драмы, проповеди.

Титульная страница книги «Аполлон христианский» Л. Барановича (1670).

Украинские агиографы интересовались древнерусскими житиями, используя: их в полемической борьбе с врагами православия. Бурный XVII век породил в среде светских и церковных феодалов, шляхты, казацкой старшины стремление обезопасить себя от внешних врагов и главным образом от антифеодальных народных восстаний и движений. Представители господствующего класса в героях княжеских житий стали искать образцы идеальных правителей, способных обеспечить их классовые интересы. Писатели не удовлетворялись иконописными ликами этих героев, созданными древними агиографами. Они пытались передать старые образы в новых формах, соответствующих требованиям эпохи. Возникло несколько оригинальных барочных переработок старых княжеских житий в своеобразные историко-беллетристические повести. Продолжалось использование оригинальной литературы Киевской Руси, прежде всего легенд «Киево-Печерского Патерика». Обрабатывая легенды о чудесах святых, агиографы уделяли значительное внимание местному материалу фольклорного происхождения. Во многих легендах звучали социальные и патриотические мотивы. Приобретал популярность жанр стихотворений на агиографические сюжеты. Большой цикл таких стихотворений издал Лазарь Баранович под названием «Аполлон христианский» (1670).

Самым выдающимся памятником агиографической литературы является четырехтомное собрание «Житий святых» (1689–1705) Димитрия Туптало. Сюжетный материал для агиографических повестей этой книги автор черпал из многих славянских (в частности, русских), греческих и латинских источников. Он работал над житиями не столько как историк церкви, сколько как моралист и беллетрист: для него важны были прежде всего поучительность и занимательность разрабатываемых сюжетов. Деятельность Димитрия Туптало сыграла заметную роль в расширении и укреплении русско-украинских культурных связей.

Писатели, продолжая предшествующие традиции в беллетристике, пересказывали западноевропейские повести и рассказы времен средневековья и эпохи Возрождения. Популярностью пользовались легендарные повести. В них внимание сосредотачивалось на морально-этических проблемах человеческой жизни: бессмысленности и тщетности человеческой гордыни («Повесть о гордом царе»), торжество добра над злом («Повесть о богобоязненном молодце»), верности слову («Повести о царе Сонхосе») и т. д. В этих сюжетах просматривались социальные противоречия общественной жизни того времени.

Переводились и пересказывались западноевропейские средневековые романы и повести и их ренессансобарочные трансформации типа «Освобожденного Иерусалима» Торквато Тассо. Рыцарские повести авантюрно-куртуазного содержания импонировали высшим кругам общества. Казацкой старшине приходились по вкусу многочисленные описания битв, побед и разного рода военных приключений. Читателей-горожан в этих повестях привлекали трогательные эпизоды бытового и психологического плана.