Читать онлайн «Корни блицкрига». Страница 43

Разработкой бронированной техники в 20-х годах Рейхсвер во многом обязан деятельности Освальда Лутца, центральной фигуры в процессе создания немецких бронетанковых войск в период с 1924 по 1938-й год. В 1924-м году Лутц, впоследствии подполковник, получил назначение в Управление вооружений на должность начальника отдела для курирования разработок в области моторизации войск. Его назначение на такую должность было правильным выбором. Лутц был техническим специалистом и вся его карьера была связана с армейским транспортом, начиная со службы лейтенантом в железнодорожных войсках Баварской армии и позднее, во время войны, службы в роли руководителя автомобильных войск Шестой армии.{567}. Когда Лутц получил назначение в 6-й отдел Управления вооружений, он жаловался, что со времени постройки бронеавтомобилей в 1921 году для разработки новых бронемашин не было сделано ничего.{568} Он инициировал интенсивные исследования в отделе, что привело к появлению нескольких программ по разработке оружия. В 1928 году, когда Лутц был переведен в инспекцию автомобильных войск, он оставался сторонником новых программ по разработке бронетанковой техники. Программа создания бронетанковой техники Управления вооружений также имела поддержку со стороны генерала фон Зекта, посетившего Густава Круппа в Эссене в течение нескольких дней в ноябре 1925-го года, вскоре после подготовки первых спецификаций на создание танков. Там они обсуждали танковую программу, а также разработки и научные исследования в области вооружений, который Крупп проводил на заводе Бофорс в Швеции.{569}

Автомобили

Первая мировая война продемонстрировала масштабное использование автомобилей в германской армии. В ноябре 1918 года автомобильные войска насчитывали 2000 офицеров, 100 000 солдат, 12 000 легковых и 25 000 грузовых автомобилей, 3200 санитарных машин и 5 400 мотоциклов.{570} Если бы блокада Антанты не ограничила жестко поставки нефти и каучука в Германию, то немецкая промышленность произвела бы гораздо большее количество автомобилей. В конце войны союзники располагали примерно 200 000 транспортных средств всех типов.{571}

В ходе войны германская промышленность разработала множество разновидностей автотранспортных средств, приспособленных для военной службы. Тяжелые зенитные и 77мм полевые пушки, установленные на грузовиках Эрхарда и Даймлера, получили широкое распространение. Многие из немецких тяжелых и средних грузовиков были эффективными полноприводными автомобилями. В течение нескольких лет после окончания войны Рейхсвер эксплуатировал многочисленные и разнообразные автомобили военного времени. Тяжелый грузовик Даймлер KDI обр. 1918 года со смонтированной на нем 77мм полевой пушкой оставался на военной службе вплоть до 30-х годов.{572} До конца 20-х годов командующие округами не имели возможности обеспечить автомобилями подчиненные им войска.

Экономические проблемы, присущие Германии в начале 20-х, делали невозможным любое долгосрочное планирование моторизации Рейхсвера. Однако рост немецкой экономики после 1923-го года, усиление позиций автомобильной индустрии и lifting контроля союзников на производстве гусеничных машин невоенного назначения в конце 1923-го года позволили к 1925 году вернуться к рассмотрению возможности моторизации армии. Во время экономического бума, последовавшего за 1923-м годом, в Германии резко увеличилось количество автомобилей. В 1925-м году в стране эксплуатировалось 175 665 легковых автомобилей против 100 340 машин в 1923-м году. Число грузовиков выросло до 80 363 в 1925 году с 51 736 штук в 1923-м. С 1923 по 1925 год число мотоциклов увеличилось с 54 389 до 161 508, а специальных машин (тракторов, тяжелых тягачей и т.д.) с 1 484 до 8 290 штук.{573} В 1926 г. армия представила свою первую программу моторизации, которая была скорее программным заявлением, чем реальным планом закупок техники.

Программа моторизации, постоянно пересматривавшаяся между 1926-м и 1930-м годами пыталась оценить потребности армии в автотранспортных средствах, и установить единые стандарты для закупаемой техники. Упор делался на определении тех моделей находящихся в производстве гражданских автомашин, которые лишь с небольшими изменениями могли быть приняты на вооружение. Основной целью программы было предусмотреть возможность значительной моторизации армии в условиях ее значительного роста. Возможность использования гражданских автомобилей позволило бы ускорить оснащение армии с относительно невысокими затратами. {574}

Одной из программ — разработке гусеничной, самоходной артиллерии — генерал фон Зект уделял особое внимание. В своем отчете за 1922 год фон Зект сказал об орудиях, установленных на грузовиках Эрхардт, следующее: «существующие моторизованные батареи не являются современной моторизованной артиллерией… Их возможности передвижения по пересеченной местности неприемлемы»{575} В списке приоритетов Управления вооружений, опубликованном следом за программой моторизации, разработке современной моторизованной артиллерии отдавался высокий приоритет, сразу после программы разработки танков.{576} В соответствии с идеей об использовании гражданских технологий, легкий гусеничный трактор Ганомаг с двигателем мощностью 25 л.с. оснастили креплениями для установки 37-мм противотанковой пушки Рейнметалл, а на большой 50-сильный трактор установили 77мм полевую пушку. Испытания в России показали эффективность этих полувоенных машин. Однако в конце 20-х армия, ограниченная своим бюджетом, закупила лишь несколько таких машин.{577} Некоторое количество гусеничных и колесных тракторов были закуплены напрямую у гражданских компаний для того, чтобы моторизовать часть инженерных и артиллерийских подразделений.{578}

В целом, программа моторизации оказалась самым большим провалом Управления вооружений и Инспекции автомобильных войск. Оригинальная концепция адаптации гражданского автотранспорта для использования на армейской службе оказалась весьма здравой и этот принцип был положен в основу чрезвычайно успешной программы моторизации армии США.{579} Одним из любимых высказываний фельдмаршала Гинденбурга было следующее: « На войне успешно только то, что просто». То, что сделали Управление вооружений и Инспекция автомобильных войск — простым не было. Эти ведомства быстро пришли к тому, что стали выдвигать требования к приобретаемым для армии автомобилям таким же образом, как они это делали при разработке различного вооружения. В 1927–28 гг для Управления вооружений было ясно, что все рода войск должны быть моторизованы, {580} как следствие, были тщательно изучены тактические требования, предъявляемые всеми родами войск, а автомобильной индустрии был представлен длинный перечень необходимых транспортных средств наряду с детальными спецификациями по весу, проходимости и другим показателям. Вместо того, чтобы изучить имеющиеся гражданские автомобили и выбрать для использования в армии наиболее практичные простые модели, что позволило бы снизить затраты и облегчить обслуживание техники, армия потребовала от автопромышленности разработать большое количество новых автомашин.

В 20-е годы армия просила от автомобильной промышленности создания автомобилей-амфибий, грузовиков с максимальной проходимостью и специальных трехосных шестиколесных штабных автомашин. Компании Даймлер, Хорьх, Зэльве построили несколько образцов последних по выданным армией ТТХ. Результатом был элегантный и чрезвычайно дорогой штабной автомобиль с умеренной проходимостью.{581} В конце 20-х — начале 30-х Рейхсвер закупил ограниченные партии автомашин самых разных типов у тридцати шести различных автомобильных компаний.{582} Все образцы передовых в технологическом плане автомобилей отличались высокой стоимостью, а их производство не стремилось к какому-либо упрощению или стандартизации. Постоянные исследования, переделки и испытания демонстрировали энтузиазм Управления вооружений в деле моторизации армии, а также стремление к использованию новейших технологий, но на все это тратился весьма ограниченный бюджет, выделенный на закупку транспортных средств, в результате чего в 30-е годы Вермахт унаследовал поразительное разнообразие автомобильной техники и специальных машин, производство и обслуживание которых едва ли можно было стандартизировать или удешевить. Программа моторизации Рейхсвера является прекрасным примером потери изначально поставленных целей, замененных погоней за технологией. Армия слишком сильно отреагировала на критику Торбеком предвоенной имперской армии за игнорирование последней технологических аспектов войны.

Глава шестая.

Развитие немецкой доктрины применения бронетанковых войск

Под руководством Зекта, а также в конце 20-ых, немецкая армия сделала большие успехи в создании современной полноценной доктрины использования бронетанковых войск. Войсковое управление создало прогрессивную доктрину применения танков, подчеркивавшую наступательные свойства танков. В течение 20-х годов многие офицеры в Войсковом управлении и не только активно штудировали и обсуждали тактику применения танков. Начиная с 1919 года Militar Wochenblatt был полон статей самых разных немецких офицеров, писавших на тему танковых тактики и технологий. Как и при разработке различного вооружения, были изучены и восприняты многие иностранные идеи, но даже на этом начальном этапе офицеры германской армии создавали свои собственные оригинальные концепции. Тремя основами (столпами) германской бронетанковой теории 20-х годов были полученный армией опыт использования бронетехники в ходе Первой мировой войны, зарубежные опыт и идеи в области танковой войны, а также оригинальные концепции, появившиеся внутри Рейхсвера.