Читать онлайн «Танки Первой Мировой». Страница 46

Командир машины размещался на верхней площадке слева, справа и чуть позади него сидел водитель. Верхняя площадка находилась на высоте 1,6 м над полом. Артиллеристы и пулеметчики размещались по периметру корпуса. Входившие в состав экипажа два механика располагались на сиденьях спереди и сзади от двигателей и должны были следить за их работой. Для посадки и высадки экипажа служили откидные на петлях двери в правом борту впереди и в левом сзади. Под дверью снаружи приклепывались две узкие ступеньки. Внутри корпуса на верхнюю площадку вели две лестницы — спереди и сзади.

Проекции танка A7V корпусом «Крупп».

Продольные разрезы (в вертикальной и горизонтальной плоскостях) тяжелого танка A7V. Танкисты изображены в комбинезонах и защитных шлемах.

Не сразу было выбрано вооружение танка. Планировалось, например, вооружать пушкой только каждый пятый танк, остальные — пулеметами и малокалиберными автоматическими пушками. Соответственно, рассматривался вариант укороченного корпуса с восемью амбразурами: в амбразурах, в зависимости от обстановки, можно было установить нужным образом (для стрельбы вперед, назад и в стороны бортов) две 20-мм пушки и два пулемета или четыре 7,92-мм пулемета MG.08 и два огнемета. Для укороченного корпуса предлагался также вариант вооружения из двух 13,3-мм пулеметов TuF (Tank und Flugzeug, «противотанковый и зенитный», хотя этот пулемет еще только разрабатывался) и двух 7,92-мм пулеметов MG.08 — под это вооружение в корпусе предусматривалось восемь мест установки. При этом корпус по бортам имел высокие скобы для отклонения при движении по дорогам провисающих или оборванных электропроводов (такими приспособлениями к тому времени снабжали автомобили).

Танк с «полноразмерным» корпусом предполагалось вооружить 77-мм полевой пушкой модели 1896 г. (FK 96 n/A), но тогда носовая часть машины оказывалась слишком перетяжеленной. Больше шансов давала 77-мм «штурмовая» пехотная пушка Круппа модели 1916 г., дополнявшаяся двумя 20-мм автоматическими пушками Беккера и четырьмя пулеметами MG.08 на вертлюжных установках. Была спроектирована тумбовая установка для установки в танке 77-мм штурмовой пушки с длиной ствола 20 калибров. Однако это вызвало ряд проблем — только длина отката у 77-мм пушки составляла 750 мм. Кроме того, заказы на пушки были полностью расписаны, и получение их также было затруднительным. В другом варианте предполагалось вооружить танк с «полноразмерным» корпусом четырьмя 20-мм пушками и четырьмя 7,92-мм пулеметами, хотя OHL настаивала на «пушечном» варианте. В конце концов, в ноябре 1917 г. решено было ограничиться, по примеру британцев, 57-мм орудием. Для этого выбрали 57-мм капонирные пушки «Максим-Норденфельд», захваченные в октябре 1914 г. в крепости Антверпен. Установка орудия была, соответственно, перепроектирована

57-мм пушка крепилась в передней части корпуса. Пушка имела длину ствола 26 калибров, наибольшую дальность стрельбы 6400 м, длину отката 150 мм. Два цилиндра противооткатных устройств монтировались над стволом. В боекомплект кроме 100 унитарных выстрелов с осколочно-фугасными снарядами входили 40 бронебойных и 40 картечных выстрелов. Осколочно-фугасные снаряды имели взрыватель с замедлителем и могли использоваться против полевых укреплений. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 487 м/с, бронепробиваемость — 20 мм на дальности 1000 м. Боекомплект орудия помещался в металлическом ящике позади мест артиллеристов. Танки первой постройки кроме корпусов отличались и типом установки орудия.

Собранные первыми танки с номерами шасси 502, 505, 506, 507 с корпусами «Рёхлинг» в носовой части несли стойку («козлы»), на которой крепилась поворотная артиллерийская установка системы Артиллерийской испытательной комиссии. Широкая маска (щит) пушки качалась в вертикальной плоскости, а небольшой внутренний щиток — в горизонтальной. Установка снабжалась противовесом и двумя маховиками наведения. Танки №№ 540–544 с корпусами «Крупп» получили тумбовые установки Тумбовая установка разрабатывалась изначально для танка A7VU (см. далее), но устанавливалась на A7V. Угол наведения орудия в горизонтальной плоскости — 45° в обе стороны, в вертикальной ±20°. Наводчик располагался на кожаном сиденье, укрепленном на кронштейне тумбы и поворачивавшемся вместе с пушкой; для удобства его посадки на том же кронштейне крепились упоры для коленей с кожаными подушками. Сиденье опиралось на ролик, катавшийся по полу корпуса. Для наводки орудия служил телескопический прицел. Маска артиллерийской установки состояла из двух частей. Большой щит полуцилиндрической формы соединялся с тумбой и вместе с ней вращался в горизонтальной плоскости, в левой части он имел вертикальную прорезь для прицеливания. В вертикальном вырезе посредине щита располагался щиток, связанный со стволом пушки и перемещавшийся в вертикальной плоскости. Таким образом, наводчик сидел как бы внутри полубашни, которую вращал, упираясь ногами в пол. Заряжающий располагался справа от него на неподвижном сиденье. Узкое поле зрения прицела и расположение пушки в передней точке приводили к тому, что наводчик легко терял цель из виду при любом движении танка. Поэтому по обеим сторонам от орудийной амбразуры выполнили смотровые лючки с двустворчатыми крышками. Работа наводчика в A7V была удобнее, чем в британских тяжелых танках. И все же вести более-менее прицельный огонь танк мог только с места. Впоследствии на танках первой сборки №№ 501, 502, 505, 507 смонтировали тумбовые установки 57-мм пушки. Танк № 506 к началу этой замены уже был потерян в бою, а танк № 502 после переделки получил новый номер шасси — 503.

Сектора обстрела вооружения танка A7V.

Стандартные 7,92-мм пулеметы MG.08 (системы Максима) крепились на вертлюжных установках с полуцилиндрическими масками и винтовыми механизмами вертикального наведения. Угол горизонтального наведения пулемета составлял ±45°.

Расчет каждого пулемета составлял два человека — ошибка, которой в тот же год едва избежали французы при разработке танка «Рено» и происходившая, видимо, из стремления обеспечить пулеметам наибольшую боевую скорострельность с быстрой заменой ленты Пулеметчики помещались на сиденьях с низкой спинкой, укрепленных на полу на тех же стойках, что и пулеметы. Коробка с лентой на 250 патронов крепилась на сиденье стрелка, запасные коробки укладывались под сиденьем. Танк мог возить с собой 40–60 лент, т. е. 10–15 тысяч патронов. В бортах корпуса и дверях имелись лючки с бронезаслонками для стрельбы из оружия экипажа. Вооружение экипажа должно было включать ручной пулемет, карабины, пистолеты, ручные гранаты и даже один огнемет. То есть экипаж танка набирался и вооружался подобно гарнизону форта. На практике это не соблюдалось (по крайней мере, огнемета не получил ни один танк), и экипаж имел с собой личное оружие и гранаты. Для укладки карабинов служили скобы внутренних лестниц.

Танк № 501 оказался полностью «симметричным» — вместо артиллерийской установки в его передней части, так же как и в кормовой, устанавливались два пулемета. Таким образом обеспечивался действительно круговой обстрел. Позже танк № 501 был перевооружен 57-мм пушкой на тумбовой установке.

57-мм пушки «Максим-Норденфельд» на тумбовых установках пригодились не только для танков — 150 таких установок было смонтировано на грузовиках в качестве самоходных орудий ПТО.

Спереди и сзади к раме машины крепились буксирные крюки. В боевой обстановке вырезы корпуса для буксирных крюков прикрывались шарнирно укрепленными треугольными крышками. На минимальной скорости тяговое усилие достигало 15 т. Танк нес с собой ЗИП и шанцевый инструмент. ЗИП помещался в коробке под полом в передней части корпуса — перед бензобаками, шанцевый инструмент крепился на бортах снаружи.

Для питания электрооборудования внутреннее и внешнее освещение) служил электрогенератор с приводом от двигателя. Из средств внутренней связи следует упомянуть указатель на цель. Он крепился на крыше корпуса над артиллерийской установкой и поворачивался командиром танка с помощью троса. Перед расчетом орудия над правым смотровым лючком располагалась панель с белой и красной лампочками: их сочетания означали команды «заряжай», «внимание» и «огонь». Остальному экипажу, как и во всех танках того времени, командиру приходилось подавать команды криком, перекрывая шум двигателей и трансмиссии. Средств внешней связи не предусматривалось Надежность работы имевшихся радиостанций внутри трясущегося корпуса танка вызывала большие сомнения, не было уверенности и в эффективности световой сигнализации. Семафоры быстро сбивались бы пулями, осколками или взрывной волной. Предусмотрели лючок для сигнализации флажками. Однако на практике управление свели к принципу «Делай, как я», а при необходимости — посыльными. Был, правда, разработан вариант «связного танка», оснащенного радиостанцией с поручневой антенной на крыше корпуса, вооруженного только двумя пулеметами, с экипажем 11–13 человек, включая радистов и наблюдателей. Но, в отличие от британских и французских «радиотанков», этот проект остался на бумаге.