Читать онлайн «Корни блицкрига». Страница 63

Рейхсвер в сотрудничестве с Саксонским и Прусским правительствами поддерживал значительные силы пограничной охраны на всей территории Веймарской республики. Хотя сейчас сложно получить точные цифры, в 1930 году Рейхсвер оценивал количество пограничных частей как достаточное, чтобы удвоить семь существующих пехотных дивизий Рейхсвера. На бумаге численность пограничных войск достигала семидесяти-восьмидесяти тысяч,{900} хотя в реальности подготовленные формирования пограничной охраны насчитывали не более сорока тысяч человек.

Самыми эффективными резервными частями Рейхсвера была сформированная после Первой мировой войны тайная полиция. Эти части были явно военными формированиями. Полицейские жили в казармах, возглавлялись унтер-офицерами и офицерами старой армии и были приняты на службу из частей фрейкора и временного рейхсвера. Части тайной полиции проходили полноценное военное обучение и имели на вооружении винтовки, пулеметы и бронированные автомобили. Союзники, понимавшие военную природу этих частей, неоднократно требовали их роспуска. В конце концов союзники все-таки разрешили их существование, но настаивали на том, чтобы в казармах содержалось не больше тридцати двух тысяч солдат. Поскольку полицейские формирования контролировались менее тщательно, чем армия, численность тайной полиции в двадцатые годы, по оценкам, достигала семидесяти тысяч солдат.{901}

Отличное описание тайной полиции и ее отношений с Рейхсвером можно найти в неопубликованной истории Первого батальона Шестьдесят пятого пехотного полка, написанной немецким офицером примерно в 1937 или 38 годах. Эта рукопись на примере Шестнадцатого, позднее Шестьдесят пятого пехотного полка, подробно показывает, как происходило масштабное уклонение от выполнения Версальских соглашений.{902}

В Бремене, осенью 1919 года, тайна полиция была сформирована из солдата фрейкорпуса Каспари, который в свою очередь был сформирован из солдат Семьдесят пятого пехотного полка. Майор Каспари, профессиональный военный офицер, был назначен командующим бременской тайной полиции, которая первоначально состояла из двенадцати полицейских рот, двух технических рот, бронеавтомобильного эскадрона и одного кавалерийского эскадрона.{903} Тайная полиция была хорошо моторизована и обеспечена полноценным военным снаряжением, включая ручные и станковые пулеметы. Стандартным полицейским стрелковым оружием был карабин, модификация армейской винтовки Маузера 1898 года.

После протестов союзников на полицейское вооружение были наложены ограничения. Бременской части было позволено иметь только три бронированных автомобиля, ограниченное число винтовок и пулеметов, а также было приказано прекратить военную подготовку. К 1922 году тайная полиция в Бремене была сокращена до девятисот человек, организованных в двенадцать рот, один бронеавтомобильный взвод и одну моторизованную роту. Чтобы произвести благоприятное впечатление на союзнических инспекторов, стальные каски были убраны, а вместо них введены кепи. Армейские полевые кухни, военные средства связи, запасы оружия и боеприпасов также были спрятаны. Тайная полиция продолжала проходить базовое военное обучение, но уже более осторожно, чем прежде. После 1923 года подготовка тайной полиции проходила в соответствии со стандартными наставлениями Рейхсвера.{904} В ходе 20-х годов в подразделениях тайной полиции проходили милитаризованные учения в составе как небольших, так и крупных подразделений, включая боевые стрельбы. В качестве резервной силы бременская тайная полиция была готова к мобилизации в течение восьми часов, чтобы занять линию обороны на западе страны. Когда пришло время расширения армии в 1934–35 годах, силы бременской тайной полиции были эквивалентны двум-трем батальонам. С учетом высоких стандартов обучения и высокой дисциплины, части тайной полиции быстро вошли в состав армии. Программа создания тайной полиции была самым эффективным средством Рейхсвера в области быстрого увеличения армии.

Рейхсвер обладал и другими обученными резервами, которые могли служить кадрами для обучения рекрутов или создания ядра милиционных сил в критической ситуации. Как уже упоминалось в Седьмой главе, отдел организации авиации поддерживал список ветеранов ВВС, которые могли бы быть приняты на службу. Кроме того, одной из целей создания Люфтганзы была организация резервного воздушного флота, который в критической ситуации в скором времени мог начать выполнять военные задачи.

Сразу же после войны армия создала демобилизационную организацию, которая фактически оказалась системой регистрации молодых людей и ветеранов для будущего призыва. Организация оказалась достаточно большой, чтобы встревожить союзников, которые потребовали ее роспуска в 1921 году.{905} Административная часть регистрации ветеранов и молодых мужчин была осторожно передана пенсионной системе. Фон Зект также обеспечил назначение бывших офицеров на должности районных комиссаров, официальные обязанности которых были довольно-таки неопределенны, но в целом были направлены на распространение военных идей путем организации спортивного и не только обучение молодежи. Гордон Крэйг считает создание института районных комиссаров «началом создания корпуса офицеров подготовки резерва пограничной охраны и даже позднейшей армии резерва.»{906}

Хотя военнослужащие рейхсвера и должны были служить в течение двенадцати лет, а офицеры — двадцати пяти, была разработана программа регулярного увольнения солдат и офицеров до достижения ими предельных сроков службы. Это помогло Рейхсверу создать запас отлично обученных солдат и офицеров, надежность которых была бесспорна. К 1926 году процент увольнения рядового состава повысился с13 до 25. Офицерам также разрешалось оставлять службу и уходить в запас. Капитан Курт Гессе оставил Рейхсвер в 1929 году, чтобы стать гражданским преподавателем в составе армии. Его личное дело показывает, что он тогда же был переведен в запас.{907}

В 20-е годы значительные усилия были направлены на восстановление т.е. системы Крюмпера, созданной генералом Шарнгорстом в начале девятнадцатого столетия.{908} После того, как Пруссия в 1807 году была побеждена Наполеоном, прусская армия в соответствии с мирным договором была сокращена до 42 тысяч человек. Шарнгорст обошел это ограничение, призывая большое количество рекрутов на короткий срок военного обучения. Пропуская молодежь страны через учебный курс длительностью лишь несколько месяцев, эта система к 1813 году смогла создать запас из 150 000 человек, когда Пруссия снова вступила в войну против Франции.{909} В ходе Рурского кризиса германское правительство позволило возродить эту систему, одобрив вербовку в так называемые трудовые войска Рейхсвера. Эта трудовая служба фактически была прикрытием для обучения добровольцев черного Рейхсвера. В 1923 году десятки тысяч добровольцев были зарегистрированы и обучены Рейхсвером. После 1923 года система продолжила существование. В 1929 году в британском отчете было зафиксировано, что более 7000 человек проходили обучение в Рейхсвере.{910}

Резервисты черного Рейхсвера часто были организованы в формирования пограничной охраны. Эта система обеспечила намного более высокий уровень командования и контроля над резервными частями, чем существовавший во фрейкоре и националистических организациях. Однако даже в черном Рейхсвере были серьезные проблемы с дисциплиной. Некоторые его члены создали свои собственные тайные суды, вынося приговоры немцам, раскрывавшим информацию о секретных действиях Рейхсвера союзникам или левым партиям.{911} Несмотря на некоторые исключения, национальная милиция вызывала сильные патриотические чувства. Например, в ходе кризиса 1923 года многочисленные студенты из университетов Берлина, Йены. Лейпцига и Галле были готовы пройти военное обучение с полного согласия университетских властей.{912}

В 1928 году под руководством Гренера, нового министра Рейхсвера, запасная система была реорганизована. С одобрения правительства тайные резервные части перешли под более жесткий контроль Рейхсвера. Под названием «Земельная оборона» (Landesschutz) был разработан план создания и оснащения больших резервных войск. Обучение формирований пограничной охраны и краткосрочная армейская подготовка добровольцев продолжались как и прежде.{913} Генерал Гренер был активным сторонником идеи национальной милиции и в 1930 году он обсуждал с правительством возможность создания милиционной армии по швейцарской модели.{914} Гренер требовал открытого восстановления системы Крюмпера: 40 000 новобранцев ежеквартально проходили бы трехмесячный курс начальной подготовки, таким образом ежегодно создавался бы запас для Рейхсвера в составе 160 000 человек. План Гренера был вынесен на конференцию о разоружении 1932 года и сразу отклонен другими нациями.{915}