Читать онлайн «Пассионарная Россия». Страница 121

Но вернемся к социально-экономическим аспектам этого исторического сюжета. Дранков ранее других почувствовал возможность хорошо заработать на новом изобретении, что было, по мнению историков, главной для него двигательной силой. Но он также правильно уловил и перспективное направление развития русского кинематографа – путь экранизации литературных произведений. За короткое время были экранизированы десятки произведений русских и иностранных писателей – Пушкина, Гоголя, Л. Толстого, Островского, Лермонтова, Чехова, Бальзака, Диккенса. Конечно же, эти достаточно примитивные фильмы давали о литературной основе весьма приблизительное представление, но были своего рода рекламой их, обращая внимание простого люда на сюжеты произведений выдающихся мастеров литературы. Кто знает сколько мещан, рабочих и крестьянских детей обратились после этих лент к литературным первоисточникам?

Бывали и курьезы. В 1917 г. Дранков снял фильм по рассказу М. Горького «Коновалов», весьма отдаленное отношение имевший к произведению писателя. После падения самодержавия и последовавшего за ним расследования преступлений царского двора и сановников Дранков решает заработать на интересе публики к этому сюжету и… вновь выбрасывает на «кинорынок» «фильму» «Коновалов», но под названием «Драма из жизни Григория Распутина». Афера была разоблачена, но заработал на ней Дранков немало. Более удачной была его деятельность не в «игровом», а в документальном кино. Кроме упоминавшегося фильма 1908 г. о Л. Толстом, он с 1912 г. выпускает журнал «Обозрение России», став на долгие годы главным мастером событийных съемок.

Истинным же пионером отечественного кинематографа и игрового российского кино стал Александр Алексеевич Ханжонков, отличавшийся от многих других предпринимателей широтой кругозора и серьезным, увлеченным отношением к кинематографу. Казачий офицер из обедневших помещиков после семи лет службы в полку выходит в отставку и посвящает себя новому делу, новому для всей России – кинематографу; создает в Москве в 1906 г. вначале контору по продаже иностранных лент и киноаппаратуры, а затем и кинофабрику. Вскоре «Торговый дом А. Ханжонкова» успешно конкурировал с фирмой «Патэ». Только в период 1909–1914 гг. им было выпущено свыше 70 картин. По объему производства его фирма занимает первое место в России. Он снимает классику и, что важно с тех же просветительских позиций, исторические ленты: «Ермак Тимофеевич – покоритель Сибири», «Оборона Севастополя», «1812 год», а также хронику и научно-учебные ленты. С ним работают такие видные режиссеры, как Е. Бауэр и П. Чардынин. Кроме них, в кинематограф России входят в первое десятилетие XX века такие ставшие впоследствии крупнейшими мастерами российского кино режиссеры, как В. Гардин и Я. Протазанов. Как признавал сам А. А. Ханжонков в книге «Первые годы русской кинопромышленности. Воспоминания», самое трудное было найти людей «для художественных постановок» – талантливых профессиональных режиссеров. В 1911–1912 гг. Ханжонков пытается привлечь к работе в кино не только театральных режиссеров, но и известных литераторов – А. Аверченко, Л. Андреева, А. Амфитеатрова, М. Арцибашева, А. Куприна, Ф. Сологуба, однако и те, и другие пока что к кинематографу относятся скептически. Опираться приходится лишь на энтузиастов, сделавших кино своей профессией.

К достоинствам российских кинопромышленников относится, за редким исключением, их весьма патриотическое стремление к использованию кинематографа в просветительских целях. Наряду с экранизацией (пусть примитивной) произведений крупнейших русских писателей снимаются сцены из спектаклей. Так, пользовались успехом у публики отрывки из театральной постановки «Князя Серебряного» А. К. Толстого Петербургского народного дома и из «Псковитянки» Л. Мея и «Русской свадьбы в исходе XVI века» П. Сухотина в постановке Введенского народного дома. Снимались и гастроли в Петербурге – украинского театра с «Богданом Хмельницким» М. Старицкого и «Запорожцем за Дунаем» С. Гулак-Артемовского. В 1909–1914 гг. экранизируются почти все значительные пьесы, шедшие в это время на столичных сценах. К упоминавшимся выше историческим фильмам нужно добавить снятые в первые 15 лет XX века ленты «Эпизод из жизни Дмитрия Донского», «Марфа Посадница», «Петр Великий», «Запорожская Сечь», «Наполеон в России», «Воцарение дома Романовых», «Покорение Кавказа», историко-биографические «Ломоносов», «Жизнь и смерть А. С. Пушкина» и др. А. Серафимович в статье «Машинное надвигается» сравнивает современный ему репертуар с «книгами для народа» – типа «Битвы русских с кабардинцами» или «Еруслана Лазаревича». «Это, – пишет он, – тот же расчет на самые низменные вкусы и инстинкты». Фильмы начала века действительно напоминают в подаче литературных и исторических сюжетов книжный лубок. Но сегодня мы уже иначе относимся к месту лубка в нашей народной культуре, признавая определенную просветительскую его роль в стране с миллионами неграмотных и малограмотных, воспринимавших только лишь адаптированную информацию (в том числе и художественную). Белинский и Гоголь, как о том мечтал в известном стихотворении Некрасов, не сразу могли заменить лубочных героев. Итак, кинематограф тоже начинал как лубок. Тут нет ни достоинства его, ни недостатка. Лишь констатация факта. Так его и нужно воспринимать – как факт нашей культурной жизни начала века. И явным преувеличением кажется сегодня обвинение, предъявленное в газете «Правда» в 1914 г. в статье «Кинематограф и рабочие», в том, что кино является «рабом вкусов изнеженных высших классов общества, слугой капитализма».

Постепенно, несмотря на неприятие со стороны государя – за возможность использования в антиправительственной пропаганде, и со стороны РСДРП – за «пропаганду буржуазной пошлости», несмотря на слезы печали М. Горького и ворчание великого яснополянского старца, кинематограф России креп и развивался. Если в 1909 г. было выпущено 23 картины, то в 1916-м – около 500, сообщает Р. Соболев. По мнению Р. Соболева, время расцвета русского кино, хронологически совпадая с Первой мировой войной, имеет свое объяснение: прекратилась из-за войны конкуренция со стороны иностранных компаний, спрос на картины рос, и даже после повышения цен на билеты кинотеатры были переполнены. Спрос определил предложение: продолжился рост кинопроизводства. Этот сюжет продолжает Н. А. Лебедев, объясняя, в частности, рост интереса к кинематографу в России периода войны рядом факторов, среди которых: прекращение продажи водки, увеличение городского населения, инфляция, при которой население стремилось быстрее избавиться от бумажных денег, тяжелые военные переживания, желание многих «забыться», – все это и повысило спрос на зрелищные развлечения, и в первую очередь на самое доступное из них – кино.

При росте числа фильмов и их метража на прежнем уровне остается материально-техническое оснащение кинопроизводства. Причина тут и в том, что русская кинопромышленность не производила ни киноаппаратуры, ни кинофотоматериалов, считая более выгодным ввозить все это из-за границы, и в том, что государственная бюрократия не проявляла к этому плебейскому развлечению необходимого внимания. Показательный пример приводит И. С. Зильберштейн когда за год до войны Департамент полиции представил государю доклад о переписке буржуазного депутата Государственной Думы Родичева с американцем Олыпером, Николай II на докладе наложил резолюцию: «Я считаю, что кинематография – пустое, никому не нужное и даже вредное развлечение. Только ненормальный человек может поставить этот балаганный промысел в уровень с искусством. Все это вздор, и никакого значения таким пустякам придавать не следует». Однако нужно признать: не любя кино, Николай II, тем не менее санкционировал создание в 1914 г. военно-кинематографического отдела в составе так называемого Скобелевского комитета, «состоящего под высочайшим его императорского величества государя императора покровительством». И если сам Скобелевский комитет как общественная благотворительная организация ставил целью помощь «больным и увечным воинам» и для извлечения средств на это осуществлял издательскую деятельность, то военно-кинематографический отдел осуществлял кинопроизводство и прокат военно-агитационных игровых картин и съемку кинохроники, чему мы обязаны сегодня во многом уникальными кадрами событий Первой мировой войны. В целом же в России за годы войны было выпущено свыше 1200 художественно-игровых лент. Были в этом потоке и фильмы типа «За царя и Отечество», «Всколыхнулась Русь сермяжная», «За честь русского знамени» и другие, кинолубки типа «Подвиг рядового Василия Рябова» или «Подвиг казака Кузьмы Кручкова». В нашей кинолитературе было долгое время принято относиться к ним скептически – как к шовинистической, ура-патриотической продукции, но если посмотреть на них непредвзято, они по тональности, да и по художественным достоинствам мало чем отличались от подобной продукции времен Великой Отечественной. Война – она и есть война, и патриотическая тональность в обществе в период войны естественна…