Читать онлайн «Империя смерти». Страница 52

Огромную роль сыграл Гейдрих и в обосновании «теории» очищения захваченных нацистами территорий от всех «потенциальных» противников: именно Гейдрих — автор проекта массового истребления населения.

Однако согласимся с западными историками. Гейдрих был не столько «теоретик», сколько технократ.

Не так уж не правы те, кто говорят: «Гейдрих умел ставить в зависимое положение всех людей — от прислуги до министра — благодаря знанию их слабостей…»

Козырем Гейдриха была на первых порах картотека, где фиксировались тайные пороки деятелей, окружавших Гитлера. Картотеку Люцифер начал создавать сразу же после прихода в Коричневый дом Гитлера. Лина Гейдрих с умилением сообщает, что сперва супруг держал карточки «в сигарных коробках», а пишущую машинку для заполнения их начальник штаба Гейдриха Гильдиш привозил на трамвае, а потом увозил тем же путем.

Впрочем, картотека явилась всего лишь первым «технократическим» достижением Люцифера. Засим последовала тотальная слежка. Следили и за функционерами НСДАП, и за иностранцами, и за «неблагонадежными».

Наконец, Гейдрих неусыпно пекся о технических (технократических?) новинках, без которых были бы невозможны массовые казни.

По данным Калика, Гейдрих экспериментировал с душегубками уже в 1939 г. в Заксенхаузене, иными словами, всего в 30 километрах (!) от Берлина. Там же были позже смонтированы и газовые камеры.

Калик с негодованием пишет о таких адвокатах нацизма, как Дэвид Ирвинг, который уверял, будто ни Гиммлер, ни Гейдрих не собирались до войны с Советским Союзом предпринимать уничтожение целых народов. Будто бы только в «трудных условиях» восточного похода у них возникла такая мысль. Между тем известно, что «изобретатель» душегубки Рауфф совместно с Розенбергом и Гейдрихом давным-давно планировали массовое уничтожение «нетрудоспособных неарийцев». А ведь кроме душегубок появились газовые камеры, и «Циклон Б», и вся, так сказать, «методика» ликвидации массы людей. «Уже весной 1940 г., — говорит Калик, — Гейдрих и Гиммлер ждали лишь кивка Гитлера, чтобы начать…»

Устройство газовых камер, продолжает Калик, выдает дьявольское намерение их создателей в самый кратчайший срок получить самые высокие результаты. Французский историк приводит описание газовых камер со слов очевидца. О газовых камерах речь пойдет ниже. Но здесь уместно сказать, что очевидец подчеркивает технические «достоинства» камер именно с точки зрения их «производительности», что ли. Если вообще можно применить этот термин к страшному процессу умерщвления ни в чем не повинных людей. «…Раздевались жертвы в страшной спешке, газовые камеры забивались до отказа, мужчин и женщин в спешке сгоняли вместе, акт убийства продолжался максимум 20–30 минут, убирали трупы в быстром темпе, сожжение производилось днем и ночью, а когда крематории не справлялись, трупы сжигали на свежем воздухе. Короче говоря, каждые два часа одна из газовых камер была готова для убийства…»

Гейдрих «позаботился» буквально обо всем: и о создании специального газа, и о «всасывающем» вентиляторе для удаления этого газа после того, как жертвы уже были мертвы, и о маскировке камер под «душевые», и даже о громкой музыке, которая играла в «предбаннике», где собирали людей, обреченных на смерть. Через громкоговорители по всему лагерю передавали тогда популярные мелодии немецких солдатских несен — «Мы идем на Британию», «Лили Марлен», «Слава Пруссии»…

Надо отдать должное нацистскому Люциферу: он знал не только то, что за границей эсэсовцев считают «кровавыми собаками» (это он сказал Бургхарду), но и то, что они таковыми являлись на самом деле. Выше уже говорилось, что Гейдрих заранее позаботился о том, чтобы скрыть следы злодеяний нацистов. Именно Гейдрих понял, что сокрытие преступлений нацизма стало «государственной проблемой». Незадолго до смерти он приказал уничтожить фотографии массовых казней и массовых захоронений и призывал к сохранению тайн «фабрик смерти». Оберфюрер СС Пауль Блобель получил специальное задание — уничтожать захоронения жертв концлагерей. Он взрывал их динамитом. Потом понял, что следы все равно остаются. Тогда нацисты поставили на поток производство «костомолок». Ганноверская фирма «Шривер АГ» создала этот механизм. А Гиммлер и Эйхман «изобрели» команду «тысяча и пять». Тысяча заключенных предназначалась для сожжения трупов, пять были «экспертами». Трупы сжигали на кострах, политых бензином. А потом уничтожали и тысячу заключенных… Это было уже после смерти Гейдриха. Но начало положил именно Гейдрих, этот предусмотрительный злодей и палач.

Нельзя забывать также, что «под занавес» Люцифер провел два страшных, быть может, самых страшных во всей своей карьере, «мероприятия». Во-первых, заключил соглашение с генерал-квартирмейстером Эдуардом Вагнером (а в его лице — со всей армией) о «террористических мерах на Востоке». Вместе с Шелленбергом и Мюллером Гейдрих в мае 1941 г. выговорил право для эсэсовских эйнзацгрупп вступать на оккупированные территории вслед за армейскими подразделениями и хозяйничать там «по своим законам» — уничтожать, жечь, грабить. Во-вторых, Гейдрих провел 20 января 1942 г. печально известную конференцию в Ванзее, где было принято так называемое «окончательное решение» — решение о ликвидации всех евреев на занятых нацистами территориях.

1 октября 1941 г., сохранив все свои эсэсовские звания, прерогативы и реальную власть, как начальник РСХА, Гейдрих получил новое назначение — стал «протектором» Моравии и Богемии[75].

27 мая 1942 г. на Гейдриха было совершено покушение, и он был смертельно ранен чешскими патриотами. Массовые казни гражданских лиц, уничтожение двух населенных пунктов — Лидице и Лежаков, расстрелы заложников — таков был «ответ» преемника Гейдриха — Далюге.

4 июня 1942 г. «мясник», «палач Праги», развязавший массовый террор в стране, а потом попытавшийся «добром» договориться с чешскими промышленниками-коллаборационистами, умер от перитонита. Ему было 38 лет. Примерно в 10 часов в этот день пражское радио сообщило: «Сегодня скончался от ран обергруппенфюрер СС и генерал полиции, начальник тайной государственной полиции и имперской службы безопасности, наместник «протектората» — Богемии и Моравии (так нацисты называли Чехословакию. — Авт.) Рейнхард Гейдрих».

Гейдрих сподобился пышных похорон. Перед его гробом, установленным в Праге, продефилировали эсэсовцы, сотрудники СД, полицейские, вермахт и чехословацкие коллаборационисты во главе с марионеткой Гахой…

Геббельс назначил государственную комиссию по похоронам. Торжественная церемония прощания состоялась 9 июня в мозаичном зале имперской канцелярии в Берлине. В 1942 г. нацисты еще верили, что им удастся создать какие-то свои, впечатляющие обряды. Характерно, что Гиммлера от организации похорон отстранили. Проповедуемый им мистический, полуоккультный ритуал в масштабах рейха казался нелепым. Так что после смерти Гейдриха его фальшивого герба не стали сжигать, как это полагалось у эсэсовцев высокого чина. У гроба Гейдриха стояла злющая ведьма — Лина Гейдрих, которая решила, что настал ее час; в качестве германской Валькирии и вдовы обергруппенфюрера она задумала сделать большую политическую карьеру. Но Гиммлер быстро осадил вдову, сказав, чтобы она лучше занялась детьми.

Речь на похоронах произнес сам Гитлер, хотя в толпе шептались, что он довольно сдержанно относился к покойнику. Гитлер закончил свою речь словами: «Как фюрер НСДАП и фюрер немецкого рейха, я даю тебе, дорогой Гейдрих, второму немцу после Тодта (Тодт строил автострады и создавал военную промышленность Германии и к тому времени тоже умер. — Авт.), самую высокую награду, какую только могу присвоить: я награждаю тебя наивысшей степенью Германского Ордена».

Итак, покойник получил еще один орден. После похорон Гиммлер поставил на свой письменный стол посмертную маску Гейдриха, но очень скоро убрал ее. Маска исчезла бесследно. Смерть Гейдриха развеяла миф о всесилии карательного аппарата «третьего рейха». В самом деле, ближайшего помощника рейхсфюрера СС убили средь бела дня в людном месте. При этом участников покушения нашли не благодаря «зоркости» карательного аппарата, а из-за преступного легкомыслия деятелей чешской оппозиции в Лондоне, которые переправили в Чехословакию предателя Чурду, не скрывавшего своих симпатий к гитлеризму. Теперь мы все это доподлинно знаем. Нет, история с Гейдрихом Гиммлеру лавров не принесла. И хотя по Чехословакии прошла волна чудовищных репрессий: казни патриотов, резня в церкви Кирилла и Мефодия, Лидице — вот далеко не полный перечень террористических актов СС, которые они совершили, «мстя» за Гейдриха, — но кровавый террор не смог заставить чехословацких патриотов, участников партизанского движения в других странах, оккупированных гитлеровцами, прекратить борьбу.